Изумрудный остров - Триш Уайли

— Чтобы этого не случилось, тебе и твоему папе следует придумать одно захватывающее приключение на двоих, — предложила Килин. — Какое-нибудь общее увлечение...

Тереза задумалась на мгновение. Мозги этой девочки работали быстро, шквал фантастических проектов, пронесшихся в симпатичной головке, заставил ее глаза сиять.

— Вы могли бы запланировать что-то необычное на следующее лето, — продолжала Килин. — Поездку в интересное место, например.

— Да, верно. Именно поездку, — энергично закивала головой Терри.

Гаррет молча и терпеливо наблюдал за тем, как вчерашний и сегодняшний подростки делят шкуру неубитого медведя.

— Тогда почему бы вам не решить, куда вам хочется отправиться в первую очередь? — продолжала генерировать предложения Килин.

Она чувствовала, с каким неистовым чувством прожигает ее взглядом Гаррет, но вместо того, чтобы остановиться, повернулась к Терри и спросила:

— А чего бы хотелось лично тебе?

— О! Я знаю это точно! Я бы хотела поехать в Дублин и пройтись там по лучшим магазинам. Но это все девчачьи забавы и папа вряд ли их поддержит, — грустно подытожила маленькая женщина.

Килин сострадательно посмотрела на нее. Гаррет больше не мог этого выносить. К всеобщему изумлению, он разразился диким хохотом.

Только Килин хладнокровно проигнорировала его неучтивую реакцию и чрезвычайно серьезно проговорила:

— Если ты обсудишь это с папой, то, возможно, он отпустит тебя на несколько дней со мной. Тогда бы мы могли вместе пройтись по магазинам. Но это вовсе не отменяет участие отца в путешествии. Я вас обоих приглашаю погостить у меня в Дублине.

— А что, если мы приедем к тебе на Рождество? — ухватилась за эту идею Терри.

— Вот и обсуди это со своим папой. — Килин посмотрела на Гаррета.

Чтобы не произошло непредвиденного, Дэрмот склонился над внучкой и отчетливо произнес:

— Уверен, папа отпустит тебя на денек-другой прогуляться с Килин по магазинам.

— Почему у меня такое чувство, что все вокруг плетут против меня заговор? — вернулся в беседу Гаррет.

— Потому что так и есть, — четко ответила на его полушутливый вопрос Килин. — Никто не должен вставать между девушкой и модным магазином. Это такой закон природы. Кто осмеливается пойти против него, рискует быть поверженным.

— Папочка, ну, пожалуйста... — протяжно взмолилась Терри, состроив трогательную мордашку. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...

— Только не в Дублин... Это слишком далеко от дома, — твердо произнес Гаррет.

— Но, папа! — возмутилась Терри, которой всего миг назад этот вопрос казался решенным.

— Есть много других городов, до которых рукой подать. В Дублин я тебя не отпущу, — твердо произнес отец.

— Возможно, твой папа плохо понимает, что значит ходить по магазинам, если считает, что шопинг в провинциальном городе может удовлетворить модную девушку, — отважилась предположить Килин. — Но если бы мы выехали завтра пораньше, позавтракали где-нибудь по дороге, у нас бы осталась уйма времени на покупки, и до темноты мы возвратились бы домой, и уже через пару дней никто бы и не вспомнил о сегодняшних баталиях и все были бы счастливы! — торжественно заключила Килин.

— А ты можешь поручиться за то, что все будут счастливы? — обратился к гостье Гаррет.

— Даю тебе обещание.

Гаррет задумался, поглядывая то на дочь, то на Килин. Затем нехотя произнес:

— Уговорили.

Терри готова была задушить отца в своих объятьях.

— Спасибо, спасибо, спасибо... — зачастила она восторженно. — Я так счастлива! Это потрясающе! Я и мечтать не смела!

— Это было нечестно! — укорил присутствующих Гаррет. — Вы бесстыдно взяли меня за горло, и мне пришлось сдаться, — признался он, вставая из-за стола в дурном настроении. — Пойду выгоню скот на пастбище.

— Почему ты? — удивился Дэрмот.

— Я отпустил парней сегодня пораньше, — объяснил сын.

— Тебя уже научили водить трактор? — обратился Дэрмот к Килин.

— Да, а что?

— Полагаю, Гаррет не откажется сегодня от помощи. Правда, сын?

— Я справлюсь, — упрямо произнес Гаррет.

— Не сомневаюсь, что справишься, сын. Но ты должен успеть до ужина, а без помощи тебе будет трудно это сделать.

Гаррет недовольно посмотрел на отчима. Но тот продолжал внушать:

— Идите и поскорее возвращайтесь к ужину. Оба!

— Но это семейный ужин, — запротестовала Килин. — Мне бы не хотелось вторгаться.

— Что ты такое говоришь, девочка моя? Гаррет, по-моему, она выглядит так, что ее следовало бы основательно подкормить. Что скажешь?

Гаррет еще больше нахмурился, а, обратившись к Килин, шепнул:

— Лучше соглашайся. Потому что он все равно от тебя не отстанет.

Расслышав это предупреждение, Дэрмот улыбнулся и подытожил:

— Удивительно, как хорошо мы знаем и понимаем друг друга!

Для Гаррета же было удивительным то, что Дэрмот так методично сближает его с Килин. Старик не мог не понимать, насколько они разные. Не было никаких оснований считать, что они когда-нибудь поладят между собой. Кроме того, Гаррет чувствовал, что если не будет контролировать каждое свое высказывание, каждый свой поступок по отношению к Килин, добром эта совместная работа не закончится...

— Надевай свои смешные «веллингтоны», — небрежно распорядился Гаррет, кивнув в сторону двери.

Оказавшись на улице, Килин принялась оправдываться:

— Прости, что так вышло. Я не хотела навязываться. Если ты против, я не останусь на ужин...

— Делай, как знаешь, — холодно сказал он.

— Просто у меня аллергия на некоторые продукты, — поспешила объясниться Килин.

— Я говорю не об ужине, — раздраженно проговорил Гаррет.

— Почему ты все время злишься на меня? — обиженно произнесла Килин.

— Не на тебя, а на себя. Я сам давно уже должен был догадаться, что нужно свозить девочку по магазинам.

— Сомневаюсь, что Терезе будет интересно делать покупки с отцом. Такие вещи приятно делать с мамой или подругами.

— Ты не обязана делать это для моей дочери, Килин.

— Но мне бы очень хотелось.

— Почему?

— Тереза мне очень нравится. И тебе совершенно не стоит об этом волноваться. Я верну ее в целости и сохранности. Поверь, нам всем это пойдет только на пользу.

Гаррет, долго оценивающе смотрел на Килин, потом сказал:

— Я благодарен тебе за желание помочь моей дочери... И еще... Прости меня за все, что я наговорил тебе до этого.