Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

– Нет, в этом нет необходимости. Я и сам могу за себя постоять.

Скарабелло улыбнулся.

– Трепло.

– Ты и так уже достаточно для меня сделал.

– Как прошла твоя встреча? – спросил Скарабелло. – Он разозлился из-за того, что я не явился к нему лично?

Меркурио внимательно посмотрел на него. Только сейчас он понял, что отношения между Скарабелло и Джустиниани были вовсе не такими простыми, как ему казалось вначале. Речь тут шла не о шантаже. Что-то очень важное связывало судьбы этих двух сильных мужчин.

И вдруг Меркурио вспомнил слова Джустиниани, смысл которых он тогда не понял. Патриций спросил его, стал ли Меркурио новым парнем Скарабелло. И добавил: «Он ничегошеньки тебе не рассказал, мальчик».

– Так что, он разозлился? – повторил Скарабелло.

– Нет… – рассеянно ответил Меркурио. В его голове вызревала невероятная догадка. Увидев, как омрачилось лицо Скарабелло, он поспешно поправился: – Ну, то есть… На самом деле, мне показалось, что да. Он так возмущенно на меня посмотрел.

Губы Скарабелло растянулись в улыбке, и на лице его проступило точно такое же выражение, как и у Джакопо Джустиниани. Тоски и светлой грусти.

– Как все прошло?

– Хорошо.

– Ну ты ему показал, что он ничуть не лучше тебя, а?

И вдруг Меркурио охватило странное чувство, настолько сильное, что у парня сперло дыхание. Он не мог объяснить себе, что происходит, и когда попытался задуматься об этом, то почувствовал, что мысли словно ускользают от него.

– Он попросил меня… передать тебе привет.

– Ты лжешь! – Лицо Скарабелло окаменело. Похоже, он испугался.

– Нет, это правда.

Беловолосый отвернулся, но за мгновение до этого Меркурио увидел в его взгляде ту же тоску, что и в голубых глазах Джакопо Джустиниани.

– Оставь меня, – приказал ему Скарабелло.

Меркурио положил ему перстень на грудь и направился к выходу.

– Спасибо, мальчик, – прошептал Скарабелло, так тихо, что никто его не услышал.

Он сжал перстень, а потом с его изъеденных болезнью губ слетело заветное имя. Имя, которое он не произносил уже много лет.

Меркурио бежал по полям. Ему нужно было подумать, собраться с духом. Все считали, что Джудитте нет спасения, они смирились с ее казнью, словно она уже сгорела на костре.

– Нет! – крикнул он. – Нет…

И вновь Меркурио объял страх. Он не мог потерять Джудитту еще раз, и мысль об этом неотвязно крутилась у него в голове. Острая боль пронзила грудь. Меркурио замотал головой, точно пытаясь освободиться от страха.

И тут среди кустов, разросшихся слева от поля, Меркурио увидел кое-кого знакомого. Страх мгновенно сменился яростью, и парень припал на одно колено, поднимая несколько камней. Затем он сорвался с места и метнулся к кустам.

– Убирайся отсюда, щенок! – Он бросил в сторону Цольфо камнем.

Мальчик вышел из-за кустов, подняв руки.

– Не бей меня, Меркурио, – скулил он. – Пожалуйста, не бей меня!

– Пошел вон! – заходился от злости Меркурио. – Что тебе здесь надо? Тебя прислал твой монах, чтобы ты выведал, не затеваем ли мы что-то? Следишь за нами, мразь?! А ну убирайся отсюда, а то я тебя камнями до смерти забью, тварь!

– Пожалуйста, не надо, не надо… – молил Цольфо, приближаясь шаг за шагом. – Никто меня не присылал…

– Пошел вон, кому говорю!

– Я сбежал от них, Меркурио… – Цольфо указал на свою одежду, грязную, рваную. – Я уже две недели живу на улице. Я больше не с братом Амадео…

– Я тебе не верю!

– И не с Бенедеттой… Они злые… такие злые…

– Оставь меня в покое, Цольфо! – Меркурио поднял руку, показывая ему ладонь. – Как думаешь, из-за кого у меня этот шрам? Из-за тебя, тварь! Ты хотел убить девушку, которая не сделала тебе ничего плохого! А теперь ты смеешь являться сюда и говорить мне, что монах и Бенедетта – злые?!

– Пожалуйста… пожалуйста… – лепетал Цольфо, подходя все ближе.

– Я тебе не верю! – заорал Меркурио, наклоняясь за новым камнем.

Цольфо остановился. Он плакал, и слезы размывали грязь, въевшуюся в его кожу.

– Я не знаю, куда…

– А мне плевать! – Меркурио бросил в него камнем.

Мальчик отпрянул.

– Пожалуйста…

Меркурио поднял еще один камень и швырнул в его сторону. Камень попал Цольфо в бок.

– Я не знаю, куда… – повторил мальчик, отступая.

– Как по мне, так можешь сдохнуть под мостом. Или пойди утопись в канале… Мне плевать! Убирайся!

Цольфо замер на мгновение, но когда Меркурио поднял еще один камень, мальчик развернулся и скрылся за кустами.

Меркурио в ярости швырнул камнем об землю, но потом поднял еще один и изо всех сил бросил вперед. Юноша тяжело дышал, кровь стучала у него в ушах.

И постепенно ярость вновь сменилась страхом. Меркурио боялся, что Джудитта умрет, потому что ему не удастся ее спасти.

– Что же мне делать? – прошептал он. Ноги у него подогнулись, и Меркурио опустился на колени. – Я позабыл, как молиться, – тихо сказал он, складывая ладони. – Я даже не знаю, как обратиться к тебе… – Юноша посмотрел на белое от зноя небо. Воздух над полем дрожал. – Архангел Михаил, – произнес Меркурио, вспомнив, что этот ангел все время хранил его с тех пор, как он покинул Рим. Пытаясь подобрать подходящие слова, Меркурио на мгновение замер с открытым ртом. – Я забыл, как молиться… – повторил он. – Но ты можешь мне помочь?

Он не знал, что еще сказать. Юноша застыл в молитвенной позе, сухая земля шуршала у него под коленями, по лбу градом катился пот.

Через какое-то время Меркурио встал и пошел прочь.

Анна ждала его на пороге дома.

– Что случилось? Я слышала, ты кричал…

– Ничего. Просто щенок приблудился.

– А я уже испугалась. Слушай, тебе нельзя оставаться здесь на ночь. Приходили стражники, и их командир…

– Да, я знаю, – перебил ее Меркурио. – Не волнуйся, им меня не заполучить… – У него бегали глаза.

– Ну, говори, – подбодрила его Анна, видя, что он отводит взгляд.

– Что?

– Поговори со мной, мальчик мой.

– О чем?

Анна нежно погладила его по щеке.

– Ты не можешь нести такой груз один.

– Послушай, Анна…

– С тех пор как ты узнал о том, что случилось с Джудиттой, ты не пролил ни слезинки…

– Ну я просто не такой уж и плакса…

– Я говорила со Скарабелло, – сказала дель Меркато. – Ты знаешь, он мне не нравится. Но даже такой подонок, как Скарабелло, и тот к тебе хорошо относится. А знаешь почему? Потому что ты особенный. И Скарабелло сказал мне, что ты задумал кое-что очень опасное.