Укрощение горца - Шеррилин Кеньон

Эван пришел в себя от сильной головной боли. Первое, что пришло ему на ум, это то, что его скинул конь. Но он тут же почувствовал, что у него связаны руки и ноги. Похоже, с ним случилось нечто пострашнее, чем падение с лошади.

Присмотревшись в темноте, он увидел сидевшую рядом с ним Нору, которая смотрела на дверь повозки и словно чего-то ждала.

– Где мы? – спросил Эван.

– Вы пришли в себя?! – воскликнула обрадованно Нора.

– Да. Почему я связан? Это вы меня связали?

Обвинение обидело Нору.

– Это сделали наши новые знакомые. Они отравили вас, а затем связали и бросили в повозку.

– А вы где были, когда они устроили это со мной?

– Поначалу я подумала, что вы заболели.

Эван заметил, что Нора уходит от ответа.

– Вас не удивило, что они связали меня?

– Я не знала этого, пока не вошла сюда и не увидела вас связанным.

– И что вы сделали после этого?

– Я хотела убежать.

– И?..

Она подняла кусок тряпки, лежавшей возле Эвана:

– Я вынула кляп из вашего рта.

Менее всего ему хотелось услышать это.

– Какое внимание с вашей стороны! Почему вы меня не развязали?

– Я не смогла. Вас очень крепко связали. Тут нужен кинжал.

Эван глубоко вздохнул, но попробовал не сердиться на Нору. В конце концов, против нее было четверо мужчин, и если бы она попыталась противиться, они могли бы покалечить ее. А теперь она жива и здорова и может помочь ему. Он сам виноват в том, что ехал без всякого сопровождения.

– Кинжал вы найдете в моем правом сапоге.

Нора вопросительно вскинула брови:

– Вы всегда держите кинжал при себе?

– Да. Всегда.

Нора протянула руку и дотронулась до его колена.

– С внутренней стороны.

Лицо Норы вспыхнуло румянцем, но она ловко просунула ладонь за голенище и нащупала кинжал.

– Вынимайте осторожно, – сказал он. – Не хочу, чтобы вы меня порезали.

Она послушно, медленно и осторожно наконец извлекла стилет из сапога и сразу же освободила руки Эвана от веревок. Теперь он мог сам разрезать веревки на ногах. После этого он снова спрятал стилет в сапог.

– Как долго я был без сознания?

– Трудно сказать, но по всему видно, что несколько часов. Мы едем спокойно, без каких-либо изменений.

– Не знаете, почему они нас похитили. Что вы еще натворили, Нора?

– Ничего, – сказала она, защищаясь. – Я не виновата. – Вздохнув, Нора посмотрела на свои руки. – Очевидно, они узнали, кто я. Они говорили, что побывали в Аквитании и Англии. Возможно, они встречались с тетушкой Элеонорой и…

Эван не смог сдержать себя.

– Перестаньте говорить глупости об Элеоноре. Мне нужно, чтобы вы были хотя бы на какое-то время разумной.

Нора расправила плечи и не без гнева посмотрела на Эвана:

– Что заставляет вас думать, что я лгу?

– То, что мой брат является советником короля Генри, и если бы его племянница была в Шотландии, мой брат Син сообщил бы об этом.

Нора посмотрела на него с высокомерием:

– Если бы ваш брат был близок к королю, он бы знал обо мне.

Эван был удивлен ее логикой:

– Что вы хотите этим сказать?

– То, что ваш брат, по всей видимости, не так близок к королю Генри, как говорит вам. А вы ему верите. Кстати, кому из близких к нему шотландцев верит король? Он терпеть не может тех, кто родился севернее Адрианового вала.[2]

– Глупости, – резко сказал Эван, обидевшись. – Я сам видел, как король обнимал Сина.