Золушка и Дракон - Ольга Ларгуз

— Не напугал, просто… Райан спрашивает, как дела и нужна ли помощь. Я немного растерялась, не ожидала…

— Мы сами справимся, — отозвался Каан, вплетая свой голос в Драконью беседу. — Сегодня приедем во дворец.

— Я понял. Рад за вас, — свернул общение ошеломленный наследник и повернулся к Повелителю и Хафизе. Семья уже завершала завтрак в малой гостиной, и эта новость стала для них слаще всякого десерта. — Тара и Лорд Вартенс сегодня возвращаются. Они помирились. Можно начинать подготовку к свадьбе.

Пока рыжая раздумывала, не пора ли начинать новый день, Дракон уже все решил.

— У меня тоже есть пара вопросов, — внезапно заявил он, рукой прижав вертевшуюся девчонку к себе. — Смотри в глаза и отвечай.

— Что за вопросы? — она бессовестно воспользовалась моментом и щекотнула его пальцами по животу, наблюдая за реакцией. Задержав дыхание, Эмер завел ее руки за голову и надежно зафиксировал. Теперь Тара напоминала бабочку, приколотую к бархату.

— Ты на самом деле собиралась выйти замуж за Акмаля? — темные глаза смотрели пристально, очень серьезно. — Хотела остаться в Сэндаринии?

— Нет, не собиралась. Он хороший. Нежный, заботливый, внимательный, но Акмаль — не мой мужчина, — Тара проигнорировала моменты, когда при перечислении достоинств соперника глаза Дракона становились все темнее. Она решила быть честной. — Только теперь я понимаю, зачем нужна была та поездка, — рыжая поерзала, устраиваясь поудобнее в жестких руках, и продолжила, — в Сэндаринии я многое узнала. Впервые увидела тебя в бою. Как и Дамир, твой отец, ты — великий воин. Тогда я очень испугалась за тебя. Один против четверых — это слишком, — мужчина расслабился, и девушка моментально воспользовалась этим, освободив одну руку. — А еще я хотела, чтобы ты меня хоть немного ревновал. Надеялась, что это поможет добиться долгожданного признания. Не получилось.

— Получилось, — буркнул Лорд, закрывая глаза, когда тонкие пальцы оказались на его виске, пробежали по скуле и легко коснулись губ. — Я сильно ревновал. Боялся, что потеряю тебя. Рядом с сыном Орла ты выглядела такой счастливой…

— Но тогда почему молчал? Акмаль — мой друг. Мне легко, когда он рядом. Надеюсь, так будет всегда. Мы разные, но я не хотела бы терять его дружбу.

В зеленых глазах вспыхнуло пламя, рука упала на одеяло. Она поменялись местами: теперь Тара с нетерпением ждала ответа.

— Если бы я признался тебе в тот момент, то проявил слабость. Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной, запомни это. Любая подобная дружба заканчивается любовью… или ненавистью.

— Глупости какие, — фыркнула рыжая. — Моя любовь — это ты, а другие мужчины вполне могут быть друзьями…

— Не могут! — Дракон угрожающе навис над девушкой, сверкая глазами. — Видеть в тебе друга может только нездоровый мужчина голубого цвета, а нормальный обязательно влюбится. Посмотри на Акмаля! Если бы не приговор астролога, то он без промедления сделал бы тебе предложение!

— И что с того? — словно порох вспыхнула девчонка, пытаясь вырваться из стального захвата. — Он мог предлагать что угодно: любовь, все богатства Сэндаринии, престол… Меня это не интересует! Мне нужен только ты! И, кажется, я тебя сейчас стукну… или укушу! Ты ужасно упрямый! Да если бы я любила Акмаля, то уже давно была бы с ним! Кстати… — внезапно Тара затихла и пристально посмотрела на Дракона. — А если бы на месте Акмаля был ты, как бы поступил?

— Сгреб бы тебя в охапку и увез из дворца. Мы бы поженились, без вариантов, — хмуро отозвался Эмер. — Для меня не имеют значения мнение астролога, престол, звездная карта и их дурацкие правила.

— Вот поэтому я выбрала тебя, — рыжая обвила руками шею мужчины и быстро поцеловала в уголок губ. — Ты, конечно, невыносим, но мне другой не нужен.

— Ладно, с этим разобрались. А что с Конунгом? Зачем ты потащила Райана в Стоунфилд и навязалась следом? Ты же понимала, что я тебя не отпущу?

— А сам не догадываешься?

Эмер откинулся на спину и закрыл глаза. Эта рыжая… своими поступками она часто шла поперек логики, совершала безумства, но в каждом ее движении, как потом оказывалось, был смысл.

— Ну… подсказать? — ироничный голос, раздавшийся прямо над ухом, заставил мужчину слегка покраснеть. — Все на поверхности, не смотри вглубь.

— Тени?

— Точно! Вы с Райаном разобрались с ними так, как это не мог бы сделать никто другой, — пальцы целительницы пробежали по плечу мужчины, по красной полоске шрама. — Решили эту проблему раз и навсегда. Еще есть вопросы? Если нет, то давай договоримся…

— О чем?

— Ты меня больше не ревнуешь. Никогда. Ни к кому.

— Я попробую, — хмуро отозвался Эмер. — Но ты должна держаться от мужчин подальше.

— Не получится, дорогой. Я — целительница, оказываю помощь всем, кто в ней нуждается. Мужчины здесь не являются исключением. Забыл?

Лорд сел в постели и потянулся за одеждой. Он помнил все обещания, и с этим еще предстояло разобраться. Одно дело — говорить, а другое — наблюдать, как вокруг твоей любимой женщины вьются разные незнакомцы. Да пусть даже и знакомые, какая разница? Легче от этого не становится. Словно почувствовав борьбу, которая происходила в душе мужчины, Тара вновь уложила его на мягкую шкуру.

— Мне не нужны другие. Просто услышь меня. Только ты. Все просто.

— Услышал, — звонкий поцелуй отвлек рыжую на мгновение. Его было достаточно, чтобы Эмер вскочил и начал одеваться. — Нам пора собираться во дворец.

— Как только Райан приедет, мы сможем отправляться.

Дракон замер с рубашкой в руках, с удивлением глядя на девушку: — Зачем он сюда едет? Ты его вызвала?

— Да. Я подумала и решила. Во — первых, мне не в чем ехать в город. Серебристое платье я испачкала, когда с твоими целительницами в лес ходила. Райан привезет новое. Во — вторых… как мы будем добираться?

— На Смерче… И они не мои целительницы, а просто…

— Нет. Это неприлично, Эмер. Ты забываешь, что мы едем во дворец, а значит сейчас я — принцесса. Надо соблюдать правила и придерживаться этикета. Я могу ехать рядом с братом, но не с тобой. Не сейчас. Мы еще не женаты.

— Логично. Хорошо. Собираемся и ждем Райана.

Чуа обрадовалась, наконец — то увидев распахнутое окно. Запрыгнув на подоконник, она разглядела подругу, которая пыталась гребешком расчесать спутанные за ночь волосы. Звонко зацокала, изо всех беличьих сил делая вид, что не замечает стоящего в углу мужчину, который застегивал пуговицу на рубашке. Он смущал ее, такой большой, серьезный, нахмурившийся. Неужели ее ранний неуместный визит так рассердил гостя? Хотелось бы надеяться,