Тайная жена Казановы - Барбара Линн-Дэвис

— Ты злишься на меня? — на следующий день спросила я у Джульетты.

Я все ей рассказала, последнюю часть нашептав на ушко. Щеки при этом у меня были пунцовыми. Я старалась сохранять серьезное лицо, но почему-то постоянно улыбалась.

— Нет, я на тебя не злюсь. — Но при этом она поджала губы, когда складывала в стопку платья.

Мы сидели у нее в спальне, собирали ее дорожный сундук. Ее семья на лето арендовала виллу в Асоло. Я так с головой окунулась в свои дела, что едва не забыла дату ее отъезда. Но я не стала признаваться в этом никому.

— Честно говоря, — с натянутой улыбкой продолжала Джульетта, — я рада за тебя.

— Ты серьезно?

— Серьезно, — кивнула она, как будто все еще продолжала сама себя в этом убеждать. — Ты и синьор Казанова…

— Джакомо, — еще шире улыбнулась я.

— Да — Джакомо. Вы с Джакомо поклялись перед Богом быть мужем и женой. Вы… быть мужем и женой.

— Ты уже это говорила.

— Ох! — Она стояла совершенно неподвижно, подыскивая слова. Она села на кровать. Я почувствовала, что приближается гроза.

— Катерина… — взорвалась она. — Как я могу оставить тебя в объятиях этого человека? Что ты еще выкинешь, пока меня не будет? — Джульетта расплакалась. — Это я позволила всему случиться… во всем тебе потакала…

— Нет! — Я порывисто обняла сестру. — Я так счастлива, Джульетта. Пожалуйста, порадуйся за меня. Я знаю, что делаю.

— Ой, Катерина! — покачала она головой. — Если бы только это было правдой. Пообещай мне, что однажды вы действительно предстанете перед священником… и твоим отцом.

— Конечно. И очень скоро.

— И пообещай мне, — продолжала она, запинаясь, — что до тех пор Джакомо будет надевать… свои «ножны». Ты слишком юна, чтобы случайно забеременеть.

— Обещаю. — И говорила я искренне. Я хотела стать женой, но не матерью.

Она кивнула и встала, одернула юбки.

— Уверена, что он тебя любит, — негромко произнесла она. Джульетта нежно улыбнулась мне, но на ее лице был написан страх.

Я сомневалась, верит ли она собственным словам. Но я точно знала, что она очень хотела, чтобы в них верила я. Верила в то, что я любима.

Какое же облегчение, что я обо всем рассказала Джульетте. Все в моей жизни кажется истинным и настоящим, когда я поделюсь этим с кузиной. Она — мой якорь. Теперь, когда она уезжает… честно признаться, я уже не так уверена в том, куда меня заведет судьба.