Моя мачеха – ведьма - Ольга Ивановна Коротаева

Уворд не стал рисковать и, призвав силу, влил её в короткое заклинание петли, которую, раскрутив над головой, ловко набросил на незнакомца. Когда сверкающая магией сиреневая нить сжала шею, возможный убийца захрипел и упал на колени, а герцог, не тратя времени, быстро спеленал его руки и ноги.

– Попался! – удовлетворённо рассматривая получившийся кокон, он отряхнул руки. – Это было разочаровывающе просто…

Внезапно воздух вспорол девичий крик:

– Диган!

Уворд обернулся и увидел спешащую к ним Лалин. Приподняв юбки, ведьма бежала так, будто спешила на помощь к любимому, и это не понравилось герцогу. Девушка упала на колени и потянулась к кокону, но коснуться не решилась.

– Что вы с ним сделали? – Оглянулась и обожгла Скетса возмущённым взглядом. – Это мой человек. Немедленно освободите!

Герцог сузил глаза:

– Что значит «мой человек»?

– Он же задыхается! – Ведьма, дрожа, смотрела на него сверху вниз. – Уберите удавку, умоляю… – Оборвала себя и, глубоко вдохнув, чётко произнесла: – Это Диган, он мне помогает в лавке.

– Ла-лин, я волнова… – изогнувшись, прошептал юноша. По щекам его от боли покатились слёзы, рот исказился. – На-шёл…

И захрипел. Ведьма, как услышала этот звук, вскочила на ноги, вцепилась герцогу в руку и выдохнула в отчаянии:

– Уворд, умоляю, освободи бедного мальчика! Он ничего плохого не сделал, лишь искал меня.

– Он прокрался в мой сад, как вор, – холодно припечатал тот.

– Это я виновата, надо было предупредить Дигана, что некоторое время меня в лавке зелий не будет. Не успела, потому…

– Лалин, – сухо оборвал её герцог. Взял за руку и, накрыв ладонь своей, проникновенно произнёс: – Неужели ты думаешь, что в мой дом так легко проникнуть?

Она открыла рот, чтобы ответить, но потом передумала. Поджав губы, нахмурилась, а Уворд кивнул, подтверждая её догадки.

– Вот именно. Поэтому я предлагаю посмотреть, какой магией обладает этот… – С сарказмом закончил: – Бедный мальчик.

Глава 19. Единственный способ иметь друга - быть им самому

Лалин

Признаю, я и сама была рада улизнуть из дома! Уворд вернулся неожиданно и стал свидетелем некрасивой сцены. Почему-то стало неловко, хотя я ни в чём не виновата. Это Стайфе надо было стыдиться, но с этой дамы всё, как с гуся вода. Вывернула всё так, будто на неё наговаривают.

Зато я была горда тем, что моя догадка оказалась верна, и приготовленное зелье свело на нет возможные неприятности. Я приготовила противоядие на удачу, когда смешивала исцеляющие напитки для слуг. Всё это я мысленно проигрывала заново, когда рассказывала Дайку любимую сказку своего детства.

Мы расположились в основании самого потрясающего дерева, которое было в саду. Мальчик рассказал, что этот дуб посадил ещё его пра-пра-дед. Могучий ствол было не обхватить даже нам с Дайком вдвоём, а на живописно раскинувшихся, будто диковинные змеи, корнях было так удобно сидеть.

Я поглаживала густые, как у папы, волосы мальчика, прильнувшего ко мне, и закончила тихо:

– И жили они долго и счастливо… Понравилось?

 Ответом была тишина, и я догадалась, что Дайк уснул. То ли сказка, которую так любила маленькая девочка из приюта, показалась ему скучной, то ли разморило на солнышке. Я осторожно передвинулась и, подхватив ребёнка на руки, перенесла в тень. Посадив, прислонила спиной к стволу дерева.

«Пусть отдохнёт».

И тут в груди будто что-то толкнулось, а по венам разлился огонь, и сердце застучало, как сумасшедшее. Предчувствие беды накрыло неожиданно, как летний ливень, и я, поддавшись порыву, побежала. Я привыкла доверять своей интуиции, которая не раз спасала мне свободу, честь и даже жизнь, поэтому и на секунду не усомнилась в себе.

И оказалась права.

Уворд мучил сына бедной женщины, которой, как Селле, приходилось зарабатывать на жизнь, присматривая за чужими детьми в то время, когда на своих не оставалось ни времени, ни сил. Я сочувствовал Дигану и его матери, поэтому умоляюще посмотрела на герцога, который в этот момент выглядел пугающе:

– Это моя вина…

Но что бы ни говорила, Уворд оставался непреклонен. Взяв меня за руку, будто обжёг, он поинтересовался:

– Неужели ты думаешь, что в мой дом так легко проникнуть?

От его тёмного взгляда меня словно молнией пронзило, все слова вылетели из головы, а сердце ледяным камушком упало в желудок. Конечно, я понимала, о чём говорит мужчина. Он же маг! Один из самых сильнейших в столице… И первый советник короля, который наверняка скрупулёзно заботится о своей безопасности. Вспомнить хотя бы воинов, которые окружали герцога всегда, когда тот покидал стены своего дома. Значит, здесь на каждом углу находились защитные артефакты, которые не пропустили бы чужого.

Я опустила взгляд на покрасневшего от недостатка воздуха Дигана и снова вздрогнула при виде светящихся нитей, впивающихся в кожу шеи юноши. Не верилось, что мой заботливый помощник и вечный засоня не тот, кем казался.

Уворд без малейших сомнений шагнул к моему помощнику. Наклонившись над юношей, замер, внимательно рассматривая жертву, а затем неторопливо потянул золотистую цепочку, которая украшала его шею. Из ворота рубашки выскользнул овальный кулон и сверкнул ледяной прозрачностью в пальцах мага.

Герцог поднёс его, будто монокль, к лицу и прищурился, глядя на паренька через волшебный кристалл. Брови Уворда дёрнулись в немом удивлении – видимо то, что увидел мужчина, сильно отличалось от реальности. У меня же от радости ёкнуло сердце.

– Вы ошиблись? – с надеждой предположила я, как поймала недовольный взгляд герцога и тут же понятливо исправилась: – Да-да, маги не ошибаются. Я имела в виду, что ваше предположение не оправдалось…

– Не «вы», – сухо поправил он и, сняв кулон, неожиданно протянул мне: – Хочешь посмотреть?

Я покосилась на артефакт с сомнением и опаской, потому что с самого детства привыкла сторониться предметов, в которых маги запечатывали часть своей силы. Боялась, что они могут раскрыть мой секрет. Но Уворд и так знает, кто я, поэтому несмело потянулась и приняла прохладный камушек.

Глянув через него