Шопоголик на Манхэттене - Софи Кинселла

— О чем это вы? — спрашиваю я, пытаясь не выдать своего смущения. — А что вы тут делаете?

— Я заглянула, чтобы представиться нашим новым партнерам, — говорит Алисия. — Мои родители живут буквально в пяти милях отсюда. Так что я решила заехать.

— А, понятно. Я не знала, что ваши родители живут в здешних краях.

— Люк нам строго-настрого запретил вас тревожить. У вас ведь выходной!

Сказано это так, что я почему-то чувствую себя маленькой девочкой.

— Ерунда, — резко говорю я. — Когда дело касается таких серьезных дел… как это. Мы с Люком утром как раз о нем говорили. За завтраком.

Ну ладно, про завтрак я сказала только для того, чтобы напомнить ей, что я — девушка Люка. И я знаю, что это глупо и смешно. Но когда я разговариваю с Алисией, у меня такое чувство, что мы с ней тайно соперничаем, и если я не нанесу ей ответный укол, она победит.

— Правда? — изумляется Алисия. — Как мило. — И она по-злодейски прищуривает глаза: — Ну и что вы думаете об этой затее? У вас наверняка есть свое мнение на этот счет.

— По-моему, это здорово, — осторожно отвечаю я. — Просто замечательно.

— И вы не против? — Она пытливо вглядывается в мое лицо.

— Ну… нет, — пожимаю я плечами. — То есть это, конечно, выходной. Но если встреча такая важная…

— Я не о встрече, — с хохотком говорит Алисия. — Я вообще об этой сделке. О всей этой затее с Нью-Йорком.

Я ошеломленно молчу. Какая такая идея с Нью-Йорком?

Как коршун, почуявший слабость жертвы, Алисия наклоняется ко мне с гаденькой улыбочкой на лице.

— Ребекка, вы разве не в курсе, что Люк собирается переехать в Нью-Йорк?

Я в таком шоке, что не в силах пошевелиться. Люк переезжает в Нью-Йорк? Вот почему он такой радостный. Он переезжает в Нью-Йорк. А мне… мне ничего не сказал…

Кровь приливает к лицу, в груди вдруг становится тесно. Люк едет в Нью-Йорк. И не сказал мне об этом ни слова.

— Ребекка?

Я поднимаю голову и заставляю себя улыбнуться. Алисия не должна догадаться, что для меня это новость.

— Конечно, я давно знаю об этих планах. Только… никогда не обсуждаю дела при людях. По-моему, лучше держать это в секрете, вы согласны?

— О, безусловно. — Но взгляд выдает, что она мне не поверила. — А вы тоже поедете?

Я пристально смотрю на нее, а мое лицо при этом становится все краснее и краснее, и я не знаю, что ответить. Как вдруг — слава богу! — за моей спиной раздается голос:

— Посылка для Ребекки Блумвуд.

Не может быть! К стойке регистратора направляется человек в униформе, а в руках у него моя огромная, потрепанная посылка, которую я уже и не чаяла увидеть. Мои вещи. Наконец-то. Мои наряды. Сегодня я смогу надеть что угодно!

Но почему-то… сейчас мне все равно. Сейчас мне хочется только удрать в свой номер и подумать в одиночестве.

— Это для меня, — выдавливаю я улыбку. — Ребекка Блумвуд — это я.

— А, тогда все прекрасно, — говорит посыльный. — Распишитесь тут, пожалуйста…

— Ну, не буду вас задерживать! — восклицает Алисия, удивленно разглядывая посылку. — Желаю приятно провести остаток дня.

— Спасибо, — отвечаю я. — Постараюсь.

И, пошатываясь, я волоку к лестнице коробку со своим барахлом.

Банк Эндвич

Филиал Фулхэм

Фулхэм— роуд, 3

Лондон

Миз Ребекке Блумвуд

Берни— роуд, д. 4, кв. 2

Лондон

8 сентября 2001 года.

Уважаемая мисс Блумвуд.

Благодарю Вас за письмо от 4 сентября, адресованное «душке Смити», в котором Вы просите его побыстрее оформить повышение лимита, пока «не появился новенький».

Я тот самый новенький.

В настоящее время я изучаю все личные дела клиентов нашего филиала и непременно свяжусь с Вами по поводу Вашей просьбы.

С уважением,

Джон Гэвин,

директор отдела кредитов.

ЭНДВИЧ — ПОТОМУ ЧТО МЫ ЗАБОТИМСЯ О ВАС