Я тебя ждала - Лидия Орлова

Пресветлый лорд смотрел на моего мужа с наигранным пренебрежением. Но заметно подросшая толпа была солидарна с моим мужем. Хоть никто из них никогда раньше не говорил этого вслух и даже нередко сами привозили своих родственниц-магинь во дворец, чтоб свести с пресветлым лордом, с целью получить от него дополнительные привилегии. Но одно получать привилегии, и совсем другое видеть свою сестру или дочь в униженном положении при дворце. Одно, ждать рождения бастарда короля, который может возвысить род матери, и абсолютно другое, когда тот, на кого ты надеялся, приносит кабальную магическую клятву и остается служить во дворце в статусе бессловесного раба.

- Гвардейцы, в темницу предателя! - Завопил пресветлый лорд. Но никто даже не дернулся в сторону моего мужа. Я не знала точной формулировки магической клятвы дворцовых гвардейцев, но в ней, скорее всего, говорилось о защите жизни пресветлого лорда и неприкосновенности его трона. Неужели обычным вызовом на поединок чести можно было обойти магическую клятву?

Один из гвардейцев, высокий здоровяк со светло-русой шевелюрой невольно подтвердил мои сомнения, заявив:

- Это поединок чести, здесь не идет речи о заговоре или покушении на жизнь. Раз уж кто-то пытался нанести увечье светлой леди, лорд Котовар в своем вправе, требуя удовлетворения с оружием в руках от обидчика. Независимо от положения притеснителя.

- Здесь хоть кто-то приносил своему королю магическую клятву верности? - Спросил у собравшихся гвардейцев и других людей Лионель Камаар.

Многие в толпе в ответ закивали и заявляли, что они приносили клятву. А рыжий гвардеец сказал, все также не сходя со своего места:

- Мы все приносили клятву. И мы не можем ее нарушить. Сейчас мы хотим, чтоб имя нашего короля было очищено от унизительного обвинения, а сделать это можно только на поединке с мечом в руках. Мы не допускаем покушения на жизнь нашего короля, и стоим на страже трона. Но имя нашего короля должно быть омыто.

В коридоре, несмотря на большое количество собравшихся людей, стояла настороженная зловещая тишина. И пресветлый лорд наконец спокойно заговорил:

- Понятно. Как только лишу тебя головы, - обратился он к Дэнилу, - подправлю и магическую формулировку клятвы своей охраны. А все предатели, участники этого заговора за все мне ответят. – Со сдерживаемой злостью проговорил пресветлый лорд, и лицо его заметно налилось кровью. Вдруг он крикнул, что даже вздрогнули гвардейцы: - Лас! Где мой брат? – Кто-то из гвардейцев пошел искать брата короля. Хотя, по-моему, пресветлому лорду было проще отправить брату магический вестник. Должны же у них быть какие-нибудь кодовые послания, как у Хинаров?

Не обращая внимания на слова пресветлого лорда, рыжий гвардеец протянул Камаару свой меч в ножнах. Как только пресветлый лорд схватил клинок и, вынув его из ножен, сделал несколько круговых движений, второй гвардеец протянул меч и Дэнилу. Мой муж сразу занял оборонительную позу, даже не стал разминать руки, как Камаар. Видать, вдоволь сегодня намахался и не нуждался в дополнительном разогреве.

Первым нанес удар пресветлый лорд. Он держал меч одной рукой на расстоянии от себя, и замах сделал широким, эффектным. А Дэнил держал меч так, как учил и меня, поддерживая его от нижней части туловища к верхней части головы, направляя его к горлу Камаара. Прямой удар Дэнил парировал легким движением руки, одновременно переставил одну ногу в сторону и, сменив положение тела, нанес ответный удар, который пришелся прямо по шее пресветлого лорда. И голова упала на пол, тело, расслабляясь, тоже рухнуло. Весь поединок, кажется, не занял и минуты, слишком быстро все произошло.

На тренировках я успевала запыхаться от махания тренировочным клинком, а здесь даже морально не подготовилась. Да я даже к Богу с молитвой обратиться не успела. В холле царило оцепенение, пока один из незнакомых стражей не произнес громким шепотом:

- Здесь даже Держатель бессилен..

Со стороны лестницы раздались шаги

Все начали оборачиваться, когда отталкивая стражей, в центр круга, где лежал поверженный в поединке брат, вошел слегка небрежной походкой Лас Камаар. Он был в привычной темно-серой одежде, как всегда с виду слегка разбитной. Но когда он увидел обезглавленное тело брата, он весь в одно мгновение как будто оледенел, тело его напряглось, а лицо посерело. Он молча склонился над лежащей в стороне головой Лионеля и сквозь зубы, так и не поднимая лица, сказал.

- Ты убил моего брата, - всем и так было понятно, к кому он обращается. Лас присел на одно колено прямо на растекшуюся лужу крови.

Дэнил ничего не ответил, но сделал несколько плавных шагов в мою сторону и закрыл мне обзор на центр круга. Или, наоборот, закрыл меня от того, кто сидел в центре, возле мертвого пресветлого лорда.

- Ты посмел поднять клинок на моего брата,- не меняя позы, так же тихо прошипел брат короля.

Наконец кто-то из стражей ответил

- Это был поединок, лорд Лас. Ваш брак покушался на жену…

- Вы не закрыли своего короля! Вы все предатели! – Уже поднял голову и громко заявил Лас. А потом стянул с себя верхнюю одежду и, накинув ее на голову брата, бережно ее обмотал и, обхватив левой рукой, прижал к своей груди. А правую руку протянул к телу, лежавшему перед ним чуть правее. Но Дэнил сплел какое-то незнакомое мне магическое соединение и направил огненный удар, больше напоминающий веер, на бездыханное тело. Тело осыпалось пеплом на каменный пол, Лас который тянул руку к брату, так и не остановившись, положил раскрытую ладонь в этот пепел, а потом сжал ее в кулак. Но резко вытянул руку и схватился ею за лезвие меча, который лежал рядом. С замотанной в куртку головой брата, прижатой к себе левой рукой и мечом, перехваченным правой, Лас с трудом поднялся с пола. Уже стоя он обвел взглядом лица каждого замершего человека и сказал:

- Каждый из вас заплатит жизнью за предательство. – И, уперевшись взглядом в Дэнила, пообещал. – Ты убил моего брата, я же убью твоих. И весь твой род сотру в пепел… - И после этих леденящих, слов он пропал. И унес с собой и голову, и меч.

Воцарившуюся абсолютную тишину резкими словами нарушил Дэнил, он сыпал приказами, а дворцовые гвардейцы быстро их исполняли, что впрочем было не так уж