Дым - Катя Саммер

Юна

Канги — Найти тебя

Charlotte OC — Blackout

Страшно очнуться в незнакомом месте. Особенно страшно проснуться в неотложке. Под капельницей. Без Лисы.

Веки все еще пудовые, контуры размыты, звуки приглушенные. Я пытаюсь встать, но меня укладывают обратно, просят не делать резких движений, говорят что-то про истощение организма и обморок. Дергаюсь, когда что-то больно стискивает руку. Давление меряют. Предлагают пройти в приемное отделение, где мне окажут медицинскую помощь в порядке очереди и определят необходимость госпитализации.

— Где моя дочь? Я никуда не пойду.

Сажусь, мушки снова летают перед глазами. Вспоминаю, что ела в последние дни: батончики, крекеры, кажется, суп во время обеда в баре. Или это было на прошлой неделе?

— Где моя дочь? — настойчиво повторяю вопрос и ощущаю резкую боль в горле. Видимо, прогулки под дождем не прошли бесследно.

Фельдшер снимает манжету тонометра и устало вздыхает, заполняя бумаги.

— Осталась по адресу, где мы вас забрали. Я рекомендую вам…

— Где мой телефон? Черт возьми, сколько я была без сознания?

Не получив внятных ответов, я выдергиваю капельницу, хватаю ветровку с кушетки и, зажав руку, выскакиваю из машины скорой помощи. Их здесь целая колонна на въезде в центральную городскую больницу. Вокруг все как в тумане. Темно и холодно, но это не останавливает. Зарывшись носом в воротник, бреду на выход. Моего желания вернуться к Лисе хватит, чтобы выжить.

Оказавшись на перекрестке, дважды врезаюсь в прохожих. Или это они в меня. Торможу у столба, опираюсь на него, жмурюсь от ярких вспышек и громких звуков. Нащупываю в кармане телефон, которые вибрирует, и, взглянув на экран, ловлю глюк. «Федор Дым», — светится надпись на входящем вызове. Это я его так записала, не знаю почему. Будто в бреду нажимаю зеленую трубку и не успеваю сказать даже «алло».

— Стой, где стоишь. Я сейчас подойду, пытаюсь припарковаться.

— Я…

— Ни шагу.

Кажется, и минуты не проходит, когда слышу знакомый голос — над ухом ругаются громко и некультурно.

— Идти сможешь?

Он сбрасывает куртку и надевает на меня сверху. Под ее весом тело придавливает к полу, но я держусь.

— Да, мне уже лучше. Конечно смогу. — До сих пор с трудом верится, что он настоящий. — Где Лиса?

— С Паулиной в машине.

Дым уводит меня от больницы в сторону дороги, крепко прижимая к себе за плечи.

— Как ты здесь оказался? Как снова оказался рядом?

— Нужно было записать в телефоне кого-то кроме меня, чтобы не встречаться так скоро.

— Телефон новый, это сестра одолжила, — бессмысленно оправдываюсь я, он не слушает.

— Сбежала, чтобы искал тебя? — шепчет тихо, а я сразу подбираюсь вся, но Дым снова колит правдой: — Это как надо было пахать, чтобы свалиться в обморок.

Я не отвечаю, потому что ответ его не устроит.

В машине, которая стоит прямо под знаком «Парковка запрещена», оказывается самое настоящее сонное царство. Блондинка с Лисой спят почти в обнимку на заднем сидении.

— Лина так трудилась усыпить мелкую песнями, что сама отключилась после дежурства.

Я выдавливаю улыбку, усевшись вперед, любуюсь мирно сопящей Лисой, и мне сразу становится лучше. Правда лучше, я не вру. Лиса — мой эликсир. Расслабляются мышцы, накатывает слабость, но при всем в сознании появляется ясность, которой не было. Дым трогает мой лоб теплыми пальцами.