Подари мне волшебство - Кара Колтер

– Вперед. Будь скучным. Эта фраза не для победителя.

Она только что назвала Сэма Чисхолма скучным! Она чувствовала на себе взгляд Сэма. Ханна прикусила губу, чтобы не засмеяться.

– Это, – решила она и протянула ему табличку.

– «Чудо»? Почему именно «Чудо»?

– Потому что сейчас оно мне просто необходимо.

Было невозможно глупо чувствовать, будто чудо, в котором она так нуждалась, стоит около нее. Сэм, думая, что она не смотрит на него, положил свою табличку обратно в ведро. Он взял «Надежду» и долго на нее смотрел.

Звякнул дверной колокольчик, и вошел первый клиент.

«Чудеса», – подумала про себя Ханна.

– Простите, – обратилась она к посетителю. – Не могли бы вы подойти на минуту? – Женщина средних лет подошла ближе. – У нас только что состоялся конкурс венков, не могли бы вы быть судьей?

Сэм ослепительно улыбнулся, и женщина расцвела от его природного обаяния. Она посмотрела на оба венка и попросила разрешения рассмотреть их поближе. Она сделала шаг назад и указала на венок Сэма.

– Он вас подкупил?

– Нет, мне просто нравятся олени на ленте. Вообще-то я бы хотела купить оба венка. И елку тоже. – Она кокетливо похлопала ресницами. – Не поможете мне ее срубить?

Ханна хотела запротестовать: женщина просит генерального директора крупной фирмы и потенциального покупателя срубить для нее елку. Но Сэм посмотрел на Ханну и подмигнул ей. Нет смысла сопротивляться, когда происходят чудеса.

Двадцатью минутами позже Сэм уже загружал елку на крышу маленького автомобильчика первой покупательницы. Сэм был прав: несмотря на то что она взяла деньги, у нее было полное ощущение того, что она сделала подарок незнакомке.

Ханна прислушалась к своим эмоциям. Она любила это место, как она могла забыть об этом? Она не только дарила людям радость, но и получала ее в ответ. Это затмевало все остальное, сопровождавшее ее семью в Рождество: стресс, финансовые затруднения.

Сэм вернулся. Его белая рубашка была вся в грязи и хвое, волосы спутались. Давным-давно Ханна почувствовала непреодолимое желание поцеловать его. Она была ошеломлена, испытав это чувство снова, даже сильнее, чем прежде. К счастью, дверной колокольчик снова зазвонил, и Ханна поспешно отпрыгнула от Сэма. На этот раз Ханна хорошо знала посетительницу.

– Миссис Стейси!

Миссис Стейси была одним из самых первых работников на ферме. Ханна потеряла с ней связь много лет назад.

– Ты дома, – тепло поприветствовала ее женщина.

И действительно, именно так Ханна себя и чувствовала: она снова вернулась домой.

– Мистер Дьюи уволился.

– Ну и слава богу! – фыркнула миссис Стейси.

– У меня так много вопросов! – воскликнула Ханна. – Как же я рада вас видеть!

– Мы все наверстаем. Я видела несколько человек, блуждающих между елками. Пойду помогу им и сразу вернусь.

Ханна покраснела. Она так увлеклась мечтами о губах Сэма, что даже не услышала звуков подъезжающих автомобилей.

– Это миссис Стейси, – обратилась она к Сэму. – Она работала здесь, сколько я себя помню.

– Она может выполнять работу управляющего?

– Я как раз ломаю голову, почему не она была управляющей, – задумчиво произнесла Ханна. – Мама никогда не упоминала о ней, хотя они были подругами. Поэтому я подумала, что она переехала, как и мама.

– Вероятно, ты могла бы позвонить своему боссу и вернуться на работу, если миссис Стейси сможет выполнять обязанности управляющего, – сказал Сэм, внимательно наблюдая за ее реакцией.

Ханна поняла, что это действительно так. Она может уложиться в отведенные ей двадцать четыре часа. Но, подумав о кипе бумаг и противном голосе мистера Бэнкса, она вдруг махнула на все рукой. В конце концов, она поранила руку и не может работать.

– Я должна остаться на несколько дней, чтобы поставить все на свои места. Продажа фермы долгое время откладывалась. Но если уж я решила ее продать, я сделаю все как следует.

– Не плачь, – мягко произнес он. – Пожалуйста, только не плачь.

– Я даже не почувствовала, что плачу, – призналась она.

Сэм положил руку ей на плечо, и Ханна сердито вытерла слезы.

– Это просто смешно! – рассердилась она на себя. – Извини, я просто слишком устала. Так много дел нужно переделать, прежде чем я вернусь в Нью-Йорк. Все дело в ферме. Не такой я ее запомнила… Но я приведу ее в порядок.

– Каким образом?

– Я сделаю ее такой, какой хотел ее видеть мой отец: буду делать венки и продавать деревья.

Да это же просто невозможно! Неужели не имело значения ее повышение на работе? Ей придется даже уволиться, если она собирается последовать безрассудному порыву и восстановить ферму отца.