Развод, который ты запомнишь - Тала Рид

- Я.. но... ты сошла с ума? Мне что, голой быть? - бормочет испуганно.

Кто бы мог подумать, а в Людке совсем нет напора, настоящая беспомощная овечка.

- Возьмешь пиджак у своего мужика, плевать! - настаиваю, всем своим видом демонстрируя, что из дамской комнаты она не выйдет в моем дизайнерском туалете.

Я смотрю на Люду с превосходством, несмотря на то, что на мероприятие она заявилась в компании мужа.

— Стырила платье, не подумав, что я об этом узнаю? Смело. Тебе, видимо, нравится играть в опасные игры, - продолжаю наседать.

Людочка все же предпринимает попытку показаться дерзкой, глубоко и нервно выдыхает, приподнимая бровь, и выдает:

— А тебе, как вижу, доставляет удовольствие провоцировать собственного мужа. Почему бы сначала не развестись, перед тем как шляться с посторонними мужиками и предъявлять ко мне претензии?

- Очень милое замечание, учитывая тот факт, что приперлась с моим законным супругом, -

хохочу. - Остается только прислушаться к советам третьесортной массажистки. У тебя странный профиль, трешь исключительно жиры и жопы богатых мужчин, женщин в клиентки не принимаешь, можно узнать почему? Хотя... постой. Ответ на поверхности, стараешься зацепиться за любой член, только бы вылезти из нищеты. Тогда уж и я дам тебе совет - найди свободного самца и охмуряй, а не суй свои загребущие руки в чужие семьи и отношения.

- Была бы у вас семья, так, пародия, - грубо поддевает.

Рассматриваю ее с презрением от головы до пят, и спокойно отвечаю:

— Научилась дерзить, да? Ну что ж, не будем медлить, меня ждет Роман. Платье. Снимай.

Люда ухмыляется:

— Не зря Валера говорил, что ты ставишь свои потребности превыше мужа и детей.

Неудивительно, что он ушел ко мне, той, кто ему по-настоящему нужен и способен заботиться.

Я смеюсь:

— Это он тебе сообщил, когда полоскал свой детородный орган в рабочем ротике?

Дорогая, ты думаешь, мой супруг тебя любит? Людочка, вот это тело, - рукой в воздухе очерчиваю его фигуру, - лишь станок для развлечений. А теперь, я повторюсь, снимай мое платье, иначе не поздоровится. Надеюсь, Валерик рассказал, какой я могу быть бойкой?

Тонального крема не хватит замазать ручной макияж, который нанесу на твой фейс.

Люда делает два шага назад.

— Даже если я и отдам это чертово платье, что изменится? Считаешь, он откажется от меня?

— Да мне по барабану на тебя и твоего возлюбленного, не поняла еще? Интересна только в моменте того, что украла мои вещи. Что касается Валеры, то он взрослый мужчина и прекрасно понимает, что делает. Наиграется, вылечит бесплатно больную спину, поюзает все дырочки, и выбросит тебя, — с улыбкой продолжаю.

— Возможно. Но ты забыла об одном моменте. Твои малыши около меня. Я дарю им то внимание и заботу, в которых ты отказала. Валерий видит это, и делает для себя значимые пометки.

Эти слова вызывают во мне ярость. Какого черта прошмандовка говорит о моих детях?

Не контролируя свои движения, решительно направляюсь к Люде. Она снова пытается отступить, но я быстро её настигаю и хватаю за ремешок платья. Мгновение — и сдираю с неё наряд, оставляя подстилку лишь в нижнем белье.

— Никогда не смей упоминать о моих детях, — злобно рычу в лицо, с силой дергая ее за волосы. — Ты даже не представляешь, что я могу с тобой сделать, пустоголовая дешевая дрянь.

Люда замирает, ошеломленная моим внезапным всплеском эмоций и действиями. Она смотрит на меня широко распахнутыми глазами, рвано издавая хриплые звуки. Её бледное лицо неожиданно покрывается красными пятнами.

— Пожалуйста... отпусти... я не хотела... — начинает, но я перебиваю:

— Я не позволю раскрывать пасть в сторону Миши, Маши и Алексея. Еще раз, и ты узнаешь, что я способна на гораздо большее, чем просто сорвать с тебя мой наряд, -

снимаю с нее колье и серьги, пока она пытается вырваться из захвата.

Не дожидаясь ответа от безмозглой воровки, я уверенно подхожу к зеркалу, расположенному на стене рядом. В его отражении я вижу себя — гордую и решительную женщину, которая берёт ситуацию под свой контроль. За спиной наблюдаю потерянную и опустошённую давалку Людочку, жмущуюся к углу в одних лишь чулках и белье.

Мои пальцы ловко поправляют прическу, слегка пострадавшую в процессе «раздевания»

наглой массажистки. Затем я достаю из своего клатча блеск для губ и совершенствую макияж.

- Красавица, ничего не скажешь, - обращаюсь к своему отражению под пристальным взглядом Валериной любовницы.

Она молчит, её глаза — большие и испуганные — следят за каждым моим движением.

Дурочка понимает, что перешла грань, и боится моего гнева.

Слегка улыбаясь, я кладу отобранную бижутерию в сумку, и, обернувшись к дешевке, произношу стальным голосом:

— Подумай в следующий раз, прежде чем решиться на что-то подобное. И считай тебе безумно повезло, что я не вызвала полицию. Скажи спасибо, что жена у Валеры добрая воспитанная женщина.

Людочка, все еще в шоке, шепчет:

- Спасибо, - смотрит на меня, как на чудовище.

Я уверенно выхожу из дамской комнаты, оставляя её полуголой.

Отличное начало вечера, что там у нас дальше?

Выступление Валерона?

Глава 16. Валерий

- Отличное начало мероприятия, не находишь, Валера? - с лицемерной улыбкой ко мне подходит Шагаев. - Твоя жена просто великолепна. То, как Настя держится, демонстрируя свою силу и решительность, внушает уважение. Я бы ценил такую женщину рядом с собой.

Сердце в груди начинает стучать громче. Нервы и так взвинчены, но Рома пытается спровоцировать и вызвать еще большую агрессию. Мои кулаки инстинктивно сжимаются.

Черт, как же я хочу надавать этому самодовольному типу по мордасам! Настя моя жена, моя, а не его! Как он посмел даже приблизиться к ней, и тем более прикасаться и что-то, нашептывать на ушко? Поразительная наглость!

Мысли беспрестанно жужжат в голове: "Может быть, у них что-то было? Неужели у Насти случился секс с другим?

Образ супруги в постели с посторонним мужчиной по-настоящему отравляет сознание.

Внутренние демоны разыгрывают сексуальные сценарии игрищ, каждый из которых хуже предыдущего. Я чувствую, как бешенство и разочарование обжигают изнутри.

Ее поступок — предательство не только меня, но и детей. Неужели она смогла переспать с

Ромой? Посмела?

Ревность — яд, который разлагает душу, заставляя меня видеть врагов там, где их, возможно, нет. Но сегодня Шагаев явно решил стать источником бешенства, и у него это