Звук снега - Кэтрин Кингсли

Гая слегка замутило, пальцы опущенных рук непроизвольно сжались в кулаки. Он не верил своим ушам. Ребенка всего пяти лет от роду сечь розгами? Привязывать к кровати и заставлять по нескольку часов лежать в собственных испражнениях? Боже правый, удивительно, что бедный Майлз не всадил в эту женщину нож. Сам лорд чувствовал, что вполне мог бы сделать это.

– Спасибо, – сказал он тоном таким же холодным, каким вдруг сделалось его сердце. – Вы рассказали мне все, что я хотел узнать.

– О, не за что, милорд. Это столь необычно для отца – проявлять такой интерес к ребенку, который, скажем, в силу возраста подходит только для детской. Но я не из тех, кто настаивает, чтобы родители держались подальше от воспитания. Уверена, что мальчик рад вас видеть после долгой разлуки.

– Что ж, а я уверен, что для него будет лучше, если он больше никогда не увидит вас. Значит так, вы собираете свои вещи и в течение часа покидаете этот дом. И не ожидайте от меня рекомендательного письма, мадам.

Миссис Лоппит уставилась на него, раскрыв рот.

– Но, милорд, вы… Я… Я делала именно то, что вы от меня требовали! Я сделала из вашего сына великолепно ведущего себя ребенка, который никогда не скажет чуши, который…

– Который вообще не говорит, как я сегодня понял, – перебил ее Гай. – Это вы считаете великолепным поведением?

– Это… Это все из-за той женщины, да? Вы уже успели наслушаться от нее разных историй. Поверьте, милорд, все это ложь. Контессе просто не нравится, когда ей отказывают в чем-нибудь. Но если бы я поддалась на ее постоянные требования, она бы быстро избаловала его маленькую светлость и свела бы на нет все результаты моей отличной работы. Я абсолютно уверена в этом! Кстати, я точно следовала вашим инструкциям, сэр. Вы же сказали, что не хотите, чтобы вашего сына баловали, что нужно приучать его к дисциплине. И это именно то, что я делала!

– Я хотел, чтобы ребенок ощутил упорядоченность и постоянство в своей жизни. Хотел, чтобы он после потери матери вновь почувствовал женскую заботу. Я не просил, чтобы вы превратили его в деревянную марионетку на веревочках, которая двигается только тогда, когда за них кто-то дергает, – продолжил он, уже почти не сдерживая гнев. – И уж точно я не просил издеваться над ним днем и ночью!

– Но я… Я… Ох! – только и сумела произнести миссис Лоппит, прежде чем залиться слезами, которые принялась аккуратно вытирать квадратным куском материи, извлеченным из кармашка фартука. – Мне следовало ожидать чего-то подобного, никак не меньшего, – всхлипнула она. – Говорят же в деревне, что вы сделали несчастной жизнь вашей жены. Теперь я могу поверить этому. Говорят, что перед смертью она…

– Вон! – взревел Гай, взбешенный тем, что кто-то осмелился касаться столь интимной темы. – Чтобы духу твоего здесь не было, женщина!

Миссис Лоппит без оглядки выскочила из детской. Через несколько секунд раздался звук, похожий на выстрел – это хлопнула дверь ее комнаты.

Гай глубоко, с облегчением вздохнул. Каким же полным идиотом он был! Как он мог, подбирая няню для сына, не разглядеть в этой женщине столь явные черты не имеющего самоограничений тирана?

Он быстро вернулся в детскую. Майлз по-прежнему неподвижно сидел у окна. Гай склонился к сыну и осторожно положил ладонь на его худенькую ручку.

– Тобой больше не будет заниматься эта противная няня, Майлз. Мы найдем кого-нибудь другого, кто будет исполнять ее обязанности. Не бойся, я прослежу, чтобы новая няня была хорошей и доброй. Она не будет привязывать тебя к кровати. Я очень сожалею о том, что делала здесь та женщина.

Гай замолчал, не зная, что еще можно сказать.

Майлз убрал руку из-под его ладони.

– Послушай, мой мальчик, будет лучше, если ты забудешь прошлые обиды, постарайся сделать это. Эта няня делала многое из того, что ни в коем случае не должна была делать. Но теперь с этим покончено. Сейчас тебе принесут хороший ужин, потом поспи как следует, и утром все предстанет перед тобой в новом, более приятном свете.

Майлз никак не реагировал. Более того, он прикрыл рукой одно ухо, будто вообще не хотел слышать голос отца.

– Хорошо, сейчас ты можешь не разговаривать со мной, если не хочешь. Но я надеюсь, что утром ты обо всем хорошенько подумаешь и поймешь, что молчать нет причин. У тебя, наверное, другая точка зрения, видимо, неприятная для меня, но я сделаю все, чтобы она изменилась. Я помогу тебе. Никаких злых нянь ты больше не увидишь. Это я тебе твердо обещаю.

Майлз приложил палец к губам и прижался лбом к оконному стеклу. Что ему делать дальше, Гай совершенно не знал. Он несколько минут просто смотрел на мальчика, уперев, по своему обыкновению, руки в бока.

– Что ж, похоже, мне пора пожелать тебе спокойной ночи, – сказал он наконец. – До завтра!

Мальчик не ответил, и Гай решил, что ему, чтобы хоть как-то поддержать отцовский авторитет, лучше уйти. Что делать дальше, он не знал. У него совершенно не было навыков занятий с детьми. Весь опыт сводился к тому, что ребенка подводили к нему, он коротко восхищался, и его снова уводили. Все остальное входило в сферу забот гувернанток и нянь.

Но сейчас Гривз больше всего на свете хотел найти решение. Видит Бог, он был готов пожертвовать обеими руками, лишь бы Майлз чувствовал себя в безопасности и был счастлив.

Обдумывать ситуацию Гай по привычке направился в библиотеку. Там в располагающей к размышлению тишине он наполнил большой бокал шерри и призвал на помощь логику. Что ж, очевидно, прежде всего следует озадачить Амброза поисками новой няни и дать ему соответствующие инструкции. Затем Гай должен лично поговорить с каждой из кандидаток и выбрать, помоги, Боже, такую, которая действительно подходит. Все правильно. Однако проблема заключалась в том, что на все это могли потребоваться недели. А между тем бедный маленький Майлз будет проводить дни и ночи, уставившись невидящим взглядом в окно?

И вдруг лорд вспомнил, что говорила Джоанна ди Каппони. «И приехала я сюда с единственной целью – посмотреть, как живется Майлзу, и помочь ему, если надо… Полагаю, вы должны понимать, что ваш любимый наследник в таких условиях лишается нормальной жизни и в конце концов безнадежно замкнется в себе?»

– Вот и отлично! – громко воскликнул Гай, хлопнув ладонями по подлокотникам кресла, в котором сидел. – К черту предрассудки! Позволим этой женщине проявить свою заботливость. Ведь она утверждает, что так беспокоится о мальчике. Посмотрим, что скажет эта изысканная избалованная контесса, когда получит конкретное предложение. Ха! Это будет отличная проверка ее искренности.

– Прекратишь ты ерзать, наконец?! – воскликнула Банч, глядя на Джоанну сквозь толстые стекла очков, которыми она пользовалась для чтения. – Люди могут подумать, что тебя мухи одолели.

– Извини. – Джоанна поставила на место хрустальное пресс-папье, которое сама не зная зачем взяла с письменного стола. – Никак не могу успокоиться. Очевидно, что в любой момент меня могут позвать, из-за этого и нервничаю. Этот монстр может запросто выставить нас за дверь, и это будет конец всех планов помочь Майлзу.