Папа в окне напротив - Ольга Тимофеева

Уши начинают гореть под его взглядом.

Зачем так меня рассматривать. А если узнает сейчас? Да нет, не должен. Темно же было. Но до этого-то было светло.

Прохожусь по носу. Между нами сантиметров двадцать, но чувствуется, как пять. 

Специально протираю под глазами, чтобы от паров алкоголя ему защипало и зажмурился. Чего так глазеть-то на меня?! Быстрее все делаю, чтобы закончить. 

Это неправильно все сейчас. Хотя вроде и ничего нет такого. Он даже не прикасается ко мне. Только смотрит. Но от этого взгляда руки начинают трястись. И сердце тоже. 

Нормально это когда со стороны кто-то смотрит и не видит в этом никакого компромата. А тут один сплошной компромат.

- Все, - делаю шаг назад, увеличивая расстояние между нами. 

Егор наклоняется, не выдавая ни одной эмоции, и смотрит на себя в зеркало. 

- А губы? - приподнимает подбородок, показывая, что даже кончик языка зеленый. 

- Губы сам и язык тоже. 

- У тебя же рука уже набита, вытри, пожалуйста.

Столько невинности в его словах, что я не верю. Но снова себе повторяю, что вчера он сам заступился и мне не надо было упрашивать. 

- Зачем зубами-то открывал? - снова делаю шаг к нему и тру нижнюю губу, убирая остатки зелёнки.

- Приоткрыл ножом, а дожимал зубами. Думал, что вся опасность уже миновала. - Смеётся в ответ, задевая губами мой палец.

Как будто не замечаю убираю пальцы и переворачиваю вату. Тру верхнюю губу. Хочу быстрее с этим покончить. 

- С этой штукой надо всегда быть начеку. Никогда не знаешь, когда брызнет. 

- Я вообще всегда начеку - усмехается в ответ. 

Всегда он начеку… Чекист. Открыла бы я тебе глаза, да смысла нет.

- Все, я закончила. 

Отступаю и ухожу в сторону, чтобы принимал работу. 

- Нет не все, надо еще рану обработать. - И кивает на свой живот. - Собственно ради этого и была изъята бутылочка сэра Эдварда.

Да черт!

Наклоняюсь назад и аккуратно отрываю старую повязку.

- Ммм, - болезненно хнычет Егор, и я останавливаюсь. А когда смотрю на него, понимаю, что он, прикрыв глаза, улыбается. - Нежнее. - Я тебе сейчас устрою нежнее. И срываю с кожи пластырь, вырывая пару волосков с его живота. – Ау, врач из тебя получился бы так себе.

- Просто, чтобы не мучился, я  сделала это быстро. Да... повредили твои кубики. - Беру флакон с зеленкой и ватную палочку. 

- Угу, теперь нельзя заниматься, пока не заживет. Но тренировки я проводить буду. 

Тренировки…

- Егор, я больше не приду. 

Наклоняюсь, чтобы обработать рану.

- Почему?

Волосы спадают через плечо, и теперь чувствую кожей взгляд на моей шее. У него же девушка есть. Чего меня-то так рассматривать?! А Саня еще говорит, что люди исправляются. 

- Мне Катю не с кем оставлять. 

Историю с соседкой я опускаю.

- Приходи с ней. Это не проблема. Я договорюсь. 

Смысл-то был познакомиться с Валерой, а теперь вроде как и не нужен уже этот повод. Наклонившись обрабатывать рану неудобно, и я опускаюсь на колени, рассматривая небольшой шов. А ведь такой и у меня мог быть. А я не такая ловкая. Могли и глубже. Или даже убить. Передергивает от одной только этой мысли.

 - Я подумаю. 

- Что еще говорила Варя? – выдыхает Егор, пока я прохожусь по краям раны. Поднимаю взгляд на Егора и вижу, как смотрит в отражение зеркала, опуская глаза вниз. Вот черт. Смотрится мы конечно со спины классно. Он там сейчас себе дофантазирует. 

Сидит такой барин полураздетый на стиралке, а я перед ним на коленях. Со спины ничего приличного подумать и нельзя. Надо бы его приземлить. 

- Варя перепутала меня с какой-то Эллой Геннадьевной. - Не специально прохожусь по краю раны зеленкой, зная заранее, что будет жечь и он застонет. Ладно, специально. Нечего на меня так смотреть, когда у тебя девушка. - Странно, что ее тут нет, и она тебя не лечит...

- Болтушка мелкая. – Бубнит Егор, а я ухмыляюсь в ответ. Уж конечно. Но про Эллу-то так ничего и не сказал. 

Быстро обрабатываю небольшой аккуратный шов и приклеиваю новую повязку. 

- Все, теперь я точно закончила.-  Поднимаюсь и убираю прядь волос за ухо. - Ты девственно чист.

Оборачиваюсь к зеркалу и беру новый кусок ваты. Надо свой нос тоже почистить.

- Давай теперь я  помогу. – Слышу над ухом и пока отмораживаюсь от странного предложения, Егор уже первым берет бутылку с виски и смачивает вату.

Спиной чувствую, как придвигается ко мне вплотную, а я вжимаюсь максимально в раковину низом живота. Вроде как желание помочь мне естественное и вроде как не пристает. Но как будто не понимает, что нарушает мое личное пространство. 

Стоим оба лицом к зеркалу, но я смотрю куда угодно, только не на отражение нас. А его рука начинает оттирать мой нос.

Приближается еще ближе, задевая рукой плечо.  

- Так кто такая Элла Геннадьевна? - Отрезвляю его и напоминаю о девушке. Мы как будто на передаче «Испытание верности», а я подставная модель, которая не хочет, чтобы он продул.

- Знакомая, - усмехается уголком губ. 

- А звучит как будто учительница или начальница.

- Наставница. – Многозначно отвечает и выбрасывает вату в урну. – Все, теперь ты тоже девственно чиста, - улыбается и выходит из помещения.

- Может, ты оденешься? А то не очень культурно, когда у тебя гости, раздетым ходить, - комментирую ему в спину и выхожу следом. 

 - Ну ладно, если это так принципиально. - Достает из шкафа чистую футболку и натягивает. 

- Я просто сужу по себе. Если бы у меня был парень или муж,