Курвеллочка - Мара Евгеника

Услышав слова "ВДВ":"Всем спасибо за работу!" - Ирина уже была готова подскочить и помчаться.

Она бы, конечно, так и сделала, если бы её, как бабочку, не пригрозила к месту замша начальника проектно-сметного отдела.

Маратовна начала снова втирать Ирине про ситуацию по дому на Ленина.

"Опизденеть! Ну, почему именно сейчас?! Блять, почему не могу ее честно послать набуй, а должна слушать весь этот бред этой сивой кобылы," - внимательно и безэмоционально смотря на проектировщицу, думала Ирина.

- Вера Маратовна, не желаю Вас слушать. Зачем мне это? И без ваших…ммм…пояснений понятно, что ваш отдел накосорезил. Есть регламентирующие документы и СНИПы, которые Вы обязаны соблюдать. Прокуратуре и судье Ваш этот бред, как одному месту захлопка, - не выдержав, гневно выпалила Ирина, резко закрыв ежедневник.

Если бы не тот, чей настырный взгляд сейчас словно лазер прожигал ее затылок, то она бы более доходчиво объяснила, куда ей идти.

- Слева от стола, Вера Маратовна, стоит ваш непосредственный начальник. Идите, пожалуйста, к нему со своими объяснениями. Я уже все сказала ранее. Ответ для Прокуратуры, будьте любезны запустить на согласование через документооборот, - приказным тоном уточнила Ирина.

- Можно, я письмо предварительно Вам покажу, - проблеяла Маратовна.

- Нет. Процесс согласования только через документооборот. Это не прихоть моя. Есть регламент. Вы его обязаны соблюдать, - жестко припечатала Ирина, снова почувствовав на своём затылке сверление.

Закрутив свое раздражение в спираль и набрав скорость, Ириха остановиться и перейти на пониженную передачу уже не могла. На успокоиться ей требовалось время.

Боясь сорваться, оборачиваться и смотреть на наглеца она не собиралась.

"Да, вот такая - я. Как ты меня в Межеве обозвал? Ах, да, вспомнила. Курвеллочка. Вот такая я - Курвеллочка. Можешь хоть зенки свои сломать, но даже вскользь на тебя не взгляну. Да, да, вот так я с людьми общаюсь. Некрасиво? Не нравится? Я и тебя могу послать? Даже глазом не моргну. Делать этого без причины, конечно, не стану. А вот, если повод появится, то уж получите - распишитесь. Выход у Вас, КентоЙети, один - позволить мне уйти. Даже причину искать не надо. Она в контракте моем прописана," - уже заскочив на ментальную метлу, Ирка злилась прежде всего на себя, но все равно продолжала посылать свои мысли хозяину настырного взгляда.

Макс на самом деле не сводил глаз с Ирины, хотя старательно пытался скрыть свою заинтересованность ею.

Он вместе с практически уже бывшим директором застрял в конференц-зале с группой технарей. Одни традиционно не успели чего-то дорешать. Другие так за компанию - уши накрахмалить. Третьи - продемонстрировать новому руководству свою лояльность.

Краем уха Макс слушал разговор Ирины Адольфовны с сотрудницей. Несмотря на некоторую резкость Курвеллочки, с её позицией он был полностью согласен. Понимал, что Ирину как профессионала, "съевшего собаку" в этой сфере, могут выводить из себя такие моменты. Тем более она уже все сказала на планерке.

"А может все же нерв её по другому поводу? Может это я её так нервирую? Ну уж в этом вопросе, милая, тебе придётся смириться и потерпеть. Теперь я точно сверху. И твои не хочу, не скажу, не даю и не подаю, командовать парадом буду я, как ты мне заявляла в Межеве, - не прокатят. Забавно, конечно, про Фюрера и Гитлера, но нет. Для меня она - Курвеллочка. Сейчас бы нырнуть в глубину её норочки тугой и наслаждаться ею во всех позах," - думал Макс, скользя взглядом по стройной фигуре Ирины, упакованной в стильный костюм.

Отбрив Маратовну и продолжая игнорить сверло Йети в своем затылке, Ирина начала движение к выходу.

На десяти метрах до заветной двери её ещё несколько раз останавливали коллеги. Про себя на них с психу Ирка ужасно матерно ругалась, сыпала бранными эпитетами, но внешне своего негатива не показывала и внимательно выслушивала каждого.

За разговорами Ирина даже и не заметила, как злодейка судьба столкнула её с КентоЙети.

Уже находясь фактически в проёме двери, она увидела неприятный ей объект.

С высоты сто восемьдесят семь, с учетом ее природных ста семидесяти пяти и двенадцати сантимов каблука, Ирина посмотрела на "низкосракого" сверху вниз. Ему пришлось отзеркалить ассиметрично в обратном порядке.

Их взгляды схлестнулись.

Ирка резанула Йети холодом зелени своих глаз.

Макс утянул её в омут двух чёрных бездн.

Курвелочка прищурилась и видимо вздрогнула.

Кентавр шумно сглотнул и дернул кадыком.

Ситуацию спас ничего не подозревающий экс-директор Вага.

- Ириша, я же сегодня последний день работаю. Зайдёшь минут на пять к старику поболтать? - несмотря на то, что "ВДВ" до старика ещё хлебать и хлебать, ему это выражение нравилось.

- Да, Дмитрий Владимирович, зайду. Мне как раз заявление нужно успеть у Вас подписать.

Информацию про заявление Ирина выдала преднамеренно. Так она себе отрезала пути к отступлению.

Оба два чела мужского пола замерли, вероятно, пытаясь осмыслить сказанное.

Первым в себя пришёл "ГМВ" - Максим Викторович.

- Не понял! Какое заявление, Ирина Адольфовна? - ровным голосом, но с видом хищника готового к прыжку, спросил Макс.

- Обычное, Максим Викторович. На увольнение по собственному желанию, - тоном доктора, разговаривающего с идиотом, ответила Ирина.

- Ириша, ну ты чего? Я же сказал на планерке, что все в прежнем порядке. Все буду работать, как и раньше, - придя в себя, с волнением в голосе произнес Вага.

Ирина смотрела на обоих молча, решив держать паузу.

В себе и своем решении у неё не было сомнений.

Пауза ей требовалась, чтобы это поняли оба руководятла.

Зная, что до мужиков информация доходит с задержкой, она давала им возможность пройти пять стадий принятия ситуации.

- Так, давайте присядем за стол и обсудим возникший вопрос, - снова первым нашёлся "ГМВ".

Вага без слов взял Ирину под локоток и, проводив к столу, наинежнейше усадил в кресло.

- Ирин, я не понял с чего это ты вдруг решила уволиться? - вкрадчиво на правах ещё действующего гендира задал вопрос "ВДВ". - Ты что плохо отдохнула? У тебя проблемы?

- Ирина Адольфовна, не надо давить на нас своим молчанием, - поняв её тактику, снова вступил в разговор КентоЙети.

- Мне нечего, уважаемые, вам сказать. Причину увольнения я обозначила