Мнимая измена - Лори Брайт

— Сначала пусть реализует полученное в Штатах и женится, наконец. А вообще-то Кейти мне говорила, что Дин успешно прошел собеседование.

— Она и это успела сделать! Ну да ладно, она обещала исправиться… Дин просил нас приехать в ресторанчик.

— Тебя или нас? Мне он еще не звонил.

— Нас.

По тому, как это произнес Маркус, стало ясно, что лучше не уточнять, почему Дин сделал приглашение через старшего брата.

— Я рада за Дина и обязательно поеду.

— Вот и хорошо. Я заеду за тобой.

Дженна взглянула на часы, приготовила завтрак и сварила кофе. По правде говоря, ей не хотелось сегодня ехать в университет — хотелось… помечтать. Но она решила, что отложит это приятное дело до вечера, а пока угостит себя кофе со сливками.

Но не думать о Маркусе девушка была не в силах. В их отношениях явно наметился новый виток: желание быть вместе на виду. Самое трудное — Дженна это прекрасно понимала — открыть их отношения близким людям, ведь проницательная мама Милли наверняка догадывалась о ее любви к Дину. Она хотела их супружества! Вот почему все были столь удивлены, увидев, что Дин вернулся из Америки с невестой.

Как теперь родители отнесутся к ее новой любви, вспыхнувшей столь неожиданно? Дженну мучила совесть. Она не раз уже подумывала поехать и все рассказать маме Милли, но не была уверена в чувствах Маркуса. Минуточку, а разве сейчас, после прогулки на яхте и киносеанса, можно говорить о любви? Это дружеская поддержка, не больше. Они друзья, а не влюбленные! Заботливый, внимательный старший брат опекает младшую названную сестру. Вот и все дела.

Дженну словно кто-то ударил в грудь: заныло сердце. К глазам подступили непрошеные слезы. Какая же она дура! Приняла опеку над собой за любовь. А поцелуи? — подсказал внутренний голос. Это элемент психотерапии, чтобы я не заболела и не умерла, ответила она себе. Маркус не любит ее, это ясно. И девушка, припарковав машину на университетской стоянке, побрела к главному корпусу.

— Постойте, Дженна!

Она обернулась. Ее догонял мужчина с неуловимо знакомым лицом.

— Постойте, — повторил он, — я хочу сказать вам пару слов.

Дженна уже узнала его: кафе и преследование.

— Что вы хотите? Я тороплюсь на лекцию, у меня всего пара свободных минут.

— Я уложусь в эти минуты. Хочу представиться: Роберт Локк, я приехал из Дели и буду здесь преподавать историю искусств.

— Что же вы в кафе не познакомились как цивилизованный человек?

— Приношу свои извинения. Я не думал, что мы коллеги. Вчера только на заседании совета по подготовке экспедиции в Индию услышал о вас.

— Ах, вот как вы узнали мое имя? — догадалась Дженна.

— Верно, но мне не только назвали имя, я увидел вашу фотографию на документах и понял, с кем сидел за одним столиком в кафе. Я лечу с группой в Индию в качестве научного руководителя.

— Почему вас назначили вместо мистера Макбрауна?

— Увы, с ним случился в воскресенье сердечный приступ, и он госпитализирован.

— Почему же вы приехали к нам?

— Хочу отвлечься от сердечной боли. У меня умерла жена, оставив на руках сына. И я приехал сюда — здесь живет моя мать.

— Давайте пообедаем в кафе вместе, и вы расскажете свою грустную историю. Если вам это поможет.

Он ухватил ее за руку.

— Я так признателен. Жду вас во время перерыва в кафе.

В полдень в этих двух уютных зальчиках с окнами на красивый водоем с золотыми рыбками и необычными, бирюзового цвета, лягушками было, как всегда, многолюдно и весело. Роберт Локк, как заметила, войдя в первый зал, Дженна, уже сидел за столиком. Ждал ее. Он был смуглым, и светлые волосы только подчеркивали загар. Руки покрывали золотистые волоски. В детстве он наверняка был рыжим. Как мой отец, невольно подумала девушка и вздохнула.

— Дженна, сюда!

Пока официантка выполняла заказ, они завели разговор о предстоящей экспедиции. Внезапно забулькал мобильный в сумочке Дженны. Послышался голос Маркуса:

— У нас ничего не меняется? В семь я заеду за тобой.

— А что, требовался дополнительный звонок?

— Проверка связи. И потом, еще один повод, чтобы услышать тебя. Чем ты занимаешься сейчас: сидишь в библиотеке?

— Не угадал, я обедаю в кафе.

— Но ужинать там я тебе не разрешаю. Намечается более интересное развлечение. Ну, пока.

— Кто это звонил? — напрямик спросил Роберт, — ваш бойфренд?

— Мой старший брат, — ответила Дженна и залилась краской.

Возвращаясь после лекций домой, Дженна хотела ответить себе на вопрос, что заставило ее соврать Роберту. Хотя разве она не сказала правду? Она просто ответила на вопрос по-иному! Но где-то в глубине души понимала: сказать пока нечего, ибо отношение к ней Маркуса непонятно чем продиктовано: жалостью, заботой, желанием помочь в трудную минуту близкому человеку или… Словом «любовь» Дженна их отношений не называла — это неправда. А поцелуи… ну и что?

Машина Маркуса уже стояла у крыльца ее дома.

— Дженна, садись в машину, мы опаздываем. Нужно еще заправить машину бензином.

…Когда они вошли в зал, увешанный разноцветными китайскими фонариками, дающими неяркий свет, они не сразу увидели компанию, расположившуюся на низких бархатных диванчиках вокруг круглого стола из красного дерева. Официант, смуглый маленький китаец с черной толстой косой до пояса, аккуратно расставлял на столе кушанья в бело-синих круглых чашках.

— Почему вы опоздали? — Дин с тревогой смотрел на Дженну. — Ты в порядке? Кейти рассказывала, что застала тебя вечером в воскресенье с температурой. Келли и я хотели приехать, но Маркус не велел тебя тревожить до сегодняшней встречи. Поэтому… здравствуй, Дженна, я рад тебя видеть.

Подлетели Кейти и Келли, расцеловались и стали наперебой расспрашивать о здоровье и рассказывать, что они заказали.

— Здесь просто чудесно, — прощебетала Келли, — лучше и придумать нельзя. Дин на прошлой неделе устраивал ежевечерние экскурсии по вашим ресторанам — этот самый экзотический!

Она устроилась на бархатном диванчике, подложив под локоть шелковую желтую подушечку с длинными кистями..

— А скоро будет танец живота, — вставила во время паузы неугомонная Кейти. — Мужчинам понравится.

Маркус что-то заказывал китайцу-официанту, тот слегка кивал головой, при этом его черная коса подрагивала и была словно живая.

— Дженна, сейчас ты попробуешь мое любимое блюдо.

На принесенных вскоре плоских тарелках с красно-золотой каймой лежали в сладком соусе какие-то плоды, похожие на инжир. Маркус воткнул в один из них специально принесенную деревянную спицу и поднес к губам девушки.