Аукцион счастья - Лили Стивенс

Он поймал ее за руку и повернул к себе.

— Я думал… не обращай внимания, — с горечью сказал Нейт и отпустил ее руку.

Боль, звучавшая в его голосе, заставила ее остановиться и пристально посмотреть на него.

— Нейт, ты слышал разговор? — повторила вопрос Меган.

— А если и так? — отчаянно ответил Слоун.

Она не знала, что ей делать — то ли смеяться, то ли плакать. Нейту очень хотелось, чтобы она расплакалась, по крайней мере тогда бы он знал, что она раскаивается.

— Ты помнишь мою подругу Касси? — начала объясняться девушка, понимающе улыбаясь. Не выдержав комичности ситуации, она громко и весело рассмеялась.

— Да. Ну и что? — сухо произнес Нейт.

— Так вот. Уайатт — ее муж.

Но если она разговаривает подобным образом с мужем своей лучшей подруги, то ему от этого не легче, думал Слоун.

— Касси родила ребенка сегодня утром, — сказала она, вытирая рубашкой выступившие от смеха слезы. — Уайатт позвонил мне, чтобы сообщить об этом. Мальчик. Семь фунтов и восемь унций.

Так значит, ее подруга родила малыша. Большое дело.

— Рад за них, — все еще не понимая, буркнул он.

— Ты когда-нибудь видел новорожденного ребенка? «К чему весь этот разговор о младенцах?» — мысленно недоумевал Нейт и вслух сказал:

— Послушай, ты уже немало повеселилась сегодня. Может, хватит?

Боли больше не было, появилось скорее всего разочарование.

— У Уайатта дурацкое чувство юмора. Когда я спросила его, на что больше всего похож ребенок, он сказал, что он немного… — хохоча, она сделала паузу, — розовый. — Снова неудержимый смех: — И морщинистый.

— О!.. — наконец-то понял он.

— Да, о!.. — насмешливо передразнила Меган.

— Было еще что-то, ты говорила о разочаровании, — напомнил Слоун, желая разобраться во всем до конца.

— Не я, идиот! Касси. Она говорила раньше, что хочет девочку, и я спросила у Уайатта, разочарована ли она, что родился мальчик. Ей ведь нельзя волноваться.

Смущенно усмехнувшись, все еще чувствуя неловкость, он сказал:

— Я действительно дал маху.

— Очень вовремя, — с иронией проговорила Меган.

— Давай, продолжай, — хмуро предложил Нейт.

— Что ты еще хочешь услышать? — весело спросила девушка.

— Скажи мне, какой я дурак. Я вполне это заслужил, — раскаиваясь, промолвил Слоун.

— Ты заслужил намного больше, паникер, — зло прошипела она и неожиданно ударила его в солнечное сплетение. Эффект был просто поразительный: он согнулся пополам, с шумом пытаясь втянуть воздух в легкие. Удар женщины разнес вдребезги его больное эго. Только что он выставил себя полным идиотом перед Меган, а теперь еще и это!

— Ты закончила? — спросил он, когда пришел в себя.

— Возможно, — еще злясь, ответила она, и ее сосредоточенный взгляд остановился на его лице. Он догадался, что ею овладела не страсть, зная теперь, что она способна на многое, он провел языком по зубам, которые очень любил и не имел ни малейшего желания терять их. Его родители потратили очень много денег, когда он был подростком, чтобы он, не стесняясь, мог улыбаться.

Надо бы проверить, достаточно ли поутих ее гнев, и он изобразил, как надеялся, одну из самых очаровательных улыбок:

— Уж не задумала ли ты двинуть мне в зубы?

— А если и так? — что-то сосредоточенно обдумывая, ответила Меган.

— Каюсь, я это заслужил.

— Ладно. — Взгляд ее смягчился. — Живи. Подъем прошел просто отлично.

— Может, нам стоит подумать, как провести оставшуюся часть утра? — спросил он, придвигаясь к ней.

Она опустила взгляд, посмотрела на пояс его джинсов и взялась за верхнюю кнопку, расстегивая ее, проговорила:

— Вчера ночью было довольно-таки темно. — Ловкие пальцы справились со второй кнопкой. — Только немного лунного света, — хрипловатым голосом продолжала она. — Третья кнопка тоже не устояла. — А ты зачем-то выключил лампу, — шепотом закончила она, и последняя кнопка сдала позиции.

Ее руки обвились вокруг него. Меган всем телом прильнула к нему.

Волна сладострастия прошла по его телу, и он схватил ее, страстно прижимая к себе.

Хрипловатым голосом она предложила:

— Может быть, нам повторить вчерашний процесс при дневном свете, и тогда я смогла бы получить представление о предмете, который не дает мне спать по ночам. Как ты думаешь?

Она несла чепуху, а он умирал от желания. Он втиснул колено между ее ногами и задохнулся: на ней не было нижнего белья, и это лишило его последних крох самообладания. Быстрым движением он поднял ее на руки, отнес в спальню и швырнул на кровать со словами:

— Ты — ведьма.

— Нет, — мягко улыбаясь, ответила она. — Я — женщина.

— Это одно и то же, — пробормотал он и бросился на нее.

Позже он лениво наблюдал, как она натягивает одежду.

— Сегодня воскресенье, — сделал он последнюю попытку вернуть ее в постель. — Даже работники социальной службы имеют право на выходной.

Меган отбросила упавшие на лицо волосы.

— Я обещала Уайатту. И потом мне очень хочется увидеть Касси и ребенка.

После ночи и утра, проведенных с ней, Нейт не мог позволить ей уйти одной. Придется вставать. И вдруг ему в голову пришла мысль: готов ли он вообще когда-нибудь отпустить ее — и застала его врасплох. Он тут же выбросил ее из головы.

— Я поеду с тобой, — предложил Слоун.

Она натянула свитер и ласково улыбнулась:

— Мне будет приятно.

* * *

В роддоме пахнуло на них сногсшибательной смесью запахов — антисептика и свежесрезанных цветов, моющего средства и кофе. Лампы дневного освещения высвечивали изношенные плитки пола. Палаты новоиспеченных мам находились на третьем этаже. Меган и Нейт подошли к детской.

— Какой красивый, — восхищенно сказала девушка, глядя сквозь стеклянную перегородку на малыша, которого держала медсестра.

— Красивый, — согласился он, не отводя от нее взгляда.

Она усмехнулась:

— Что скажешь? Он действительно маленький, розовый и морщинистый?

Их глаза встретились, и она увидела, что он тоже едва сдерживает смех.

— Вовсе нет. Он большой, — не согласился Слоун.

— Конечно, не такой большой, как некоторые вещи, — двусмысленно сказала она, многозначительно глядя на застежку его брюк.

Это действительно было смешно: она пыталась завести его прямо здесь, в роддоме. Он увидел искорки смеха в ее глазах. Похоже, эта ведьма знает, что делает, и вполне вероятно, что у этой женщины нет стыда. Вообще никакого.