Дьявол зимой - Лиза Клейпас

– Я позабочусь о том, чтобы ты получил мое приданое. А потом можешь не беспокоиться за меня.

Все его хваленое самообладание испарилось, как капли воды на раскаленной плите.

– Проклятие! Дело не в беспокойстве. Просто... это неприлично, Эви. Виконтесса Сент-Винсент не может оставаться в игорном клубе даже пару дней.

– Вот уж не думала, что тебя волнуют приличия. – Почему-то его свирепая гримаса вызвала у нее улыбку. Эта улыбка, хоть и едва заметная, поразила Себастьяна в самое сердце. Будь он проклят, если позволит потешаться над собой двадцатитрехлетней девице – впрочем, теперь уже не девице, – которая настолько наивна, что полагает, будто способна противостоять ему!

Он одарил ее ледяным взглядом, способным заморозить и более достойного противника.

– А ты подумала, дорогая, вообразив себя ангелом милосердия, кто защитит тебя в этом притоне? Ночевать там одной, без мужа равносильно тому, чтобы напрашиваться на изнасилование. А у меня есть более приятные занятия, чем торчать во второразрядном игорном заведении в ожидании, пока старый Дженнер изволит преставиться.

– Никто и не просил тебя об этом, – отозвалась Эви ровным тоном. – Я прекрасно справлюсь без тебя.

– Представляю, – саркастически уронил Себастьян, внезапно потеряв интерес к остывшей пище, стоявшей перед ним. Бросив салфетку на недоеденный ужин, он поднялся из-за стола и стянул с плеч сюртук. Он чувствовал себя грязным и усталым и собирался воспользоваться медной лоханью. Если повезет, вода еще не остыла.

Раздеваясь, он сердито швырял свои вещи на стул и размышлял о женщинах, которые годами мечтали выйти за него замуж. Красивые и обеспеченные, они готовы были на все, кроме убийства, лишь бы довести его до алтаря. Но он был слишком занят погоней за наслаждениями, чтобы отнестись серьезно к их авансам. И вот чем он кончил, загнанный в угол обстоятельствами и хроническим невезением! Женился на девице, не имеющей понятия о светских приличиях, с сомнительным происхождением и ослиным упрямством.

Заметив, что Эви отвела взгляд от его обнаженного тела. Себастьян криво ухмыльнулся. Подойдя к лохани, он уселся в чуть теплую воду, но его торс и длинные ноги остались снаружи. Он не спеша вымылся, поливая намыленную грудь и плечи горстями воды и наблюдая за женой сощуренными глазами. К его удовольствию, Эви с трудом сохраняла невозмутимый вид. С пылающим лицом она с преувеличенным интересом рассматривала стеганое покрывало на постели, обводя узор пальцем.

Внимание Себастьяна привлекло сияние золотого кольца, которое всучил ему пройдоха кузнец. Глядя на него, он испытал странное чувство – почти неодолимое желание бросить Эви на постель и овладеть ею без всякой преамбулы. Может, это заставит ее признать, что она теперь его собственность. Для цивилизованного человека – каким он всегда себя считал – эта вспышка примитивной похоти была тревожным сигналом. Расстроенный и возбужденный, он закончил мытье и, схватив влажное полотенце, которым ранее воспользовалась Эви, энергично вытерся. Его возбуждение не осталось незамеченным – он слышал, как Эви резко втянула в грудь воздух, когда он вылез из лохани. Небрежно обернув бедра полотенцем, он закрепил конец на талии и направился к своему чемодану.

Порывшись внутри, он извлек расческу и, подойдя к зеркалу, стоявшему на умывальнике, принялся безжалостно расчесывать мокрые волосы. В зеркале отражалась постель, и он мог видеть Эви, наблюдавшую за ним.

Не оборачиваясь, Себастьян поинтересовался:

– Меня сегодня ждет участь собаки мясника?

– Собаки мясника?

– Ну да, собаки, которая лежит в углу лавки и облизывается, глядя на кусок мяса, который ей не позволено трогать.

– Едва ли подобное сравнение м-можно считать лестным для любого из нас.

Себастьян на секунду прервал свое занятие, отметив, что ее заикание вернулось. Отлично. Она совсем не так невозмутима, как пытается изобразить.

– Так каков будет ответ?

– П-прости, но я предпочла бы не иметь с тобой интимных отношений.

Ошеломленный и задетый, Себастьян положил расческу и повернулся к ней лицом. Женщины еще никогда не отказывали ему. И тот факт, что Эви оказалась способной на это после наслаждения, которое они испытали сегодня утром, выходил за рамки его понимания.

– Ты же сам говорил, что тебе не нравится спать с одной и той же женщиной более одного раза, – напомнила она извиняющимся тоном. – Ты сказал, что это невыносимо скучно.

– По-твоему, у меня скучающий вид? – осведомился Себастьян, бросив красноречивый взгляд на свое возбужденное естество, едва прикрытое полотенцем.

– Полагаю, это зависит от того, куда смотреть, – буркнула Эви, потупив взгляд. – Я вынуждена напомнить вам, милорд, что мы заключили соглашение.

– Мы вправе передумать.

– Я не передумаю.

– От твоего отказа за версту разит лицемерием. Я уже обладал тобой однажды. Вряд ли твоя добродетель пострадает, если мы проделаем это снова.

– Дело не в добродетели. – Она овладела собой и перестала заикаться. – Я отказываю тебе совершенно по другой причине.

– Мне не терпится услышать ее.

– Из соображений самозащиты. – С видимым усилием она подняла на него взгляд. – Я не возражаю против твоих амурных похождений, но не хочу быть одной из твоих любовниц. Для тебя сексуальные отношения – всего лишь игра. Я отношусь к этому иначе и не хочу, чтобы ты ранил мои чувства, а это неизбежно произойдет, если я соглашусь спать с тобой.

Себастьян постарался сохранить спокойствие, хотя внутри у него все кипело от смеси вожделения и досады.

– Я не собираюсь извиняться за свое прошлое. Мужчина просто обязан иметь некоторый опыт.

– Судя по тому, что я слышала, твоего опыта хватило бы на десятерых.

– Почему это тебя так волнует?

– Потому что... ты напоминаешь мне кобеля, который рыщет по всем подворотням, выпрашивая объедки. Я не хочу быть очередной подворотней. Вся твоя жизнь доказывает, что ты не способен хранить верность одной женщине.

– То, что я не пытался этого делать, еще не значит, что я не способен на это. Я просто не хотел. И я не нуждаюсь в нравоучениях такой чопорной сучки, как ты.

При слове «сучка» Эви напряглась.

– Я попросила бы тебя не употреблять бранных выражений.

– Вполне подходящее выражение, если речь пошла о кобелях, – огрызнулся Себастьян. – Кстати, в моем случае это сравнение совершенно неуместно. К твоему сведению, это женщины гоняются за мной, а не наоборот.

– Тогда можешь отправляться к одной из них.

– О, я так и сделаю, – свирепо отозвался он. – Когда мы вернемся в Лондон, я пущусь во все тяжкие и не успокоюсь, пока очередная оргия не закончится арестом всех участников. Но пока... неужели ты действительно полагаешь, что мы сможем спать в одной постели, целомудренные, как парочка монашек на каникулах?