Первый... - Екатерина Юдина

Я плохо видела лицо Кириана, но мне почему-то показалось, что он оскалился. К чему бы это?

— Ты такая глупая.

— А ты грубый, ненормальный, моментами агрессивный, не считающийся с другими людьми, имеющий ужасный характер и извращенные повадки, не знающий, что такое нормы приличия…

— Все?

— Нет. Я просто дыхание переводила, — отрицательно качнула головой. — Ты…

— Молчи, Очкарик. Начинаешь бесить.

— Взаимно, — мгновенно ответила.

Кириан запрокинул голову и сделал глубокий вдох. Кажется, я его разозлила.

Кириан пальцами стиснул мой подбородок. Сделал это с такой силой, что даже челюсть заныла, благодаря чему я поняла — он действительно зол.

— Очкарик, — Агеластос рыкнул и вновь накрыл мои губы своими. Поцеловал так, что это даже было больно и, в тот же момент, эмоции вновь ударили по мне сокрушающей волной и я забыла, как дышать, но в одно мгновение была прижата к Кириану. Уже казалось, что он не целовал, а пожирал мою душу и я окончательно теряла саму себя. Так дико. Тело покалывало и я не понимала саму себя, но так же ощущала нечто странное в Агеластосе. То, что осознать не могла, но отдаленно улавливала, что нечто такое ему не свойственно. Что же это было?..

Сердце забилось, словно обезумевшее и я задрожала. Сознание постепенно начинало покрываться туманом, но той частью разума, которой еще не коснулся дурманящий дым этих ощущений, я понимала, что не должна так реагировать на Кириана. Мне стало страшно и в голове нечто панически закричало — тебе следует убегать от него, но разве я могла? Нет. В это мгновение я не была в состоянии даже пошевелиться.

— Кириан… — осипшим голосом прошептала его имя, как только Агеластос отстранился от меня. Я хотела сказать, чтобы он прекратил, но вновь все слова застряли в горле и, единственное, что я могла, так это растерянно обвить его шею руками, когда Кириан подхватил меня под бедра и так, словно я ничего не весила, вместе со мной поднялся на ноги.

Одно мгновение и мы на кровати. Матрас на ней был твердым, но сейчас он показался невероятно мягким. Вообще создавалось ощущение, что весь мир плавился и только мы вдвоем оставались в невесомости.

Ладонь Агеластоса легла на мою талию и скользнула вверх под майку. А меня от этого будто током пробило и уже теперь сердце билось так, что, казалось, звук его биения, отдающийся в ушах, вовсе оглушал.

Наверное, именно поэтому я не услышала того, о чем так мечтала. А именно — приглушенного звука шагов, раздающегося за дверью, а так же чьих-то голосов. Странно, но Кириан тоже их не услышал, будто и для него не существовало того, что находилось за пределами этой комнаты и лишь в тот момент, когда металлическая дверь скрипнула и открылась, он разорвал поцелуй.

Только после этого я частично пришла в себя и, сделав глубокий вдох и резко обернувшись, увидела нескольких громоздких мужчин, зашедших в эту крайне тесную комнату.

— Господин Агеластос, мы вас искали…

Фразу я не дослушала. В голове зашумело и я резко выскользнула из-под Кириана, при этом услышав, что Агеластос выругался.

Я выхватила у него из ладони свои очки и, быстро надев их, увидела тех верзил, которые теперь стояли в комнате. На меня они вообще не обращали внимания, будто меня вовсе не существовало. Зато, один из них, судя по всему, тот который был главным, что-то говорил Агеластосу. Из-за адреналина, ударившего в голову, я толком не разбирала слов, но, кажется, мужчина сообщал, что отец и мать Кириана крайне сильно переживали из-за его пропажи, из-за чего парню следовало срочно связаться с ними.

Но, в это мгновение, Агеластос тоже будто бы не слышал сказанных ему слов.

— Очкарик, стой, — он схватил меня за руку, но я резко выдернула ее.

— Отпусти, — взвинчено сказала. Наверное, я еще не отошла от того, что только что происходило между нами и, к тому же, меня пьянила мысль о свободе, которая была настолько близко. Из-за этого я действовала на инстинктах. Спрыгнула с кровати и, схватив свою кофту, очень быстрым шагом вышла из комнаты, после чего, чуть ли не бегом поднялась по ступенькам.

На ходу оделась, отмечая, что Кириана действительно очень сильно искали, ведь дом был переполнен верзилами. Тут даже были люди в форме, но они точно не из полиции.

После нахождения в той комнате, я немного терялась и не сразу нашла выход из дома, а, когда наконец-то сделала это, замерла на крыльце. На улице воздух ледяной и солнце невероятно яркое. Мне вообще сразу показалось, что я попала в другое измерение.

Вообще, мне стоило радоваться свободе, а я, наоборот, растерялась. Правда, не понимала почему.

Пытаясь собраться с мыслями, я ненадолго закрыла глаза, но сразу же открыла их, почувствовав, что телефон, лежащий в кармане, сильно завибрировал. Спускаясь с крыльца, я достала его и увидела множество оповещений о пропущенных звонках и только сейчас дошедших сообщениях.

Буквально мгновение и дисплей ожил иначе, уже теперь сообщая о входящем звонке от папы. Судя по всему, ему пришло сообщение, что я вновь на связи.

Я хотела ответить, но не успела. Кто-то схватил меня за руку и резко дернул назад, заставляя обернуться.

— Подожди, Очкарик.

Кириан вышел на улицу без своей кожанки и весь растрепанный.

— Что ты делаешь? — я попыталась выдернуть свою руку, но не смогла. У Агеластоса намного больше сил, чем у меня. — Разве ты не сказал, что, как только нас найдут, ты больше не подойдешь ко мне? Неужели обещание Кириана Агеластоса настолько мало значит?

Кириан хотел что-то сказать, но стиснул зубы и разжал свою ладонь, а я тут же отошла на несколько шагов.

— Куда ты собралась, Очкарик? — он смотрел на меня так, что всю душу выворачивало наизнанку.

— Не твое дело. Больше нас ничего не связывает.

— Как ты домой будешь добираться?

— На такси, — фыркнула, после чего развернувшись, но, прежде чем уйти, сказала: — Помни про свое обещание. Больше не подходи ко мне.

После этого я очень быстрым шагом пошла прочь. Папа звонил уже во второй раз и я наконец-то ответила, слыша его до невозможности взволнованный голос и торопливые вопросы о том, где я и что со мной.

— Пап, извини, что пропала. Со мной все хорошо и я скоро буду дома.

С каждой секундой я все больше и больше отдалялась от злополучного дома, но еще долго ощущала взгляд, прожигающий спину.