Безжалостные короли - Лаура Ли

— Эй! — говорит Бентли. — Это было немного грубо, тебе не кажется?

Рид, как обычно, молчалив и стоически держится, лишь слегка ухмыляясь в ответ. Кингстон отдает сестре честь средним пальцем.

Эйнсли опирает руку в бедро.

— Невежливо прерывать наш вечер. Этого больше не случится. Нам с Жас нужно поговорить о старом добром, а мы не можем этого сделать в присутствии вас, идиотов.

— Ну и ладно, — надувается Бентли.

Я дергаю головой в сторону холла, сталкиваясь лицом к лицу с Кингстоном.

— Я полагаю, ты ждешь, чтобы поговорить со мной наедине?

Уголок рта Кингстона приподнимается.

— Может быть, я хочу уложить тебя спать.

— Этого не произойдет. Но если тебе есть что сказать, пройди со мной, — я машу Эйнсли, Бентли и Риду одной рукой. — Спокойной ночи, ребята.

— Спокойной ночи, — отвечают они все в унисон.

Кингстон ждет, пока мы не окажемся в моей комнате и дверь за нами не закроется, прежде чем заговорить.

— Пейтон доставляет тебе какие-нибудь неприятности?

Я качаю головой.

— Я не видела ее ни разу с тех пор, как вернулась домой из больницы. А что?

Он проводит рукой по подбородку.

— Она сказала что-то не то, когда я был здесь в последний раз.

— Например что? — я иду к своему шкафу и достаю из ящика кое-какую одежду.

— Она намекнула, что могла иметь какое-то отношение к твоему нападению.

Я бросаю свои пижамные шорты на пол.

— Ты что, издеваешься надо мной?

— Она ни в чем прямо не призналась. Это могла быть необоснованная угроза, но я попросил своего частного детектива присматривать за ней на всякий случай. Ты должна рассказать мне, что произошло, Жас. Если тебе так будет удобнее, я могу договориться, чтобы Джон — это мой частный детектив — был рядом, когда ты это сделаешь.

Кингстон подходит к моему шкафу, берет упавшую пижаму и протягивает ее мне. Он ненадолго заглядывает мне через плечо и, кажется, погружается в раздумья. Я поворачиваю голову и не вижу ничего, кроме белой стены. Той самой стены, где я взобралась на него, как на дерево, и позволила ему потрогать меня пальцем. О, черт. Теперь я думаю об этом.

Он ухмыляется, очевидно, уловив ход моих мыслей.

— Хорошие воспоминания в этом шкафу.

Я протягиваю руку, качая головой.

— Не-а. Не делай этого.

Этот осел смеется.

— Что делать? Я ничего не делал.

Я тычу пальцем в его сторону.

— Тебе не удастся очаровать меня своей сексуальной самодовольной ухмылкой. Ты должен мне ответы, приятель, и я отказываюсь больше ждать. Как только я их получу, я расскажу тебе, что произошло.

— Так ты считаешь меня сексуальным?

Я уверена, что на самом деле рычу.

— Не в этом дело, придурок.

Он задерживается на мгновение, вытягивая шею из стороны в сторону, прежде чем ответить.

— Ладно. Но мы встретимся у меня дома. Мне нужно кое-что тебе показать.

Я подозрительно прищуриваюсь.

— Если это что-то у тебя в штанах, держи это при себе.

Кингстон делает шаг вперед, прижимая меня к встроенному комоду в центре шкафа.

— Мы оба знаем, что на самом деле ты не это имеешь в виду Жас, но не волнуйся; я смогу контролировать себя, если ты сможешь.

Я смотрю ему прямо в глаза.

— Я определенно могу себя контролировать.

Он отступает назад и смотрит на меня, не делая никаких попыток скрыть свою жажду.

— Отлично, тогда решено. Ты чувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы прийти завтра после того, как потусуешься с Эйнс?

— Да, — киваю я. — Я могу подвезти ее, когда мы закончим.

Кингстон стучит костяшками пальцев по дверному косяку.

— Просто напиши, когда будешь в пути.

— Хорошо.

— Еще одно. Собери сумку. Это займет некоторое время, так что ты останешься у меня. И прежде чем ты это скажешь, я могу поспать на диване.

Я качаю головой.

— Я никогда не соглашалась на это.

— А я и не спрашивал, — он сверкнул озорной улыбкой и вышел из комнаты, не сказав больше ни слова.

Наглый осел.

9. Кингстон

— У меня есть оборудование. Когда мы можем встретиться?

Джон считает, что мы должны установить камеру наблюдения в корпоративном офисе моего отца, потому что он не получает ничего полезного от жучков, которые мы установили в домашнем офисе. Поскольку Моник, главный секретарь Davenport Boating, безумно бдительна, установка камеры ложится на мои плечи, так как я один из немногих, кто может пройти мимо ее стола без приглашения или предварительной записи. Мне нужно как-то попасть в кабинет Чарльза Каллахана, но, похоже, такой возможности никогда не представится. Мисс Уильямс живет в доме Каллахана полный рабочий день, и, клянусь, эта женщина никогда не покидает его.

— У меня сегодня вечером кое-что намечается, но я могу сделать это завтра. В том же месте?

— Сойдет, — отвечает Джон. — В час дня, хорошо?

— Ага. Тогда до встречи.

Я кладу трубку и открываю приложение GPS-трекера. Машина Эйнсли находится всего в миле от дома, поэтому я направляюсь в сторону главного дома. Когда моя сестра сказала, что проведет день с Жас, я предположил, что они будут сидеть тихо, поскольку Жас все еще восстанавливается. На что я не рассчитывал, так это на то, что они пойдут в балетную студию Эйнсли. Они уже прямо за углом, поэтому я прячу телефон в карман и жду, когда они подъедут.

Изначально я установил трекер на их телефоны в целях безопасности — окей, возможно, у Жас немного другая причина, — но должен признать, что он пригодился и помимо этого. Даже если они в полной безопасности, мне легче от осознания того, где они находятся, учитывая все это сомнительное дерьмо, витающее в воздухе. Я думал, что Жас будет в ярости, когда узнает, что я установил его, но поскольку маячок оказался полезным, когда Пейтон загнала ее в угол в туалете, она достаточно логична, чтобы понять его ценность. Я редко проверяю его, но поскольку от Жас не было никаких вестей, как ожидалось, моя паранойя взяла верх.

Я слышу рев двигателя Huracan незадолго до того, как они въезжают на подъездную дорожку. Эйнсли замечает меня прежде, чем доезжает до гаража, поэтому она останавливает машину и переключается на паркинг.

Опустив окно, она спрашивает: — Что ты делаешь?

— Жду тебя, — я низко наклоняюсь, чтобы встретиться с Жас взглядом. — Ты должна была написать смс, когда будешь в пути.

— Зачем? — дерзко спрашивает она. — Чтобы ты мог выгнать своих подружек из дома?

Я одариваю ее полунасмешливой улыбкой.

— Осторожнее, детка. Твоя ревность дает