Насладиться тобой - Андреа Лоренс

– Я, пожалуй, выпью. – Поднявшись из-за стола, он подошел к мини-бару в углу. – Тебе налить?

– Да, конечно. – Встав со стула, она тоже подошла к бару.

Он положил в хрустальные стаканы кубики льда, а потом налил себе виски, а ей водку с соком лайма. Это был ее любимый напиток, хотя она понятия не имела, откуда ему это известно. Саттон подал ей стакан.

– И за что же мы выпьем, дорогая?

– За свободу выбора, – улыбнулась она.

– Отличный тост. – Чокнувшись, они выпили по глотку. – Что привело тебя ко мне, Джорджия? Ты согласна принять мое щедрое предложение?

– Нет еще.

– Ну это уже прогресс по сравнению с решительным отказом в прошлый раз.

Джорджия решила пока не разочаровывать больного старика. Пусть потешит свое самолюбие.

– Женщина имеет право передумать.

– Истинная правда, – самодовольно произнес Саттон, приблизившись к ней на шаг. – Что убедит тебя принять мое предложение? Кругленькая сумма? Драгоценности? Пентхаус? Я дам тебе все, что угодно, если ты согласишься стать моей прямо сейчас. – Положив руку ей на бедро, он пристально на нее взглянул. Джорджия поняла, что он говорит правду. Но она ни за что не примет его предложение.

– Я подумаю, – ответила она, снимая его руку со своего бедра. – Но вы можете сделать кое-что, тем самым изменив мое окончательное решение.

– Что например?

– Мне хотелось бы, чтобы ваша компания сделала благотворительный взнос на строительство детской больницы.

Прищурившись, он потягивал виски.

– И почему, скажи на милость, я должен хотеть это сделать?

– Если бы я была пиар-директором в вашей компании, я бы непременно посоветовала вам это сделать. Все знают, что вы тоже претендовали на этот участок, а вы ведь не хотите выглядеть побежденным.

– Побежденным… – пробормотал Саттон. – Да если бы я захотел, я бы его получил.

Он имел право так говорить. Саттон передал свое упрямство по наследству Карсону вместе с зелеными глазами.

– Конечно, – согласно кивнула она. – Но ведь лучший способ благословить проект – это поддержать его. Давайте, Саттон, выписывайте чек.

Саттон наклонился к ней совсем близко:

– А кроме пиара, что я еще получу за мой взнос?

Джорджия уперлась рукой ему в грудь, стараясь сохранять дистанцию.

– Все будет зависеть от суммы чека.

Саттон расплылся в широкой улыбке, так похожей на улыбку Карсона, что Джорджия вздрогнула.

– А ты настырная. Мне это в тебе нравится. Твоя взяла. Я выпишу чек.

– Обозначьте ту сумму, которую я, по-вашему, стою, – решительно сказала Джорджия.

– Мистер Уинчестер? Джорджия? – раздался резкий голос с противоположного конца кабинета.

Джорджия быстро повернула голову к двери кабинета Саттона, где стоял Грэхем. Его лицо выражало удивление и гнев одновременно. За его спиной топталась Ева, старшая дочь Саттона и наследница корпорации. Они оба были поражены при виде Джорджии, дающей отпор Саттону.

– Извини, папа, – сказала Ева, – я не смогла его остановить.

Джорджия еще сильнее уперлась руками в его грудь, и он был вынужден ее отпустить. Со вздохом отвернувшись от Джорджии, он посмотрел на неожиданных посетителей.

– Ничего страшного. Похоже, сегодня день сотрудников «Ньюпорт корпорейшен». Заходите, заходите.

Саттон уселся за свой стол. Джорджия постаралась успокоиться и собраться. Ей не понравилось выражение лица Грэхема. Он явно думал, что в кабинете что-то происходило до его прихода. Джорджия избегала его взгляда, держась у стола заседаний.

– Чему обязан, Грэхем? Или ты Брукс? Черт возьми, никогда не мог различить вас.

Эти слова разозлили Грэхема. На щеках заходили желваки, а кончики ушей покраснели.

– Отец должен различать близнецов.

Саттон никак не отреагировал на это обвинение. Откинувшись в кресле и сложив руки на животе, он сказал:

– Согласен, что отец должен, но я не понимаю, на что вы намекаете, мистер Ньюпорт.

– Я не намекаю, я прямо говорю, папа.

У Джорджии перехватило дыхание. Атмосфера в кабинете накалялась. Она перевела взгляд на Еву, которая стояла как вкопанная, потрясенная услышанным. По мнению Джорджии, она была слегка разочарована. И немудрено. Любая девушка почувствовала бы то же самое, узнав, что состоятельные красавцы-близнецы Ньюпорты ее сводные братья.

– Я не твой отец, – немедленно ответил Саттон.

– Вы отрицаете, что у вас были отношения с моей матерью?

Саттон выпятил нижнюю губу, обдумывая ответ.

– Да, я встречался с Синтией. Она была очаровательной женщиной. Должен признать, что ты на нее похож. Но я не являюсь твоим отцом. Когда мы встретились, она уже была беременна.

Грэхем положил конверт на стол Саттона.

– Посмотрим.

Саттон открыл конверт и вынул постановление суда.

– Исковое заявление на проведение теста на отцовство? Любопытно. Хорошо, – сказал он, – я подчинюсь судебному постановлению. Но не обольщайся понапрасну. Результат тебя разочарует. Я не твой отец.

Грэхем ответил не моргнув глазом:

– Другого ответа от такого, как вы, я и не ожидал.

– Тебя подвезти в офис? – Повернувшись к Джорджии, он резким тоном спросил.

– Да, – ответила она. Джорджия получила от Саттона то, что хотела. Оставаться в кабинете после произошедшего было бы неловко для обоих.

Она накинула сумку на плечо и последовала за Грэхемом. Выходя из кабинета, она улыбнулась Саттону.

– Так я жду ваш чек на строительство детской больницы. Можете прислать его с курьером к нам в офис.

Раздражение мгновенно исчезло с лица Саттона, когда он посмотрел на Джорджию.

– Я решу этот вопрос, – пообещал он.

Обернувшись, Джорджия заметила, как Грэхем и Ева обменялись многозначительными взглядами. Интересно.

– Что все это значит? – спросил Грэхем по пути к машине.

Джорджии не понравилось, как он к ней обратился, словно он видел ее под столом у Саттона.

– У меня вопрос получше, – отрезала она, – что происходило между тобой и Евой Уинчестер?

– Ничего, – сквозь зубы процедил он.

Джорджия рассмеялась. Она не часто работала вместе с ним, поскольку Грэхем проводил большую часть времени в своей адвокатской конторе, но сейчас была абсолютно уверена, что он лжет.

– Расскажи кому-нибудь другому. Я видела, что Ева облизывалась на тебя, как кошка на сметану. По крайней мере до того момента, как ты назвал ее отца «папа».