Синеглазая Касси - Кэтрин Спэнсер

– Все прошло чудесно и очень трогательно. – Посмеиваясь и шурша шелком, Имоджен устроилась в кресле поудобнее. Вместо блузки она надела под жакет атласный, отделанный кружевами топик, словно предназначенный для того, чтобы любой нормальный мужчина переставал соображать и контролировать некоторые части своего тела. – Особенно мне понравилось твое выступление.

– Спасибо. – Джо смущенно поежился и переложил льняную салфетку на колени, пожалев, что они заказали слишком острых устриц. Он и без того был возбужден. – Этот ресторан... тебе здесь нравится или ты предпочла бы нечто более изысканное?

– О нет, Джо! Прелестное местечко. – Имоджен обвела восхищенным взглядом почер-невшие потолочные балки, беленые стены, сад, где в высокой траве под старой кривой яблоней поблескивали золотистые ноготки. – Даже цветы здесь необыкновенные, правда?

– Возможно. А почему ты не ешь салат? Не нравится?

– Ну что ты, очень вкусно. – Только ее действия противоречили словам: она отодвинула тарелку, провела пальцем по краю бокала... и наконец решилась. – Если честно, меня кое-что мучает, мучает с того момента, как мы уехали из школы, но я боялась испортить вечер... Только он все равно будет испорчен, если я не сниму тяжесть с души, так что, пожалуйста, дай мне сказать. Мне очень стыдно за то, как мама обращалась с тобой сегодня. Я не знаю, почему она была так груба.

– Зато я знаю, – сказал Джо, откладывая вилку. – Она меня боится.

Имоджен недоверчиво взглянула на него.

– Это смешно.

Джо помолчал, раздумывая, стоит ли рассказывать о своей давней, незабываемой встрече со Сьюзен Палмер. Он с удовольствием сорвал бы маску со старой ведьмы. Но незачем вбивать клин между матерью и дочерью, решил он.

– Ничего смешного, принцесса. Она знает, что ты забеременела от меня, и не хочет, чтобы ты снова со мной спуталась. Не могу винить ее за это. Я тоже защитил бы свою дочь, если бы кто-то решил снова ее обидеть.

– Ты решил меня обидеть?

– Нет, если это в моих силах. Но не могу поручиться, что не обижу.

– Я готова и к этому. Я не поехала бы с тобой, если бы не была готова.

– Я уже принес тебе много горя.

– Да.

Джо разделался с устрицами, отвернулся к окну, затем снова взглянул на Имоджен.

– Имоджен, у меня было несколько причин, чтобы пригласить тебя сюда. Одна из них: я должен сказать тебе, как сильно я сожалею о том, что случилось между нами той ночью.

– Джо, если бы не ты, я в ту ночь сошла бы с ума. Разве ты не понимаешь?

– Если бы не я, ты не прошла бы через ад после. Мне не дают покоя твои вчерашние слова... о том, что я виноват в смерти ребенка.

Ее глаза потемнели.

– Не надо! – Она прижала левую ладонь к груди. Невинный жест, но он привлек внимание Джо к нежной ложбинке над атласной маечкой. – Я была не права. Я...

Джо откашлялся и титаническим усилием воли привел мысли в порядок.

– Нет, ты была права. Я виноват в том, что ты забеременела. Уж это я мог и должен был предотвратить. А я не предотвратил, увлекся, забыл обо всем...

– Тебе будет легче, если я скажу, что никогда не сожалела о том, что мы сделали? – Имоджен опустила глаза на свои руки, не смея смотреть ему в глаза. – Ты был самым потрясающим мужчиной, какого я знала, и я влюбилась в тебя в ту ночь.

– Это не было любовью. – Джо просто чувствовал себя обязанным расставить все точки над «і». – Может, ты это решила, потому что так тебе легче было справляться с последствиями. Но ты не должна обвинять себя в произошедшем. Ты была слишком юна, слишком неопытна для такого парня, как я.

– Джо, мне было восемнадцать. Достаточно, чтобы сказать «нет», если бы я хотела сказать «нет». Но я не сказала. Конечно, я понимала, что не похожа на твоих девушек. Я была слишком наивной, слишком неопытной, чтобы надолго заинтересовать тебя. И все же я надеялась, что и для тебя случившееся было чем-то особенным и что я снова увижу тебя. Признаю, когда я поняла, что беременна, а ты уехал из города, я была очень несчастна. Но даже в самые худшие моменты я не жалела о том, что жду твоего ребенка.

Своим признанием Имоджен, сама того не зная, насквозь пронзила его сердце.

– Имоджен, я бы все отдал за то, чтобы знать о ребенке!

– И все же мне удалось выжить и кое-чего добиться. – Имоджен молчала, пока не унесли пустые тарелки, и вдруг шаловливо улыбнулась. – Могу сказать, чего я хочу сейчас. Чтобы сейчас мы встретились впервые. Ты все еще самый потрясающий мужчина из всех, кого я знала.

– И мы все еще принадлежим к разным мирам, принцесса, – поспешно возразил Джо, боясь, что поддастся соблазну.

– Мы равны, Джо, и всегда были равными.

Джо посмотрел на нее: естественная грация, элегантность, благородные манеры... Нет, он должен положить конец ее иллюзиям, пока ситуация полностью не вышла из-под контроля. Факт остается фактом: он может вырядиться в лучший костюм от европейского кутюрье, но навсегда останется простым деревенским парнем. Если он – пусть даже на короткое время – поверит, будто у них что-то получится, то только впутается в совершенно ненужные неприятности. Четыре года назад он покинул Оджо-дель-Дьябло свободным человеком и положил немало трудов, чтобы стать тем, кем стал. Надо быть круглым идиотом, чтобы поставить все достигнутое под угрозу.

Так зачем он рискнул? Зачем бросился искать в этой женщине девушку, перед трогательной красотой и беззащитностью которой не смог когда-то устоять? Почему она смущает его и мешает следовать давно выработанному кодексу выживания?

Если бы она превратилась в холодную жеманную красотку, как многие женщины ее круга, он проигнорировал бы ее признание. Но ее нежная, не нуждающаяся ни в каких ухищрениях красота, ее обаяние и, более всего, честность и уязвимость притягивали его. Джо охватило нестерпимое желание коснуться ее, принять все, что она предлагает, и сказать...

О, будь все проклято, кое о чем лучше промолчать!

Джо вдруг разозлился. Как ей удалось обнаружить в нем такую унизительную слабость!

– Имоджен, я в это не верю, и думаю, ты тоже не веришь. Давай забудем о лести и перейдем к делу.

– К делу?

– Вот именно. Вчера ты лишь начала рассказ. Я хочу знать остальное о моей дочери.

– Остальное? – Имоджен почувствовала его гнев, однако, как и он сам, не поняла причину. В ее глазах отразились боль и замешательство. – Но я все рассказала тебе вчера. Что еще я могу сказать?

– Ты можешь рассказать, сколько она весила, почему умерла, как ты назвала ее. – Распаляя себя, чтобы не поддаться жалости, Джо шел напролом, ему необходимо узнать, понять. – И самое важное: где она похоронена. Я хочу прийти на ее могилу, Имоджен. Пусть она знает, что небезразлична своему отцу.