Пространство круга - Лина Баркли

— Кому захочется заниматься любовью с особой, которая напоминает самку гиппопотама? — спросила Хейзл с горечью.

Дик ошеломленно уставился на нее.

— Что?

— То, что слышал!

— Да, но… но ты так выражаешься, что я тебя не понимаю, Хейзл.

— М-может быть, — дрожащим голосом сказала она, — пришло время дать тебе свободу заниматься тем, чем тебе на самом деле хочется!

Дик смотрел на нее во все глаза, поскольку редко видел жену в таком взвинченном состоянии.

— И чем же именно, моя дорогая? — Теперь он говорил с ней мягко и снисходительно.

— 3-заниматься любовью с Делией как-там-ее-фамилия!

После нескольких секунд гневного молчания Дик устремил на нее возмущенный взгляд серых глаз и не предвещающим ничего хорошего тоном уточнил:

— Ты имеешь в виду Делию Парду?

— Да! Да! Делию Парду! Сколько еще Делий у тебя имеется, черт побери?!

— Думаю, тебе стоит уточнить, что ты имеешь в виду, — последовал холодный ответ, — ибо я не имею ни малейшего представления, о чем ты толкуешь.

— Я говорю конечно же о ней. О Делии Парду! И о тебе! Ты с ней хочешь заниматься страстной безумной любовью! Я подслушала ее разговор с Мэгги! Только что! В туалете!

— В самом деле?

— Да!

— И ты поверила? — ледяным голосом поинтересовался Дик.

Нет. В этом-то и все дело. Но, может быть, потому, что не хотелось верить. Однако вселившийся в Хейзл неугомонный бесенок мешал все откровенно рассказать Дику, поскольку в данный момент она чувствовала себя толстой, неряшливой и просто не могла представить, что даже самый завалящий мужчина хочет ее, не говоря уж о таком, как Дик. Она была уязвлена до глубины души, что и заставило ее наброситься на Дика. Хейзл не поднимала головы, чтобы он не увидел слез, которые заволокли ее глаза.

— Откуда мне знать, во что верить? — прошептала Хейзл. — Чего ради ей надо было врать, тем более она не знала, что я все слышу?

Дик презрительно фыркнул, чем усилил давние опасения Хейзл, что между ними возникло отчуждение. И что она оказалась в пустоте.

— Сегодня я пригласил тебя не для того, чтобы обсуждать бредовые фантазии особы, которую я практически не знаю, — отрезал Дик.

— Да? И что же ты в таком случае хочешь обсудить со мной? Наверное, у тебя накопилось немало тем для разговора, не так ли, Дик? Например, почему прошлой ночью ты спал в отдельной комнате. Почему бы нам не поговорить об этом?

У него заиграли желваки на скулах.

— Мои намерения были совершенно очевидны. Мы сказали друг другу немало обидных слов, и нам было необходимо отдохнуть и расслабиться.

— Что не помешало нам и сегодня обменяться обидными словами, так что твоя стратегия явно не сработала!

— Да. Но игра стоила свеч.

Дик снова наполнил ее стакан, слегка удивившись поспешности, с которой Хейзл опустошила предыдущий, но он и сам выпил больше, чем обычно позволял себе.

Хейзл почувствовала головокружение. Все дело в вине на пустой желудок, к чему она не привыкла. Она заставила себя проглотить ломтик авокадо, после чего в упор посмотрела мужу в глаза, которые теперь казались до ужаса далекими и холодными.

— Итак, Дик… — Она набрала в грудь воздуха. — Что у тебя в запасе? Хочешь снова поговорить о переезде? Поэтому и притащил меня сюда?

Он покачал головой.

— Я попросил тебя обдумать вопрос о переезде, предполагая, что как разумный человек ты это сделаешь.

— Надеюсь, ты не разочаруешься в своих предположениях, — мрачно пробормотала она.

— Но пригласил я тебя не поэтому, — неторопливо добавил Дик.

— Да? — Выпрямившись, она застыла в ожидании.

— Я должен уехать, — неожиданно сообщил он.

— Уехать?

В тоне Дика было что-то пугающее, и Хейзл впилась в него расширившимися глазами, синева которых потемнела, как в глубинах океана.

— Ради всех святых, куда уехать?

— В Италию, — поморщился он, словно превозмогая зубную боль. — Боюсь, что у Паолы неприятности.

Хейзл знала, что ее мужу не свойственно трусливо избегать объяснений, поэтому не сомневалась: если он сказал «надо уезжать», то именно это он и собирался сделать. То есть — оставить ее. Так что, когда Дик упомянул Паолу, она испытала огромное облегчение. Которое снова сменилось беспокойством, едва до Хейзл дошли слова Дика.

— Что ты имеешь в виду под неприятностями?

Дику пришлось подбирать слова с осмотрительностью профессионального дипломата. Он сделал все, что было в его силах, дабы между его женой и старой приятельницей установились добрые отношения, но ни та, ни другая не воспользовались ими в той мере, как ему хотелось. Давняя дружба с Паолой носила совершенно невинный характер. Эту темноглазую девочку Дик знал еще с тех пор, когда им обоим было по тринадцать. Оба ходили в одну и ту же школу и стали хорошими друзьями, как Дик подозревал, главным образом потому, что, не в пример всем прочим, он был единственным, кто не влюбился в Паолу по уши!

Пока Дик не стал покровителем и защитником Паолы, та была одинокой испуганной девочкой, растерянной от столкновения с чужим языком и обычаями. И более того, Дик был достаточно уверен в себе, чтобы не смущаться насмешек по поводу дружбы с девчонкой.

Когда им минуло семнадцать, они в порядке эксперимента попробовали поцеловаться, чем по обоюдному согласию все и закончилось, хотя в силу разных причин: Дик просто не представлял себе Паолу в роли любовницы, а Паола решительно не хотела множить собой длинный ряд поклонниц Дика, с которыми он без сожалений расставался.

Но, поскольку их часто видели вместе и они с удовольствием проводили время в обществе друг друга, школьные друзья никогда не сомневались, что Дик и Паола в один прекрасный день станут мужем и женой: казалось, они великолепно подходят друг другу. И, надо признать, если какая-нибудь дуреха наводила на него тоску, Дик и сам начинал подумывать над таким вариантом. Пока он не встретил Хейзл и не влюбился в нее…

— Так какого рода у нее неприятности? — кисло повторила Хейзл. — Ты хочешь сказать, что Паола забеременела?

— Забеременела? — потрясенно повторил Дик. — Паола? Да ведь она даже не замужем!

Забавно, подумала Хейзл, услышать эти слова от мужчины, который сам женился по принуждению! Но Дик всегда относился к своей подружке-итальянке с благоговением, на которое его жена никогда не могла рассчитывать!

Она решила сосчитать до десяти, но добралась только до шести.

— Как и мы не были женаты! — насмешливо напомнила Хейзл. — Но, если ты хочешь заниматься сексом, для этого не требуется брачное свидетельство, а результатом постельных утех может стать — и часто становится — беременность, что мы с тобой отлично знаем!