Расстояние между нами - Кейси Уэст

Мистер Спенс рассматривает меня целых полминуты – от стрижки, что полгода назад мне сделали на дому, до потрепанных конверсов – и только тогда кивает в знак приветствия. Мне кажется, он принимает меня за помощницу фотографа, и если Ксандер хочет ему подыграть, я его не виню.

Ксандер смотрит сначала на отца, потом на меня. Если уж я не знала, как представить Ксандера своей маме, то могу только догадываться, что он думает о моем знакомстве с его отцом. Так что я держу рот на замке и крепко сжимаю фотоаппарат.

Мистер Спенс замечает в углу открытый ноутбук, и фотограф, наверняка уловив намек, говорит:

– Снимки еще не обработаны и не отредактированы, но вы можете их посмотреть.

Ксандер встает:

– В любом случае, мы закончили. – Он идет в спальню, но перед дверью оборачивается и говорит: «Кайман», – так, будто ждал, что я пойду за ним.

Я вопросительно смотрю на него, желая удостовериться, уверен ли он, и он в ответ протягивает руку. Мое сердце екает, и я, глубоко вдохнув, шагаю к нему. Правда, не беру его за руку, когда подхожу – я не настолько глупа, – просто прохожу мимо и ныряю в спальню. Он следует за мной и закрывает дверь.

И мне по какой-то причине становится нечем дышать.

Одежда, в которой он пришел, аккуратно висит на стуле в углу, и Ксандер, бормоча что-то себе под нос, идет к нему. Когда он снимает пиджак и начинает расстегивать рубашку, меня вдруг озаряет. А что, если я его сигнал – сообщение отцу, что он не хочет быть частью его мира, пешка в его игре в мятеж? Поэтому он стал со мной общаться? Тусоваться с бедной девчонкой. Это-то точно заденет его отца за живое. Я отворачиваюсь к белой стене, пока он переодевается, снимаю с шеи фотоаппарат и провожу пальцем по серебристой кнопке.

– Не волнуйся, – говорит он. – Я не буду здесь переодеваться. Пойду в ванную.

Но когда я поворачиваюсь, полагая, что уже можно, то застаю его в полностью расстегнутой рубашке. С одеждой в руках он направляется в ванную, и при виде его обнаженной мускулистой груди я краснею.

Даже после того, как дверь в ванную захлопывается, мое сердце продолжает биться в ускоренном ритме. Я медленно хожу по комнате, пытаясь успокоиться. Ксандер не должен так влиять на меня. Я не позволю.

Мебель и постельное белье в этой комнате даже сравнивать нельзя с теми, что у меня дома. Вначале я колеблюсь, но потом все-таки решаюсь погладить дорогой материал.

– Ксандер, это твой фотоаппарат или фотографа? – спрашиваю я, когда, переодевшись, он выходит из ванной.

– Мой.

– Можно одолжить его на несколько дней?

– Конечно. А зачем?

– У меня фетиш – фарфоровые куклы. Хочу сделать их снимки в высоком качестве.

Он качает головой:

– Давай попробуем еще раз. Зачем?

– Мне понравилась идея с сайтом. Возможно, пришло время нам тоже его создать. – Это могло бы спасти нас от банкротства.

– Хм… Не самый лучший способ показать маме, что магазин тебя не интересует.

Я пожимаю плечами:

– Я просто создам его, а она пусть следит. Введу ее в современный мир.

Возможно, сайт в конечном итоге заменит меня. Люди смогут оставлять заказы, мы заработаем больше денег… а потом мама сможет нанять работника на полставки. Я стараюсь не возлагать больших надежд на эту идею, ведь на ее реализацию могут уйти месяцы, но сама по себе она мне нравится.

Он ничего не отвечает, просто забирает у меня фотоаппарат и кивает на дверь, за которой находится его отец. Интересно, насколько плохо будет выглядеть то, что я выйду отсюда вместе с уже переодетым Ксандером?

Должно быть, почувствовав мою нерешительность, он говорит:

– Кайман, мне плевать, что он думает.

Конечно, ему плевать. Вероятно, он хочет, чтобы его отец подумал, что между нами что-то есть.