Любимец публики - Дениза Алистер

— Правда ли, что Рекс согласился продюсировать вашу картину на условии, что Мюррей получит главную роль?

Дик угрюмо проталкивался сквозь толпу, не обращая внимания на крики и вопли. Под нос ему совали микрофоны; актер с легкостью отметал их в сторону — сказывалась многолетняя практика. Мелли буквально наступала ему на пятки, панически боясь отстать.

Впервые Мелли по достоинству оценила актерское мастерство сестры. Спокойная и невозмутимая, Кэрол застыла на пороге, снисходительно улыбаясь беснующейся толпе. На лице ее не было и следа макияжа; в белой футболке и полинявших хлопчатобумажных брюках она составляла разительный контраст с женщиной в роскошном вечернем платье, которая уже поднялась на верхнюю ступеньку. Сама естественность, сама простота — против чар искушенной, разряженной сирены. Кого же предпочтут мужчины? — задумалась Мелли, глядя на происходящее. Как знать? А кого бы предпочел Дик?

— О, Дик! — Выразительное грудное контральто нарядной дамы привлекло внимание всех тех, кто еще не узнал о прибытии актера. Пышная грудь, стянутая алым бархатом, драматически вздымалась. — Не могу поверить, что и ты участвовал в заговоре!

Дик одним взглядом оценил ситуацию.

— Привет, Стелла, — сухо отозвался он. — В гости явилась?

Карие глаза певицы мстительно сощурились.

— Я хочу, чтобы весь мир узнал, какая бессердечная, гнусная интриганка украла моего мужа! — Она метнула на Кэрол испепеляющий взгляд.

Мелли задохнулась от гнева, но, к превеликому ее изумлению, взрывная, своенравная Кэрол не удостоила соперницу ответом, и по-прежнему на губах ее играла загадочная улыбка сфинкса.

— Полагаю, основную мысль народ уже уловил, — отозвался Дик. Его угрожающий взгляд не сулил ревнивице ничего доброго. — Скоро ли выйдет твой новый альбом, а, Стелла? — полюбопытствовал актер. — Не многовато ли бесплатной рекламы для одного дня? — добавил он вполголоса, чтобы не услышали репортеры.

Стелла расхохоталась, запрокинув голову и встряхнув гривой огненно-рыжих волос.

— Дик, котик, не тревожься. Я уже ухожу. Мерзавка свое получила. Видишь ли, я предпочитаю сама бросать мужчин, а не наоборот. — Певица обернулась к Кэрол, голос ее прямо-таки сочился ядом. — Мне отчасти жаль тебя, бездарная вешалка! — Отлично поставленный голос разносился над толпой; теперь любопытным не приходилось напрягать слух, чтобы уловить, о чем шепчутся две звезды. — Потаскушек, которые умеют играть, только опрокинувшись на спину, до черта. Спустя пару лет о тебе забудут даже газеты, а мой голос по-прежнему останется при мне. Только не жди, что Рекс станет осушать твои слезы, потому что надолго удержать его ты не способна.

Тишина стояла гробовая.

— Вы тоже, как выяснилось.

Мелли захотелось зааплодировать. Кэрол развернулась и величаво, словно королева, удалилась в коттедж. Обиженная, что последнее слово осталось не за ней, Стелла прокричала ей вслед длинную фразу, сплошь состоящую из выражений, в устах дамы неуместных. Дик наклонился к певице и тихо шепнул ей что-то на ухо.

Слова его возымели желаемый эффект. Стелла грациозно спустилась по ступенькам, задержалась перед кинокамерами и двинулась прочь в сопровождении двух грозных телохранителей. Мелли неожиданно оказалась с певицей лицом к лицу. Резкий, приторный запах духов ударил в нос, и Мелли непроизвольно поморщилась от отвращения. Стелла смерила ее взглядом.

— А вы кто такая?

— Как вы смеете говорить гадости о моей сестре?!

Голос Мелли не отличался особой силой, но по воинственной позе нетрудно было заключить: спектакль еще не закончился. Толпа жадно придвинулась ближе.

— Мелани, не надо. — Это подоспел Дик.

Но Мелли уже разошлась не на шутку, предупреждениям внимать не желала и резко стряхнула с плеча его руку.

— Да у моей сестры в одном мизинце больше таланта, чем у целой стаи таких, как вы!

Певица презрительно оглядела стройную фигурку в потертых джинсах и футболке. Щеки Мелли полыхали гневом, ясная голубизна глаз потемнела до оттенка грозового неба.

— Это твоя подружка, Дик? — Одна подведенная бровь снисходительно поползла вверх.

— Заткнись, Стелла! — рявкнул Дик. — Пойдем, Мелани. Шоу окончено, ребята.

Мелли одарила его негодующим взглядом. Да что он о себе возомнил? Ишь, распоряжаться вздумал!

— Вы сестра Кэрол Мюррей? — Вспышки камер на мгновение ослепили Мелли. — А с Диком вы в каких отношениях?

Мелли выставила вперед ладонь, пытаясь защитить глаза от вспышек блицев. Дик снова попытался увести ее в дом, и на этот раз она возражать не стала, поскольку поняла — увы, слишком поздно! — что своим вмешательством только ухудшила дело.

— Где вы живете, Мелани?

— Здесь… я живу здесь, — пролепетала она.

Толпа придвигалась все ближе. Происходящее напоминало ночной кошмар.

— Так вы живете здесь с двумя очаровательными девушками, мистер Грейсон? Как мило. — Дорогу Дику преградил коренастый репортер. На виске у многострадального любимца публики пульсировала жилка; он мрачно взирал на проныру сверху вниз, не говоря ни слова. — А Мелани тоже участвует в сделке? Ее включили в договор, когда Марли взялся финансировать фильм? Не могу сказать, что я вас осуждаю… — Договорить он не успел, так как кулак Дика опрокинул его на землю.

Дик обернулся к Мелли, подхватил ее, перебросил через плечо и взбежал на крыльцо. Потрясенная Кэрол распахнула дверь — и поспешно заперла ее за вошедшими.

Она молча переводила взгляд с мрачного как туча Дика на сестру, беспомощно повисшую на его плече. Внезапно ее разобрал безудержный, истерический смех: не в силах устоять на ногах, Кэрол плюхнулась прямо на пол.

— Ой, не могу, ой-ой-ой, — хохотала она, утирая слезы. — Рекс всегда говорил: ни один актер не умеет управиться с прессой лучше Дика Грейсона. У него… у него такая выдержка, такое хладнокровие! — Кэрол снова зашлась смехом. — Сегодня ты затмил саму Стеллу. Она по гроб жизни тебе не простит!