Увертюра к счастью - Элизабет Кейли

– Привет, – отозвалась Фелиция, явно слишком уставшая, чтобы продолжать холодную войну.

Она прошла в гостиную и без сил упала на диван. Уильям стоял в полной растерянности: с одной стороны, ему вдруг захотелось помочь Фелиции, уж слишком измученный был у нее вид, но, с другой стороны, он совершенно не представлял себе, как Фелиция на это отреагирует.

– Хочешь чаю? – наконец решился Уильям.

Фелиция благодарно посмотрела на него и кивнула, прикрывая глаза. Сегодня у нее был ужасный день: прослушивание длилось почти десять часов. Десять часов напряжения, десять часов издевательств над связками и совершенно непредсказуемый результат. Даже оптимистично настроенный Лоуренс выглядел сегодня очень и очень мрачно.

– Ты была как всегда великолепна, – сказал он на прощание.

– Но… – подтолкнула его к откровенности Фелиция.

– Ты ведь взрослая девочка и отлично понимаешь, что не всегда все решает талант.

Фелиция вымученно улыбнулась и ответила:

– Не волнуйся, это я поняла уже давно.

Когда Уильям вернулся с чашкой ароматного свежезаваренного чая, Фелиция уже сбросила каблуки и вытянулась на диване. Ее лицо выглядело изможденным, под глазами залегли глубокие тени, и только сейчас Уильям вспомнил, что ей вовсе не двадцать лет… но и не сорок. Даже в этой усталости все еще было какое-то очарование молодости, силы и здоровья: чувствовалось, что ей нужен всего лишь небольшой отдых, чтобы вновь засиять с прежней яркостью.

Уильям осторожно присел рядом на пуфик и протянул чашку.

– Спасибо, – искренне поблагодарила его Фелиция.

– Сложный был день? – сочувственно спросил Уильям.

– Просто ужасный! У меня такое ощущение, что я не смогу спеть ни одной ноты как минимум неделю! – пожаловалась Фелиция. – Этот денежный мешок, спонсор, просто вымотал меня, а все для того, чтобы протащить свою протеже.

– Но ведь ты поешь лучше, – уверенно сказал Уильям.

Уголки губ Фелиции приподнялись в чуть заметной улыбке. Странно, но сегодня Уильям совершенно не раздражал ее, а этот комплимент был даже приятен. Фелиция поняла, что ей просто необходимо кому-то рассказать о своих неприятностях. Так почему бы не Уильяму?

– Да, я пою лучше, но спит с ним Сюзанна Бофорт. Главное, что ни продюсер, ни режиссер, ни дирижер не смеют ему перечить, а этот гад все ждал, когда же я сломаюсь. А ведь Сюзанна пропела буквально пару нот и тут же ушла под крики «Браво»!

– Кричал ее любовник?

– А кто же еще?! – фыркнула Фелиция.

– Но ведь ты выдержала испытание.

– Да, выдержала, вот только роль все равно может получить Сюзанна.

– Ты сделала все, что смогла.

– Вот это-то меня и раздражает.

Уильям понимающе кивнул.

– Терпеть не могу ощущения, что ты уже ничего сделать не можешь.

– У тебя такое часто бывает? – спросила Фелиция.

– В последний раз было пару дней тому назад, – рискнул пошутить он.

Фелиция чуть заметно улыбнулась. Уильяму даже показалось, будто она немного покраснела, будто ей стало стыдно, но, скорее всего, это разыгралось его воображение. Краснеющая Фелиция Лебьен – это что-то за рамками привычного!

– Который час? – спросила она.

– Двадцать минут шестого.

– Черт! – Фелиция рывком села и сунула чашку с остатками чая в руки Уильяму. – Почти не осталось времени! Надеюсь, ты успел воспользоваться ванной?

– У меня сегодня больше и дел-то не было, – отшутился Уильям.

– Отлично! В семь за нами придет машина. Будь, пожалуйста, готов.

– Хорошо, – кивнул он.

– И, очень прошу тебя Уильям, если кто-то позвонит, скажи, что меня нет, что я ушла… все, что угодно, лишь бы меня никто не трогал ближайший час!

Уильям вновь кивнул. Фелиция улыбкой поблагодарила его и поспешила в ванную, на ходу сбрасывая с себя пиджак и расстегивая блузку. Смущенный Уильям сразу же отвернулся. Конечно, он понимал, что Фелиция вовсе не хотела его смутить, скорее всего, она просто забыла о нем и что скромность не присуща актерской братии, но все же густо покраснел и поспешил в кухню, чтобы дождаться, когда в ванной начнет литься вода. Только тогда он рискнул выйти из своего убежища и короткими перебежками вернулся в свою комнату. Мало ли зачем и, главное, в каком виде Фелиции приспичит выйти из ванной!

Ровно без пяти семь Уильям надел смокинг, поправил в кармашке белоснежный платочек и пригладил волосы. Он очень надеялся, что Фелиция уже готова.

Уильям распахнул дверь и почти нос к носу столкнулся с Фелицией, выходящей из спальни. На секунду они замерли. Фелиция первой взяла себя в руки и широко улыбнулась Уильяму:

– Отлично выглядишь, дорогой! – сказала она, окидывая цепким взглядом пропорциональную, отлично сложенную фигуру Уильяма. – Никогда бы не подумала, что тебе так идет смокинг!

– Ты тоже прекрасно выглядишь, – сумел выдавить Уильям, чувствуя, что немного кривит душой: выглядела Фелиция божественно.

Ярко-алый шелк мягкими волнами ниспадал на пол, глубокий вырез элегантно перетекал в воротник-стойку, а мягкая драпировка подчеркивала высокую пышную грудь. Пышные волосы Фелиция убрала наверх в небрежную, но все же очень изящную прическу. В ушах поблескивали серьги, и даже обладающий более чем скромными познаниями в этой области Уильям понял, что это бриллианты, и очень дорогие бриллианты.

– Помоги мне, пожалуйста, – попросила Фелиция, протягивая браслет.

Впервые собственные пальцы показались Уильяму толстыми и неловкими, а ведь он когда-то играл на фортепьяно, да и сейчас под настроение вполне мог исполнить пару-тройку песенок! Но, наверное, проблема была не в пальцах Уильяма, вдруг растерявших свою ловкость, и не в крошечной застежке бриллиантового браслета, а в томительном, притягательном аромате, исходящем от Фелиции. Уильям не знал, что это за духи, да и не хотел знать. Именно так, на его взгляд, должна была пахнуть женщина, желанная и единственная.

Уильям вздрогнул и отступил на шаг, пытаясь развеять колдовской морок. Фелиция обольстительно улыбнулась ему алыми губами и взяла под руку. Аромат ее духов вновь окутал Уильяма, лишая способности мыслить и принимать решения.

– Мне нравится, когда ты так на меня смотришь, – улыбнулась Фелиция и увлекла Уильяма за собой.

Черт возьми! – думал Уильям в лимузине, пытаясь оторвать взгляд от точеного профиля Фелиции и не в силах этого сделать. Мне даже не придется притворяться сегодня. Ну почему это женщина так обольстительна? И почему мне достаточно одного ее взгляда, чтобы впасть в оцепенение, словно кролик перед удавом? Неужели я влюбился?

Эта мысль была для Уильяма словно ведро ледяной воды. Он сразу же смог отвернуться, да и сердце перестало пропускать удары.