Камелия - Лесли Пирс

Но только тогда, когда Камелия стала помогать Магнусу со свадебными приготовлениями, счастье на самом деле вернулось в «Окландз». Однажды Ник услышал, что из кабинета Магнуса доносится смех: это Мэл и отец составляли списки приглашенных. Персонал взбодрился. Антони испек большой трехъярусный торт, а Джоан Даунис организовала генеральную уборку. Веселье вновь царило в их доме, прогоняя грусть и отчаяние.

У Мэл было столько дел, что нервные срывы сразу же прекратились. У Магнуса снова появилась цель. Он, как и раньше, ходил по отелю с записями и отдавал приказы. Маелз был частым гостем в «Окландз»: оставался в отеле на несколько дней, а персонал исполнял каждую его прихоть.

Ник попросил Конрада быть шафером. Хотя они были знакомы недавно, между ними возникла крепкая дружба. И теперь Кон стоял в церкви и ждал, когда Мэл войдет в зал под руку с Маелзом. Он был счастлив и возбужден, как ребенок на Рождество.

Было так приятно видеть родственников по обе стороны от прохода. Гамильтоны приехали, чтобы проявить уважение к Маелзу. Прибыли два его младших брата с женами, детьми и внуками. Со стороны Осборнов были Софи и Майкл, Стефан и Джун и десяток кузин, которых Ник почти не знал.

На дальних рядах сидели друзья: актеры, бывшие работники отеля, друзья Хелен, с которыми Ник и Мэл познакомились на похоронах. Но больше всего Камелии было приятно видеть приземистую фигуру Джека Истона и его огненно-рыжие волосы, а также доброе лицо и широкие плечи Берта Саймондза. И Джек, и Берт написали добрые проникновенные письма после смерти Хелен, в которых предлагали Мэл помощь и поддержку. Для Камелии было очень важно то, что они оба присутствовали здесь. Они имели отношение к Бонни и Джону, и таким образом они пополнили семейный круг.

Услышав сзади восхищенный вздох, Ник оглянулся, и у него даже в глазах закололо, когда он впервые увидел Мэл в свадебном платье. Она стояла на пороге церкви под руку с дедушкой. Конрад посмотрел на Мэл, потом на Ника, и его глаза за стеклами очков замигали.

— Значит, она не передумала, — прошептал он.

Когда Мэл стала у алтаря рядом с Ником, он задрожал. Она никогда еще не была такой красивой. Простое белое вельветовое платье подчеркивало оливковый цвет ее кожи, глаза сияли под нежной вуалью, в волосах был венок из розовых бутонов, нижняя губа дрожала от волнения.

Колокол, так грустно звучавший в октябре, весело звенел, когда Ник взял Мэл за руку и повел ее из церкви, на пороге которой их осыпали конфетти.

Был холодный морозный день. Голые деревья в церковном саду казались мрачными, но зимнее солнце, сияющие лица и веселая свадьба превратили маленький церковный дворик в цветущий летний сад.

— Вы счастливы, миссис Осборн? — спросил Ник, при этом его темно-синие глаза засияли от удовольствия.

— Невероятно счастлива, мистер Осборн, — ответила Мэл, опуская глаза, как невесты времен королевы Виктории. — Я бы даже сказала, что это самый счастливый день в моей жизни.

В семь часов вечера Мэл поднялась наверх, чтобы снять свадебное платье. Гости уже ушли, остались только Маелз и Конрад, которые собирались ночевать в «Окландз». Когда все вернулись из церкви, не было еще двенадцати. Прием гостей длился до пяти, а затем за Осборнами приехала машина, чтобы забрать их в Йоркшир. Вскоре и Гамильтоны уехали в Гемпшир, а затем разъехались все остальные гости.

Завтра Мэл и Ник полетят в Нью-Йорк, на короткий медовый месяц. Настоящий медовый месяц будет у них на Новый год в Риме.

Сидя перед зеркалом, Мэл сняла вуаль и венок. Она была рада, что выдался момент, когда она могла побыть одна. Свадьба оправ дала все ее ожидания, и даже превзошла их. Это действительно был самый счастливый день в ее жизни, невзирая на все нервные срывы, которые у нее случались перед этим.

Мэл улыбнулась. Все было так глупо, но тогда ей казалось, что это предупреждение о том, что нельзя праздновать свадьбу. Все началось со сна. Ник по традиции ночевал в квартире у друга, и Мэл не к кому было обратиться за помощью.

Ей приснилось, что по свадебному торту между фигурками жениха и невесты проходит огромный нож. Рано утром, еще перед тем как рассвело, она села у окна и заплакала. Мэл боялась, что все испытания, через которые они с Ником прошли, создали лишь иллюзию любви. Она плакала о тех людях, о которых заботилась и которых потеряла. А когда она взглянула на фотографию, на которой были они с Би, слезы снова покатились из ее глаз.

Но сейчас, двенадцать часов спустя, тревога и грусть оставили ее. У нее была большая семья — милые, добрые люди, которые радовались за нее от всего сердца. Завтра она отправится в Нью-Йорк, с новой фамилией в паспорте, с новыми вещами в чемодане, а впереди ее ждет целая жизнь рядом с Ником Осборном.

Камелия встала и расстегнула свадебное платье, подумав о том, захочет ли однажды ее дочь надеть это же платье. Мэл улыбнулась, глядя на себя в большое зеркало. У нее был шаловливый вид в белом кружевном корсете и чулках. Этот вид был далеко не девственным, но сегодня она будет играть для Ника роль новобрачной.

Мэл надела длинное красное вельветовое платье, которое она купила специально для сегодняшнего вечера. Цвет и фактура ткани напомнили ей тунику и шорты, в которых она была в свой первый вечер в клубе «Центр Земли». С тех пор она очень сильно изменилась, но сейчас у нее не осталось никаких сожалений. Она пережила гораздо больше, чем любая девушка в ее возрасте: много разочарований и душевной боли, но одновременно и много веселья. Она выходила замуж, осознавая все, что она пережила. Однажды она все это расскажет своим детям.

— Ну, возможно, отредактированную версию, — усмехнулась она себе.

Камелии было очень приятно снова увидеть Берта Саймондза. Она была рада, что ее детские представления о доброте и заботливости этого мужчины оказались правдой. Однажды Мэл приедет в Рай вместе с Ником, они остановятся в «Мермайд Инн», и она вместе с мужем пройдется по Хай-стрит с высоко поднятой головой.

— Мы в «Окландз» умеем отмечать свадьбы, — с гордостью произнес Магнус, растянувшись в кресле. — Даже если это прозвучит нескромно! Всегда найдется кто-то, кто не устраивает остальных, но все гости — хорошо воспитанные люди. Гости высшего класса!

Ник и Мэл рассмеялись. Им было приятно снова видеть Магнуса в таком расслабленном, шутливом настроении. Они сидели на диване. Мэл лежала, положив голову Нику на колени, Маелз сидел в кресле у камина напротив Магнуса, а Конрад расположился рядом в другом кресле.

— Истону было как-то не по себе, — заметил Маелз. — Твоя тетя Гертруда спросила у него, какое он имеет отношение к Мэл, и он не знал, что ответить.

— Ну, «детская любовь приемной матери невесты» — это довольно трудно выговорить, — засмеялся Ник. Он знал, что Маелз считал странным то, что Мэл пригласила Джека, но все же Маелз был уже стар и у него было слишком много предубеждений. Он, похоже, забыл, что Магнус тоже был любовником Бонни. — Это трудно объяснить, особенно такой глухой женщине, как тетя Гертруда. Я был очень рад его видеть, он хороший человек. Ты видел столовые приборы, которые он нам подарил?