Успеть повернуть направо - Мария Круз

Перед нами предстаёт помещение, какие мы видим в журналах по интерьеру. Такое ощущение, что Даша просто ткнула на картинку и сказала: «Хочу точно такое же». И оно тут же появилось у неё в доме. Кухня была выдержана в коричнево-металлических цветах. В центре большой стол, столешница из тёмного мрамора, сверху висели сковородки и кастрюли из тефлона, количество техники для готовки зашкаливало. Все эти мультиварки, хлебопечки, соковыжималки и прочие миксеры. Пока Даша увлечённо рассказывала, как экономно иметь солнечные батареи при таком количестве электроприборов, Лиза толкнула меня и указала взглядом на холодильник.

Помимо дюжины магнитиков из разных стран и семейных фотографий, что в принципе есть практически в каждой семье, холодильник был сплошь заклеен жёлтыми стикерами. И на каждом из них – список дел, причём поминутный. Я немецкий не знаю, но нумерация на листочках и некоторые интернациональные слова явно об этом свидетельствовали.

Наши удивлённые взгляды с Лизой встретились и тут же разошлись, как только мы услышали призыв пройти наверх.

Когда мы вошли в спальню, перед нами предстала кровать, которой позавидовал бы король Людовик IV. Она была настолько огромная, что, казалось, в ней можно потеряться. Всю стену занимал встроенный шкаф, а из приоткрытой двери ванной виднелось большое зеркало в «старинной» оправе. Интерьер комнаты был в светлых тонах, а на полу красовался дорогой ковёр ручной работы.

Пройдя ещё череду гостиных, детских, кабинетов, мы вновь возвращаемся на кухню, и Даша начинает систематически раскладывать покупки. И умудряется сделать это так хорошо, что холодильник оказывается наполнен под завязку, но при этом ничего из него не вываливается и каждый продукт лежит на своём определённом месте. Чудеса, да и только. Даже если я беру всего лишь пару пакетов еды домой, у меня вечно всё вываливается из холодильника или теряется в нём. У Даши же всё было по полочкам.

Признаться честно, мы до сих пор с Лизой были то ли немного пьяны, то ли просто устали и жутко хотели спать. Даша поняла это и показала нам гостевую, куда мы и направились. Мы договорились, что отдохнем немного и спустимся к ужину. Как раз Ганс с детьми должен был вернуться.

– Уау! – говорю я, когда мы с Лизой остаёмся в комнате одни.

– Двойное уау! Не пойму, то ли я настолько пьяна, то ли мир вконец сошёл с ума?

– Одно не исключает другое. Слушай, ну она как робот какой-то. Тело её, а мозги словно запрограммированные. Где та ненормальная девчонка? Кто её загипнотизировал? – спрашиваю я скорее сама у себя, как попало развешивая вещи из чемодана в шкафу.

– Как думаешь? Она закодировалась? Или просто так вышло?

– Не знаю. От алкозависимости если и можно закодироваться, то характер, характер-то куда денешь? «Эта фреска, эта ваза», – передразниваю я подругу. – Да единственный раз, когда она была в Третьяковке, – это когда искала туалет. Бред какой-то.

– Ага, помню ту историю. Ну, я не то что против или мне что-то не нравится, но, по-моему, она перегибает.

– Думаешь, играет? Слишком как-то убедительно. Да и зачем? Ей перед нами выпендриваться нет смысла. Да и на розыгрыш не похоже. – Я обвожу глазами комнату.

– Да. Твоя правда. А ты мужа её видела?

– Не-а, – отвечаю я. – Когда приезжала, у него были какие-то встречи и он не смог прийти.

– И я. До сих пор, кстати, не понимаю, почему она нас на свадьбу не пригласила.

– Ну, как она мне объясняла, тогда пришлось бы звать бесчисленную родню и друзей Ганса. Тогда она ещё была вменяемой и её тошнило от этих приторных бело-розовых свадеб.

– Странно, в общем, всё это. Ладно, давай поспим хоть немного, – говорит Лиза, заворачиваясь в большое одеяло. – Закрой жалюзи, пожалуйста.

– О’кей, а ты поставь будильник. Часа через три чтобы разбудил.

– Думаешь, нам хватит?

– Не факт, но это лучше, чем ничего, – говорю я, опуская жалюзи до пола, и комната погружается в темноту.