Подкидыш для хулигана - Юлия Гауф

А затем появилась Марьяна, которую он хочет воспитывать. И со мной Леша чаще всего ведет себя не как скотина, а как нормальный парень. И я просто теряюсь. Вчера еле заснула, все никак наш разговор из головы не шел, и хотелось… глупостей всяких. Даже вспоминать стыдно.

— Выше нос, Пчелка, а то я оставлю тебя у входа, чтобы не позориться, – уколол меня Горин, возвращая меня с небес на землю.

— Позориться? Я тебе собака что ли, чтобы у входа оставлять?

— Ты такая кислая, что про меня плохое подумают. Только поженились, а жена недовольная, – Леша подхватил меня на руки, и потащил в ресторан, к маленькому гардеробу. — Мне репутация фигового мужа не нужна. Ты должна выглядеть довольной, и уставшей, а не как женщина тяжелой судьбы.

Он поставил меня на пол, и под веселым взглядом хостес, начал стягивать с меня пальто. А я покраснела, поняв, о чем он говорил. И этого самого у меня никогда и ни с кем не было. Невинность я хранить не планировала, как-то само получилось.

— Вот, уже лучше. Румяная какая, – хмыкнул Леша, взял меня за руку, и мы, в сопровождении хостес пошли в зал.

Планировали раньше родителей приехать, чтобы встретить их, но я, из-за несвойственной мне рассеянности дважды возвращалась в квартиру. То за сумочкой, то за мобильным. Потом попросила Лешу остановиться у магазина, и купить воды и энергетический батончик.

В итоге мы приехали почти последними. За столом уже сидит мой папа, чувствующий себя явно не в своей тарелке, хмурый Герман, и Элина, что-то нервно говорящая с натянутой улыбкой.

— Добрый вечер, простите за опоздание, – я хотела сесть на стул, но сзади услышала довольный взвизг:

— Доча! Танька, дай обниму!

— А эту кто позвал? – услышала я недовольное папино бурчание, обернулась, и увидела, как ко мне несется мама, а позади медленно идет грузный мужчина – новый мамин муж. Сбилась со счета, который.

— Мама, – я почти искренне ей обрадовалась, и обняла ее. — Ты так загорела!

— А ты бледновата. Румяна купи, и бронзер. Могу посоветовать, какие тебе подойдут, – затараторила мама, но сбилась, и с любопытством уставилась на Лешу, и его родителей, избегая глядеть на папу. — А ты тот самый Алексей? О, Герман, здравствуй, дорогой! Элиночка, чудесно выглядишь. Неужели мы породнились?

Мы с Лешей переглянулись, и оба пожали плечами. Я и не знала, что мама знакома с Гориными. Но это ведь хорошо, что они знакомы?

— Здравствуй, Вика, – кивнула Элина, и внимательно посмотрела на меня. — Не могу сказать, что рада тебя видеть.

Если раньше в глазах Лешиной мамы была теплота, то сейчас она меня холодом обдала. Но я-то что сделала?!

— Лина, да брось, все ведь в прошлом, – рассмеялась мама, и положила руку на плечо дяди Жоры. — Теперь я не угроза.

— Теперь ты наша родственница, – процедила Элина, и поднялась из-за стола. — Простите, я на пару минут.

— Я тоже, – подскочил Герман.

Мама пожала плечами, и начала изучать меню. Красивая она у меня. Никогда на себя денег не жалела, с детства помню, как много у нее косметики было, кремов. И сейчас, в сорок один год мама смотрится моей старшей сестрой. Хотя ботокс тоже свое дело сделал.

— Мам? Что это значит? – кивнула я на опустевшие места Гориных.

— Мы общались, когда я еще за Геночкой замужем была, – мама сморщила нос. — А потом Элина с чего-то решила, что я за Германом охочусь. Не представляю, с чего бы.

— Да, с чего бы? – едко произнес папа.

Я закрыла глаза, удерживая себя от того, чтобы тоже встать, и уйти. Ведь это в мамином стиле. Дядя Гена был женат, когда встретил маму. И дядя Жора тоже. И еще один… дядя Саша, кажется. Значит, мама и Лешиного отца хотела соблазнить.

«Надеюсь, он не соблазнился» – ужаснулась я, и увидела, что Горины возвращаются.

Кажется, сейчас я еще больше им не понравилась, чем при первой встрече.

— Хочешь, уйдем? – прошептал мне на ухо Леша, щекоча своим дыханием.

И мне вдруг стало чуточку спокойнее, хотя его родителям в глаза смотреть теперь стыдно. Ну, мама!

— Нет, – покачала я головой.

— Ну что, давайте знакомиться, – мама улыбнулась Леше, и чем-то очень сильно напомнила мне Диану в этот момент. — Расскажи о себе, должна ведь я знать, в чьи руки дочь отдала!

ГЛАВА 7

— В чьи руки ТЫ отдала дочь? – папа взглянул на маму, и та фыркнула.

— Ой, Витя, не начинай. Не тебе рот открывать. Где ты там работаешь? Охранником сутки через двое? Неудачник.

— Я в охране работаю, да. А ты каким местом деньги зарабатываешь, напомнить?

Элина с Германом как раз успели подойти, чтобы услышать эту «милую» перепалку, но в лицах не изменились. К ним будто приклеились вежливые улыбки. Я же в этот момент впервые в жизни всерьез мечтала провалиться сквозь землю. Или чтобы на этот ресторан метеорит упал, астероид, что угодно.

— Я на трассе не стою, Витенька. А даже если бы стояла, это уже не твое дело.

— И слава Богу! Ты – шлю…

— Вы хотели знать, в чьи руки отдали дочь? – Леша перебил папу, который уже готовился перейти на русский матерный. — Мы учимся вместе. И в школе вместе учились, почти всю жизнь знакомы. Я всегда знал, что Пчелка моей будет.

Леша подмигнул мне, а я ему чуть на шею не кинулась из благодарности, что он переключил все внимание на себя.

— Ты ее Пчелкой называешь? – хихикнула мама. — А я не брала эту глупую фамилию, Власовой оставалась. А Танька, помню, в детстве гордилась, что одну фамилию с бандитом из «Бригады» носит. Виктор – так и вовсе почти полный тезка.

— Из «Бригады», – переспросил Горин, и взглянул на меня, будто умиляясь. — Мне даже в голову не приходило называть тебя Пчелой. Но…

— Но теперь моя участь предрешена, – мрачно закончила я, сдерживая смех.

— О да, – кивнул Леша.

— Так странно, – заметила