Угрозы любви - Дженнифер Эшли

— А если я откажусь вам помогать?

Анна привязала фитиль к самой маленькой бомбе.

— Тогда я убью тебя, глупая девчонка. Давай! Иди внутрь!

— Но вы ведь все равно убьете меня, верно?

— Чепуха! Ты поможешь мне освободить Себастьяна, и я вознагражу тебя. Обещаю.

— Ваше обещание ничего не стоит.

— Вот тут ты ошибаешься, подружка. Некоторые обещания я выполняю. Запомни.

Анна подтолкнула Эванджелину к воротам тюрьмы и исчезла в темноте.

Эванджелина слышала свои шаги, когда вбегала в открытые кованые ворота. В противоположной стороне небольшого двора находилась узкая дверь, ведущая в холодный похожий на туннель коридор. Она заглянула туда, но коридор был пуст.

Эванджелина сняла связку бомб с шеи и положила ее на камни во дворе. Ладони ее взмокли от пота, когда она потянула за фитиль. Но фитиль был закреплен слишком плотно, и девушка не смогла ни размотать его, ни оторвать. И она, оставив все как есть, бросилась в коридор. В конце холодного коридора была еще одна дверь, закрытая тяжелыми деревянными брусьями, вставленными в выемы на стенах. А рядом с ней имелась другая дверь, очень узкая и чуть приоткрытая. Девушка распахнула ее и замерла. В маленькой комнате без окон за деревянным столом сидели трое мужчин. На столе валялись карты и стояли кувшины и кружки. Двое из мужчин — черноволосые, в мятых белых рубашках и черных брюках — вскочили на ноги и потянулись к своим пистолетам. А третий, блондин с черной повязкой на глазу, остался сидеть. Грива грязных светлых волос свисала ему на плечи, а лицо поросло щетиной. Поношенная льняная рубаха была расстегнута до пояса, так что видна была волосатая грудь. Блондин уставился на Эванджелину своим единственным глазом и на чистейшем английском произнес:

— Боже милостивый…

Охранники успокоились и убрали свои пистолеты.

— В чем дело, senorita[6]? — спросил один из них.

— Пожалуйста, уходите отсюда. Я оставила бомбы во дворе. Она намерена их взорвать!

Мужчины уставились на нее в недоумении. О Господи! В академии мисс Пейн ее обучили французскому, но испанский не считался языком, который необходимо знать молодой леди.

— Вы должны бежать. Бегите! Бум! Бум! Бум!

Один из охранников хихикнул. Светловолосый же не смеялся; он что-то сказал остальным, и улыбки исчезли с их лиц. Они переглянулись, а потом, оттолкнув Эванджелину, выскочили из комнаты.

— Вам тоже нужно бежать! Бегите! — крикнула девушка светловолосому.

Он насмешливо улыбнулся — как будто она сообщила всего лишь о том, что обнаружила во дворе таракана.

— Девочка, кто вы такая?

— Я Эванджелина Клеменс. А вы… Себастьян? Анна пришла спасти вас. Она послала меня заложить взрывчатку. Но она не знала, что вы здесь.

— Ясно.

— А я не могу оставить вас умирать здесь, хотя из-за вас Анна разрушила мою жизнь.

— Как вы добры… — Мужчина снова улыбнулся.

— Уходите, пожалуйста. Времени мало.

— Понимаю ваше нетерпение, мисс, но… — Он поднял правую руку — на ней были наручники, а цепь от них тянулась к кольцу в стене.

— О Боже!

— Ключи на том столе, мисс. — Узник указал на связку ключей, лежавшую на столе рядом с дверью.

Эванджелина тут же схватила ключи:

— Какой из них подойдет?

— Вряд ли на них есть этикетки. Давайте все.

Высоко подняв позвякивающую связку ключей, Эванджелина подошла к узнику. Он взял у нее связку и вставил один ключ в наручники. Ключ не подошел. Он попробовал другой.

— Кто вы такая, моя отважная спасительница?

— Я уже сказала. Я Эванджелина Клеменс. Из Литтл-Марчинга. Из Глостершира.

— Понятно.

Ни третий, ни четвертый ключ не подходили.

Эванджелина заломила руки.

— Скорее!

— Вы можете бежать, моя спасительница. Вы не обязаны дожидаться меня.

— Но это было бы… — Она замолчала. Почему она должна заботиться о жестоком пирате, который к тому же любовник Анны? Но что-то не позволяло ей обрекать на гибель этого закованного в цепи человека. Она освободит его, подтолкнет к Анне — и убежит от них!

И пятый ключ не подошел. Эванджелина потянулась за связкой, но заключенный не отдал ей ключи.

— Если вы их уроните, мисс, нам придется начинать все сначала, — сказал блондин, улыбнувшись, и снова занялся ключами. Его волосы казались чуть желтоватыми, а единственный глаз был ярко-синий. «Если его отмыть, — подумала Эванджелина, — он мог бы стать почти красивым. Для пирата…»

Она вспомнила темные волосы капитана Блэкуэлла и его черные глаза, в которых, тлел огонь. Он сейчас где-то у берега. Он приплыл сюда, чтобы остановить Анну, и, возможно, он даже не вспомнил о ней, Эванджелине. Если он схватит Анну, то для него дело будет сделано и он сразу уплывет.

— Пожалуйста, поспешите, — прошептала она.

— Да-да… — Один из ключей наконец подошел. Отстегнув наручники, узник бросил их на пол и потер запястье. — Ну моя спасительница, куда же мы теперь направимся?

— Она в любой момент может взорвать двор. Здесь есть другой выход?

— Идемте со мной. — Он встал и взял ее за руку.

Эванджелина ожидала, что он задержится, чтобы собрать, как полагается пирату, золотые монеты, рассыпанные по столу. Но этот человек не обратил внимания на деньги и направился к двери.

Он повел девушку по узкому коридору, переходившему в своего рода туннель. Тут и там под ноги попадались кирпичи, и Эванджелина спотыкалась, хватаясь за руку мужчины, чтобы не упасть. Свет позади них становился все слабее, и вскоре они брели уже в кромешной тьме.

Через некоторое время он остановился.

— Здесь.

Эванджелина протянула вперед руку, но вместо камня коснулась холодной железной решетки.

Звякнули ключи. Оказалось, что узник прихватил с собой всю связку. И он снова начал подбирать ключ, пробуя их один за другим.

За спиной у них раздался грохот, и проход наполнился пылью. На них градом посыпались мелкие камни, и девушка, вскрикнув, закрыла ладонями лицо.

Пират коснулся ее руки.

— Вы в порядке?

Эванджелина закашлялась, отряхивая с волос каменную пыль.

— Должна вам сказать, что ваша мисс Адамс — глупая женщина. Она могла вас убить.

Пират ничего не ответил и снова принялся подбирать ключ.

Только Эванджелина подумала, что подходящий ключ, очевидно, был совсем в другой связке, как замок щелкнул.