Девушка, прядущая судьбу - Наталья Калинина

Когда они с покупками выходили из магазина, Ингу неожиданно окликнули по имени. Девушка оглянулась и увидела спешившую к ним Анну. Инга остановилась и с улыбкой поприветствовала приятельницу:

– Привет, Аня!

– Привет! Здравствуй, Лизонька! – улыбнулась девочке Анна и протянула руку для приветствия. Елизавета, однако, лишь хмуро кивнула и руки не подала.

Аня засмеялась, постаравшись сгладить секундную неловкость и, сунув руку в карман летней юбки, весело произнесла:

– Вот так встреча! А что вы вместе делаете?

– Прогуливаемся! Краски покупали, – охотно пояснила Инга и почувствовала, как девочка крепко сжала ее ладонь.

– А-а… – Анна не знала, что сказать, переводя взгляд с Инги на Лизу и обратно. – Я рада, что ты приняла предложение Алексея…

– Он здесь ни при чем. Мы с Лизой случайно познакомились и подружились, – с нажимом произнесла Инга. Простушка Анна, сама того не желая, могла бы ляпнуть что-нибудь, не предназначенное для ушей девочки, которая стояла рядом. Инга бросила на девочку короткий взгляд: черные брови нахмурены, губы поджаты… Лиза чем-то была очень недовольна.

– Инга, мы с девчатами сегодня в десять опять собираемся в ресторане. Там же, где и в прошлый раз. Мария хотела сегодня зайти за тобой. Придешь?

Инга, украдкой рассматривая простоватое лицо Анны с покорным взглядом невыразительных светло-карих глаз, думала, что той надлежало бы родиться в другой эпохе. Анне бы пошла роль жены средней руки помещика, которую бы гораздо больше занимало хозяйство, рукоделие и дети, чем шумные балы и роковые романы. А еще она хорошо смотрелась бы в роли сестры милосердия…

– Так ты придешь? – не дождавшись ответа, переспросила Анна, скрасив свою настойчивость улыбкой. Пожалуй, лишь улыбка была способна сделать ее лицо немного красивее…

Инга, спохватившись, смутилась и поспешно ответила:

– Не знаю, Аня… Не обещаю, но постараюсь! – И тут же почувствовала, как Лиза тихо, но настойчиво потянула ее за руку, напоминая о себе и давая понять, что хочет уйти. – Извини, Аня, мы торопимся. Я обещала привести Лизу домой к ужину.

Инга, потакая девочке, торопливо попрощалась. Приятельница понимающе кивнула и, когда Инга уже повернулась, чтобы идти, напомнила:

– Так ты приходи! Мы были бы рады тебя видеть!

– Постараюсь, – оглянувшись, с улыбкой ответила Инга.

Лиза какое-то время была насупленная. Она выдернула свою ладошку из ладони Инги и, недовольно поджав губы, шла рядом, но в то же время будто независимо.

– Лиза, ты сердишься? На меня?

Лиза помотала головой, однако недовольное выражение не исчезло с ее мордашки.

– Ты подумала, что я сейчас отведу тебя домой и отправлюсь на вечеринку к приятельницам вместо того, чтобы раскрашивать с тобой камешки? – догадалась Инга.

Девочка, немного поколебавшись, утвердительно кивнула.

– Да нет же, смешная! Раз я тебе пообещала, я не буду менять свои планы. Мы с тобой, как и хотели, будем разрисовывать камешки! Тем более что мне и самой не терпится проверить, что за краски мы с тобой купили. Я так давно не рисовала! Ты даже представить себе не можешь, как давно!

Лиза, похоже, поверила ей и с облегчением улыбнулась. И снова сунула свою маленькую ладошку в ее ладонь.

Алексей вернулся домой раньше обычного. Поставив машину в гараж, он вошел во двор и с удивлением услышал звонкий смех, доносившийся из небольшой беседки в саду.

– Нет, Лиза! Собачку лучше сделать не фиолетового цвета, а более подходящего. Хотя бы желтого. Лизка, ты вся в краске! Похожа на разноцветного индейца! Нина Павловна придет в ужас, когда тебя увидит!

Смеющийся женский голос удивил. И Алексей, заинтригованный, вместо крыльца направился к беседке.

Он застал просто идеальную картину: на застеленном газетой раскладном переносном столе сохли раскрашенные во все цвета радуги камни, которые Лизка натаскала с пляжа. Дочка, поджав под себя ноги по-турецки, сидела на лавочке и, высунув от усердия кончик языка, кисточкой размалевывала очередной камень. Ее лицо, колени и руки почти до самых локтей были в разноцветных кляксах и полосах, и она, как правильно заметила сидящая рядом с ней Инга, очень напоминала индейца в боевой раскраске. Сама Инга была не намного чище Лизы, по крайней мере, пальцы и ладони у нее тоже были в краске.

– Добрый вечер, Алексей! – девушка, первая заметившая вошедшего в беседку мужчину, весело поздоровалась. Отложив кисточку, она убрала тыльной стороной ладони прядь волос, упавшую на лицо. И случайно оставила на лбу зеленую полосу.

– Добрый! – поздоровался мужчина и, смеясь, зашикал на Лизавету, тут же кинувшуюся к нему с объятиями: – Лиза, дочка! Ты меня сейчас всего испачкаешь!

– Краска легко отстирывается, – торопливо пояснила Инга и, оглядев созданный ею с Лизой беспорядок, повинилась: – Мы тут немного напачкали и намусорили…

– Уберем! Потом, – добродушно отозвался Алексей и, присев рядом с дочерью на лавочку, поинтересовался: – Чем вы тут заняты?

Лизавета с готовностью сунула папе почти под нос камешек в разноцветных, еще не высохших разводах, и Инга пояснила:

– Это – принцесса. Лиза нарисовала. Мы пытаемся превратить эти камни в королевскую семью… Знаете, злая колдунья превратила жителей целого королевства в обыкновенные камни, а мы с Лизой, как две добрые волшебницы, их расколдовываем.

Алексей, с удовольствием отметив про себя ее красивый грудной голос, подумал, что Кристина тоже постоянно придумывала для дочки новые сказки и игры. Они чем-то похожи – Кристина и эта Инга… Неуловимое сходство, не столько внешнее, сколько на уровне внутренних ощущений. Спохватившись, что он слишком пристально рассматривает лицо девушки, Алексей сморгнул и, обращаясь к дочке, излишне весело спросил:

– Значит, вы – две волшебницы? И ваши кисточки – это волшебные палочки?

Лиза с улыбкой кивнула, обрадованная тем, что папочка так быстро разобрался в их с Ингой игре.

– Хотите попробовать? – Инга протянула Алексею свою кисточку, но тот, покачав головой, отказался:

– Позже. Инга, можно вас на минуточку?

Когда они вдвоем вышли в сад и немного отошли от беседки, Алексей достал из кармана смятую пачку сигарет и протянул Инге:

– Угощайтесь.

– Спасибо.

Закурив, она вскинула на мужчину смеющиеся глаза и прямо спросила:

– О ком будем говорить? О Лизе?

– О ком же еще, – развел он руками, будто удивляясь тому, что можно еще говорить о чем-то или ком-то, не касающемся его дочери. – Как прошел ваш с Лизой день?

– Обычно, – пожала плечами Инга. – Ходили на пляж, читали книгу, ели в кафе мороженое. Теперь вот камни разрисовываем. Алексей, девочка занята, ей не скучно, радуйтесь этому.