Искуство быть собой - Сорейя Лейн

– Мне, в самом деле, все понравилось. Если бы не эта досадная боль, – она жестом показала на свою лодыжку, – день был бы просто идеальным.

Вики подошла к столу, облокотилась на спинку стула, на котором сидела Кейтлин, и легким движением похлопала ее по ладони.

– Давайте попробуем исправить и сделаем идеальным вечер, – предложила она и тепло улыбнулась. – Том, принеси Кейтлин что-нибудь выпить, а потом помоги мне на кухне.

Он лукаво, словно напоминая о вчерашней вечеринке, посмотрел на Кейтлин, и она улыбнулась, подмигнула ему, устраивая поудобнее ногу на стул, который он ей придвинул.

– Я тебя оставлю на минуту? – ласковым шепотом спросил Том.

– Со мной все в полном порядке. Правда, – ответила она, утонув в теплом свете его карих глаз. Так оно и было на самом деле. Она давно не чувствовала себя такой спокойной и счастливой в обществе мужчины.

Том слегка коснулся ее волос ладонью, провел пальцем по ее щеке. И у Кейтлин перехватило дыхание.

Она увидела, что Пенни наблюдает за ними и улыбается.

– Кажется, я начинаю понимать, почему Том так стремился присмотреть за Габи в наше отсутствие.

Кейтлин встретилась взглядом с Пенни и увидела в нем только доброту и ласку, понимание и дружелюбие.

– Я раньше никогда не встречала Тома, – призналась Кейтлин, испытывая потребность поговорить с его невесткой начистоту. – Он произвел на меня впечатление, как только пришел в мой класс.

– Забрать Габи? – переспросила Пенни.

– Я полагаю, Габи не сказала вам, что уговорила Тома выступить перед своим классом?

Пенни заразительно рассмеялась:

– Вы это серьезно? Том действительно согласился?

– Знаете, Пенни, я думаю, вы недооцениваете ту власть, которую одна маленькая девочка имеет над своим дядей.

– Вы правы, Габи может получить от любого знакомого мужчины все, что она пожелает.

– О ком это вы говорите? – раздались мужские голоса.

Кейтлин подняла взгляд одновременно с Пенни и увидела Тома и еще одного мужчину, стоящих плечом к плечу. Не было никаких сомнений, что они братья: те же темные волосы и карие глаза, и они оба почти заполнили дверной проем.

– Привет, я Дэниел, – сказал мужчина, подходя ближе к своей жене. – И я точно знаю, кто вы такая. – Он ухмыльнулся Тому и поймал его сердитый взгляд.

– Не ссорьтесь, мальчики. – Вики вернулась в гостиную с огромным подносом, уставленным тарелками с едой.

Кейтлин, как зачарованная, наблюдала, с какой нежной заботой оба брата направились к матери, чтобы перехватить поднос и помочь ей накрыть на стол. Потом Дэниел последовал за матерью на кухню и вернулся с еще одним огромным блюдом. Было так трогательно видеть, как двое взрослых мужчин с нескрываемым удовольствием помогают женщине, которая родила их и вырастила. У Кейтлин слегка защипало глаза.

– Выглядит невероятно, – выдохнула она.

И действительно, вид угощений затмевал только аромат, густой и пряный, исходящий от еды.

– Кейтлин, думаю, я пропустил ту часть рассказа о том, как вы с Томом познакомились, и что он такого натворил, что вы растянули лодыжку? – пошутил Дэниел.

Кейтлин сначала посмотрела на Тома, который в это время разделывал жареного цыпленка, а потом с легкой улыбкой обратилась к его брату:

– Довольно забавно. Сначала мы встретились в моем классе. А сегодня он пронес меня на руках до машины больше мили, так что мы почти квиты.

– А что вы потребовали сверх того в качестве компенсации? – ответно пошутил Дэниел.

Щеки Кейтлин вспыхнули, но она не собиралась делиться подробностями о вчерашнем вечере.

– Кейтлин преподает в школе балетные танцы, так что я помогу ей собирать декорации для следующего выступления ее класса. – Ложь на удивление легко слетела с губ Тома, и Кейтлин была ему благодарна за косвенное заступничество.

– Балет? – переспросила его мама. – Вы учите класс Габи?

– Да, – ответила Кейтлин и положила себе еды. За столом каждый ухаживал сам за собой, и она была довольна, что не находится в центре всеобщего внимания, как гостья. – Габи – одна из моих любимых учениц и в балетном классе, и в школе.

Габи, польщенная словами учительницы, заерзала на своем стуле от радостного возбуждения.

– Хотите посмотреть, что мы выучили на прошлой неделе? – Ей не терпелось продемонстрировать свои достижения.

Кейтлин смотрела и радовалась, как остальные взрослые одобрительно закивали, одобряя энтузиазм Габи и ее желание сделать всем приятное.

В то время как ужин остывал на столе, Габи кружилась, танцевала и хихикала, пока все остальные не начали смеяться. Взрослые с удовольствием смотрели на ребенка, вместо того чтобы есть, и это очень радовало Кейтлин. Габи была ее ученицей, Кейтлин была отчасти причастна к ее успехам, и она ощутила себя на миг членом настоящей семьи. И ей это нравилось.

Кейтлин взглянула на Тома, чтобы увидеть, понятны ли ему ее чувства. И опустила взгляд, когда он улыбнулся ей. Улыбка была такой чувственной и непринужденной, искренней и многозначительной, что она вздрогнула.

Она так долго и упорно отвергала любого мужчину, пытавшегося за ней ухаживать. Долгие годы была сосредоточена на себе самой и выстраивала жизнь самостоятельной женщины, которая может и должна быть счастлива одна. Но сейчас она начала задумываться, сможет ли она построить отношения с Томом, получится ли у нее. Если она откроется ему, если они начнут строить будущее из того, что у них есть, может, она снова научится доверять? Надежда и ожидание должны заставить ее забыть предыдущий негативный опыт.

Том накрыл руку Кейтлин своей и благодарно сжал ее пальцы. Ему хотелось провести так весь вечер: улыбаться ей, смотреть на нее, наблюдать, как она общается с его семьей. И он не мог не думать о том, что своей семьи у нее нет.

– Ты в порядке? – спросил он настороженно.

– Да. Вообще-то даже лучше, чем просто в порядке.

Том не помнил, чтобы когда-нибудь видел ее настолько расслабленной.

– Пойду соберу посуду, – сказал Том, неохотно убирая руку. – Не хочу, чтобы Дэниел опередил меня.

– Всегда соревнуются. Стараются превзойти друг друга, – сказала Пенни, откинувшись на спинку стула с почти пустым бокалом вина в руке.

Том еще раз взглянул на Кейтлин перед тем, как присоединиться к брату и матери на кухне. Он не хотел оставлять ее. У него было такое чувство, что он должен оставаться рядом с ней, но он проигнорировал его. Она сидела с его невесткой, и он должен был обуздать свой внезапный порыв защитить ее.

– Ну, – спросил он брата, когда они остались на кухне вдвоем, – что скажешь?

Дэниел пожал плечами, не желая повернуться к брату лицом, чтобы оно не выдало его настоящих чувств, которые за словами прятать гораздо проще.