Чужая судьба - Ирина Сафина

Ночью случился переполох. Сначала дико завыла сирена прямо над Лизиным ухом (позже Лиза узнала, что это звук встроенного сигнала вызова, кнопку нажимала тетушка), а затем Наташа забежала в комнату с криком, что тетушке стало хуже. Лиза тут же, даже не надев тапки, босиком и в ночной рубашке побежала вслед за Наташей в комнату к тетушке.

Ангелина Васильевна возлежала на куче подушек и выглядела не лучшим образом — волосы взлохмачены, лицо в поту. Едва Лиза присела на край кровати, Ангелина Васильевна зашлась в сухом кашле.

— Пить, — попросила она. — Пить!

Лиза повернулась в надежде попросить воды у Наташи, но той в комнате уже не было. Тетушка судорожно хватала ртом воздух. Лиза испугалась.

— Сейчас! Я принесу, — сказала она, погладив теплые с ухоженным маникюром пальцы тетушки, и опрометью выбежала из комнаты.

Куда бежать? Где кухня? Накануне Наташа показывала Лизе дом, но она умудрилась запомнить лишь расположение своей комнаты и столовой. Столовая! Где столовая, там рядом должна быть кухня!

Лиза чуть ли не кубарем скатилась с лестницы и помчалась туда. На счастье, кухня нашлась сразу. Со стаканом воды, она вернулась в комнату тетушки.

Ангелина Васильевна уже не кашляла. Она одарила Лизу строгим взглядом.

— Что это? — спросила она, кивая на стакан.

— Вода.

— Я не пью пустую воду. Наташа готовит для меня морс.

Лиза стушевалась.

— Хорошо… я принесу морс.

Она вновь спустилась на кухню и действительно обнаружила в холодильнике морс.

С полным стаканом напитка она вошла в комнату тетушки. Та спала безмятежным сном. Лиза постояла у изголовья, глядя на умиротворенное лицо пожилой женщины, а затем поставила на прикроватную тумбочку стакан и аккуратно, боясь разбудить измученную болезнью тетушку, поправила на ней одеяло.

Едва Лиза вышла из комнаты, Ангелина Васильевна приподнялась на кровати и взяла с тумбочки сотовый телефон, чтобы установить на нем будильник. Сигнал должен прозвучать ровно через час.

Лиза по тревоге бегала в комнату тетушки всю ночь. Она вновь приносила морс, потом искала по всему дому судно, так как Ангелина Васильевна заявила, что не в силах подняться на ноги, а ей приспичило по нужде. Впрочем, когда судно нашлось, это оказалось ложной тревогой. Еще через какое-то время у тетушки случился жар, и ее нужно было обтирать неким волшебным раствором. Проблема заключалась в том, что сей раствор надо было отыскать на необъятных просторах дома, на что ушло минут двадцать. Лиза несколько раз проходила мимо журнального столика в холле первого этажа, и была готова присягнуть, что никакого бутыля на нем не было, однако, проносясь мимо в очередной раз, Лиза обнаружила чудодейственный раствор именно там.

Попутно Лиза всякий раз искала по дому Наташу, но та пропала совершенно мистическим образом! Двери и окна были закрыты изнутри, пробегая мимо Лиза проверила этот факт. Она негодовала! Тоже мне, экономка! Оставить престарелую женщину одну в такую минуту! А если Лиза не сможет что-нибудь найти? Какие-нибудь лекарства? Про себя Лиза решила, что как только увидит Наташу, задаст ей — мама не горюй!

Случай выплеснуть свою злость представился в пять утра. Тетушка наконец заявила, что ей стало лучше и уснула. Лиза на цыпочках вышла из ее комнаты и нос к носу столкнулась с Наташей.

— У тебя совсем совести нет?! — зашипела на нее Лиза.

— А что такое?

— Ничего! — закричала Лиза, вмиг позабыв, что за стенкой спит больная женщина. — Ты не делаешь ничего! Оставила больную женщину на меня! А подумать слабо, что я дом не знаю? Не знаю, что тут у вас где лежит? Если бы я лекарства не нашла или еще что? Если бы тетушке стало совсем плохо?!

— Но ты же справилась, — спокойно и даже с улыбкой ответила Наташа. Эта улыбка окончательно вывела Лизу из себя.

В порыве гнева Лиза схватила Наташу за ворот халата и притянула к себе.

— Слышишь ты, экономка, твою мать, если в следующий раз тебя не окажется рядом — пожалеешь! Я тебе не только космы повыдергиваю, я из тебя папье-маше сделаю, сама себя не узнаешь!

Еле сдерживаясь, чтобы не привести угрозу в исполнение немедленно, Лиза развернулась и решительным шагом направилась к себе.

Ни она, ни застывшая подобно изваянию Наташа не догадывались о том, что по другую сторону тонкой двери стоит Ангелина Васильевна, и она слышала каждое слово.

«Узнаю свою Викторию», — подумала Ангелина Васильевна, и на ее губах играла улыбка.

Чуть позже, поняв, что, несмотря на две бессонных ночи, из-за очередного стресса уснуть все-таки не получится, Лиза решила воспользоваться покровом ночи и тайно осмотреть дом.

Ее внимание привлекла библиотека на первом этаже. В ящике письменного стола Лиза обнаружила семейный альбом. Кое-какие лица на фотографиях ей были уже знакомы, Виктория показывала аналогичные фото у себя дома, а кое-какие Лиза видела впервые. Она залезла с ногами на небольшой диванчик и неспешно листала альбом до тех пор, пока царство Морфея не похитило ее.

Лиза спала крепко и не слышала, как часов в семь утра Ангелина Васильевна зашла в библиотеку. Не видела, как Ангелина Васильевна стояла, глядя на ее умиротворенное лицо, а затем осторожно вытащила из ее рук фотоальбом.

Не видела она и того, какой нежностью светились глаза тетушки. Глаза, полные радостных слез.

Вернувшись в свою комнату, Ангелина Васильевна тут же позвонила Борису Львовичу.

— Все лучше, чем я ожидала, — сказала она, — Виктория стала совсем другой. Больше не нужно проверок. Сенечку можно вернуть домой пораньше.

— Сегодня?

— Нет, думаю, лучше сделать это завтра. Пусть Виктория один день отдохнет. Ночью ей пришлось изрядно побегать…

Завтрак Лиза проспала. На диване, в библиотеке. В свою комнату она пробиралась крадучись, боясь попасть кому-нибудь на глаза в непотребном виде — она до сих пор была в ночной рубашке и босиком. Судя по характеру тетушки, она бы подобное поведение Виктории не оценила. Однако обошлось. Лизу никто не заметил. В своей комнате она привела себя в порядок и спустилась вниз.

Несмотря на полученную выволочку, Наташа встретила Лизу приветливо.

— Проснулась наша красавица! Завтракать будешь?

Лиза смутилась. Она не сомневалась, что ночью поступила правильно, отругав Наталью, но отчего-то чувствовала себя неловко.

— Буду, если можно…

— Конечно можно! — засмеялась Наташа и добавила тихо: — А про то, что ты мне говорила — не думай, я все понимаю и не обиделась.

У Лизы будто камень с души свалился. Она взяла с тарелки пухлый оладушек и, макнув его в сметану, запихала в рот целиком.

— Это просто восхитительно! — похвалила она Наташину стряпню с набитым ртом.