Мечта о любви - Джоан Дарлинг

Эшли проснулась ярким солнечным утром, снедаемая странным нетерпением, как будто ее ждало какое-то срочное дело. Она уселась и с трудом разлепила припухшие веки, чтобы посмотреть на часы. Четверть одиннадцатого. Всю ночь она маялась от бессонницы, без конца ворочаясь на кровати, – а вот теперь проспала. Уверения Теда в готовности заботиться о ней «всегда» расстроили ее сильнее, чем его стычка с Дэном, и разбудили душевную тревогу. Больше всего на свете Эшли хотела бы вернуться к прежней жизни, то есть снова летать. Ей не хватало постоянной смены мест, череды новых незнакомых лиц и грубоватого товарищества летных экипажей.

У нее и в мыслях не было поселиться здесь навсегда. Она искренне надеялась, что Санибел станет лишь временным прибежищем, где ей удастся зализать раны и избавиться от кошмаров и припадков страха, преследовавших ее и ночью, и днем. Правда, в последнее время Эшли стало намного легче. Ее больше не душила бессильная ярость, просыпавшаяся по поводу и без повода. И вот уже три недели не было ни кошмаров, ни припадков. Она даже начала надеяться, что с этим вообще покончено. Если это так, то у нее больше нет причины сидеть па шее у Джесс и Теда. Мысль о том, что Джессамин и Тед, действуя из самых лучших побуждений, создали ей чересчур тепличные условия, замедлявшие возвращение нормальной жизни, стала для Эшли неприятным открытием. Еще немного – и она окончательно утратила бы волю к сопротивлению, покорно позволив сделать себя частью домашней обстановки и добровольно отказавшись от права на самостоятельную жизнь. Она глубоко вздохнула. Объяснение с Тедом и Джесс наверняка будет болезненным и бурным, однако пришло время возвратиться в большой мир.

Теперь, когда решение было принято, ей не терпелось претворить его в жизнь. Первым делом она объяснится с Джессамин, а потом повидается с Дэном. Она хотела попрощаться ним по-человечески и сказать, что уезжает с острова навсегда.

Эшли приняла душ, надела полупрозрачную газовую блузку цвета спелой земляники и белую полотняную юбку, расчесала волосы так, что они засверкали на солнце живым золотом, и стянула их на затылке шарфом из розового шелка. Чувствуя необычную приподнятость и решимость, как будто готовилась к бою, Эшли слегка подкрасила губы и надушилась своими любимыми духами. Какой-то странный порыв, заставил ее в последнюю минуту сунуть в карман раковину юнонии.

Оказавшись в коридоре, она услышала оживленные голоса и смех Теда и Джессамин, завтракавших на террасе. Обычно в это время Тед уже уезжал на службу. Эшли пришлось вернуться к себе в спальню и подождать. С Джессамин следовало разговаривать наедине. Тед наверняка упрется и не захочет слушать никакие доводы. Она нервно металась из угла в угол в своей спальне, пока наконец не услышала, как под колесами «мерседеса» захрустели ракушки на подъездной аллее. В ту же минуту Эшли оказалась на террасе.

Джессамин все еще сидела за столом. Она приветливо улыбнулась сестре и отложила в сторону утреннюю газету.

– Оладьи или вафли?

От волнения у Эшли так скрутило внутренности, что даже думать о еде было противно.

– Спасибо, я просто попью кофе. – Она подошла к кофеварке, наполнила кружку и уселась напротив Джессамин. Набрала в грудь побольше воздуха и посмотрела прямо в глаза своей сестре.

– Джессамин, я должна кое-что тебе сказать.

– Конечно, милая. – Джесс выразительно распахнула глаза. – Ты же знаешь, я всегда готова тебя выслушать.

Эшли пришло в голову, что не следует рубить с плеча. Лучше подойти к главному окольным путем. И она решила сперва изложить причины, прежде чем приступить к сути принятого ею решения. Она начала как можно ласковее: