Навечно моя - Лора Павлов

— Клянусь тебе, между нами с Эверли ничего нет, Дарриан. Только куча общего прошлого, — я пожал плечами. Это была правда. Но это не меняло того, что Дарриан слишком романтизировала то, что у нас было.

— Хоук Мэдден, ты правда настолько слеп? Там явно больше, чем просто прошлое, — сказала она, отстегнув ремень и вылезая из машины.

Может, она была права. Эту связь невозможно было не заметить. Но это вовсе не означало, что кто-то из нас должен ей поддаваться.

9 Эверли

Я проснулась с ужасной головной болью и поплелась в ванную как раз в тот момент, когда Дилли влетела в дом.

— Доброе утро, солнышко. Я одолжу бейгл, — крикнула она из кухни.

— Одолжу подразумевает, что ты его вернешь. Говори уж честно — краду. У тебя что, своего дома нет? — я вышла на кухню.

— Томат — помидор, — беззаботно бросила она, засовывая бейгл в тостер, а потом повернулась ко мне. — О боже… ты выглядишь паршиво.

— Значит, ты воруешь мою еду и оскорбляешь меня одновременно? — я села на барный стул, потирая виски, как вдруг дверь распахнулась настежь.

Вошли Шарлотта и Хоук, и я поспешно поправила свои короткие пижамные шортики и маечку, вскочив на ноги.

— Расслабься, девочка. Вчера я видел тебя куда больше и во время нашего заплыва на озере, и во время твоего стриптиза, когда ты выползала из моей машины, — ухмыльнулся Хоук, проходя на кухню. Он налил два кофе, один протянул мне, второй забрал себе.

— Привет, сестренка, — Шарлотта чмокнула меня в щеку. Она всегда была более мягкой и спокойной, чем Дилан, и сегодня, с моим чудовищным похмельем, мне определенно была ближе ее нежность. — Я проезжала мимо и увидела, как наш хоккейный ас выходит из своей машины.

— Ооо, давай подробности! Что за стриптиз у вас был? — оживилась Дилан, размазывая крем-сыр по бейглу и запрыгивая на кухонную столешницу.

— Ничего особенного. Девушка Хоука неожиданно его навестила, а я просто пыталась выбраться из машины, не доставив им проблем, — пожала я плечами.

Он громко рассмеялся, а Шарлотта, почувствовав, что мне плохо, уткнулась мне в плечо, успокаивая. Она всегда умела читать людей.

— Ты все еще встречаешься с Дарриан Сакатто? — спросила Дилан с набитым ртом. — Она, конечно, горячая штучка, но с уколами в губы как-то перебор, если честно.

Хоук расхохотался.

— Нет. Мы друзья.

— А она назвала его своим мужчиной. Так что, думаю, эта кинозвезда с тобой не согласилась бы, — прошипела я.

Вышло злее, чем я хотела. Дарриан была вполне мила. Просто мне безумно хотелось выцарапать ей глаза. Это же нормально, правда?

Шарлотта внимательно посмотрела на меня и улыбнулась, а потом повернулась к Дилан:

— Я думала, ты идешь со мной на пилатес, Дилли? — она всегда умела сменить тему, когда мне это было нужно.

— Иду. Мне просто нужно было подзарядиться, — Дилан пожала плечами, снова откусила бейгл, спрыгнула с кухонного острова. — Увидимся, хоккейный ас. И ты, Эв, отдохни.

— Пойдем, — Шарлотта остановилась, чтобы еще раз обнять Хоука, Дилан сделала то же самое. Обе крепко сжали меня в объятиях и вышли за дверь.

Хоук вел себя на моей кухне так, словно был здесь хозяином. Он бросил два бейгла в тостер и обернулся ко мне. Как ему, черт возьми, удается выглядеть так хорошо?

— Неужели только я вчера перебрала?

— Ага, как же. Думаю, мой отец выпил гораздо больше тебя, а мама вообще шла с тобой вровень, — он рассмеялся, явно даже не ощущая последствий.

Я сделала глоток кофе и вспомнила вчерашний вечер. Поцелуй. Дарриан, называющая его своим мужчиной. Пиво, которое я выплюнула на красивую шелковую блузку кинозвезды. Рыгание. И мне почему-то казалось, что мой выход из машины выглядел куда менее изящным, чем я думала.

Я застонала:

— Кажется, я выставила себя полной дурой.

— Ты в порядке, Эвер.

— Я думала, вы с ней расстались? — осторожно спросила я, готовясь к ответу. Почему мне вообще не все равно? Хоук Мэдден не мой. Не был моим уже много лет. Почему это так меня задевает?

— Так и есть, — он достал два блюда, когда из тостера выскочили горячие бейглы, намазал оба крем-сыром и протянул мне один. — Ешь.

— Спасибо, — я откусила кусочек, и мы пару минут сидели молча. — Тогда зачем она здесь была?

Я звучала отчаянно, но мне нужно было знать.

Я пережила девять лет, пока мой бывший стал известным хоккеистом. Видела его в прессе с другими женщинами. Это всегда причиняло боль, но не так, как видеть его вживую с кем-то. Словно нож в сердце. Боль была неописуемой.

Почему, черт возьми, я встретила свою родственную душу в пятнадцать лет? Это же нечестно, правда? Слишком много времени, чтобы все испортить.

Я знала — никого такого, как Хоук, я больше не встречу. И не встречала. Но меня это устраивало. Потому что я не хотела любить так сильно. Так глубоко.

Он был напоминанием о том, чего мне нужно избегать.

— Она скучала по мне. Мы все еще друзья, — спокойно сказал он.

Я кивнула и откусила еще кусочек.

— Ты пойдешь с ней на красную дорожку?

— Я сказал, что приду, если она захочет, чтобы я был там.

Он отвечал прямо, но почти ничего не рассказывал. Крошки информации, не больше. Будто специально вынуждал меня задавать еще вопросы.

— Надолго она приехала?

Он закатил глаза:

— Она уехала сегодня утром. Тебе еще что-то нужно знать?

Я покачала головой и тяжело вздохнула. Хотя, если честно, вопросов у меня было масса. Я до смерти хотела узнать, где она ночевала. Спят ли они еще вместе. Но, похоже, я и так зашла слишком далеко со своими расспросами.

Почему все это так чертовски сложно? Я ведь многое могла выдержать. Я пробежала два марафона. В колледже вступила в команду по скалолазанию и покорила несколько высочайших вершин США. Но проводить время с Хоуком Мэдденом… было пыткой. И лучшей, и худшей одновременно.

— Пошли, отрыжка-Барби. Иди одевайся. Уэс уже ждет нас.

Я вскочила со стула и побежала по коридору, крикнув на ходу:

— Это был всего один рыг!

Я собрала волосы в небрежный пучок, натянула шорты для бега и майку. Утро обещало быть теплым, а я понятия не имела, чего ждать сегодня от мистера Звезды.

Обув кроссовки, я вернулась на кухню. Схватила кружку, собираясь поставить ее в раковину, но мы оба двинулись в одну сторону, и я врезалась грудью в его торс.

— Прости, — пискнула я.