Надежды большого города - Луанн Райс

Я должна сказать ему, — заявила Кэтрин. — Знаю, что должна. — Успокойся. Давай подумаем вместе, — сказала Лиззи.

Воскресным вечером они сидели на ковре перед камином у Кэтрин дома, вокруг них были разбросаны листы воскресного выпуска «Тайме». Метель прекратилась, и вся улица была покрыта снегом. Люси и Бриджит были наверху в музыкальной комнате, пытались играть на пианино.

— Мне нравится слушать их, — сказала Кэтрин. — Это слишком большой дом для одного человека, здесь должны быть дети.

— Ты хотела, чтобы Дэнни остался здесь.

— Я до сих пор этого хочу. Тогда мне бы легче было рассказать все его отцу. Если бы только я могла заверить Кристи, что у Дэнни есть крыша над головой, что он в безопасности.

— Ты действительно хочешь это сделать?

— Я должна, Лиззи. Одно дело начать помогать Дэнни. Тогда я не знала его семью; они казались мне, не знаю, почти абстрактными.

Лиззи кивнула.

— А теперь я познакомилась с Кристи, провела с ним время. Он очень страдает. Как бы ты себя чувствовала, если бы не знала, где Люси? — спросила Кэтрин, сверля Лиззи взглядом, зная, что вопрос заденет подругу.

Ладно, ладно, я поняла, — сказала Лиззи, содрогаясь от ужасной мысли. — Но как быть с Дэнни? Я о нем беспокоюсь. Если ты его предашь, он окончательно пропадет. Сейчас мы по крайней мере можем следить за ним. Он приходит в столовую, мы даем ему одежду, и он позволяет тебе давать ему деньги…

— Он пользуется моей библиотекой, — тихо добавила Кэтрин, которой хотелось, чтобы ситуация была гораздо проще. Лиззи верно подметила. Что можно подумать о сбежавшем из дома мальчике, главной потребностью которого был доступ к книгам?

— У тебя есть какие-нибудь предположения относительно того, что он там делает? — спросила Лиззи. — Учится, чтобы получить аттестат? Или пишет труд о жизни на улице?

У Кэтрин была одна идея. В прошлый раз, когда Дэнни приходил к ней в библиотеку, он оставил на столе две книги. Может быть, слишком утомился или был возбужден тем, что его семья приехала в город, — обычно он не допускал таких ошибок. Кэтрин хотелось сказать об этом Лиззи, но это был один из тех секретов, которые она должна хранить.

— Я не знаю, — был ее ответ.

Лиззи легла на ковер, ее золотисто-карие глаза смотрели скептически.

— М-м-м, так что ты собираешься делать? Думаешь положить этому конец?

— Я пытаюсь решить.

— Кстати, как прошло катание на санках с продавцом деревьев?

Кэтрин уставилась на пламя в камине. Она вспомнила руки Кристи, обнимавшие ее, когда они катились с холма. Они казались такими сильными, но в то же время нежными, будто хотели защитить ее.

— Я хорошо провела время. — Она была в смятении. Ей было так весело. Мускулистые руки Кристи, да и просто ощущение близости — это было так прекрасно. Она смеялась в снегу, веселилась. Неужели это возможно, да еще в то время года, когда она потеряла Брайана?

— Ты собираешься с ним поговорить? — спросила Лиззи.

— С Брайаном?

Выражение лица Лиззи было спокойным, но немного нетерпеливым.

— С Кристи.

Кэтрин вздохнула. По крайней мере она могла сказать Кристи, что Дэнни жив, не раскрывая местонахождения мальчика.

— Я продолжаю спрашивать себя, как бы поступил Брайан? Сейчас Рождество, он всегда ближе ко мне в это время. Я хочу, чтобы он дал мне совет…

— Кэтрин… — Лиззи взяла подругу за руку, нежно ее встряхнула, умоляюще посмотрела на нее. — …мы все любили Брайана. Но он ушел, дорогая, и он не вернется, чтобы научить тебя, как поступить…

— Стоп! Не говори этого, Лиззи. Ты не знаешь, что он сказал мне на прощание. Он обещал…

— Прошло уже три года. Я так люблю тебя, и каждый декабрь я наблюдаю, как ты уходишь. Впервые после смерти Брайана я вижу, что ты вернулась к жизни и немного повеселилась. Твои глаза снова начали светиться, но всего чуть-чуть. Я хочу увидеть больше света, Кэт.

— Но призрак Брайана…

— Кэтрин, в этом доме призрак не Брайан, а ты!

Кэтрин закусила губу, чувствуя себя так, как будто лучшая подруга только что ударила ее по лицу. Она вся трепетала и не могла посмотреть Лиззи в глаза. Наверху смеялись девочки, играли на пианино «Колокольчики звенят».

— Мне надо быть в Святой Люси лишь через два часа, — сказала, поднимаясь, Лиззи. — Почему бы мне не отвести девочек в кафе, чтобы ты могла подумать наедине?

— Неплохая мысль. — Кэтрин была шокирована тем, что ей хотелось, чтобы Лиззи покинула ее дом.

Лиззи встала и направилась к лестнице, чтобы позвать девочек. Они сбежали вниз, и Кэтрин слышала, как Лиззи спрашивала их, не хотят ли они прогуляться. Радуясь, они зашли, чтобы забрать пальто.

— А ты разве не идешь с нами? — спросила Бриджит.

— Нет, — она попыталась улыбнуться, — у меня еще есть дела.

— Это как-то связано с… — Бриджит не закончила предложение, и непроизнесенное имя как будто повисло в воздухе между ними. Кэтрин посмотрела в ее глаза, полные надежды, любви и беспокойства.

— Я так люблю их, — сказала Бриджит, — моих отца и брата. Почему они не могут поговорить друг с другом? Я не понимаю, почему все должно происходить таким образом.

— А почему так происходит? — вмешалась Люси. — Я могу разговаривать со своей мамой.

— На ферме все иначе. Отец поднимается очень рано. Выходит из дома до того, как встало солнце. А когда возвращается домой, ему надо приготовить нам обед. Мы говорим о разных вещах… о школе, о деревьях. Дэнни доставал свои графики и показывал нам, где будет следующий шторм — ну, ты понимаешь, движение воздушных масс из Арктики или влажные ветры с Северной Атлантики. Мне это нравилось, и отец всегда знал, что его ожидает.

— Это очень важно, — согласилась Кэтрин.

— Так и было, — сказала Бриджит тоскливо.

— Но я все равно не могу понять, почему твой брат не мог просто сказать отцу, что хочет остаться в Нью-Йорке, — настойчиво продолжала Люси.

Бриджит покачала головой:

— Дэнни говорил, что мы сами должны решать свои проблемы, не беспокоить отца. Я бы предпочла, чтобы Дэнни говорил с ним о чем-нибудь помимо погоды. Мне так хочется, чтобы моя семья снова была вместе.

— Просто продолжай любить их обоих, — сказала Кэтрин, в то время как Лиззи и Люси топтались позади них. Слова казались совсем неподходящими. Ей хотелось обнять девочку, убедить ее, что все образуется и ее семья снова будет вместе. Но она знала, что, когда люди расстаются — по какой бы причине это ни произошло, — иногда близость между ними исчезает навсегда.