Недостаточно хороша - Стелла Вайнштейн

– Ладно, проехали. Действительно, зачем портить ему самооценку? Тебе не подошел, а может, кому-то будет самое то. Главное, чтобы больше ничего нам под дверь не приносил. Как представлю, что он доставляет авоську и проверяет ручку квартиры – может, не закрыли, – дрожь пробирает. А я еще и рассеянная ко всему прочему.

– И не говори. Еще легко отделались.

Мы спокойно пошли спать. А на следующее утро Аня нервно вскрикнула, открыв дверь.

– Маша, иди сюда скорее!

На потертом коврике лежала черная коробка высотой примерно до колена. Я невольно подумала, что это подходящий размер для чьей-то отрезанной головы.

– Аня, может, он нам бомбу подкинул?

– Не говори глупостей! – воскликнула она, но через минуту, немного помолчав, добавила: – А открывать почему-то не хочется…

Мы обе почти опаздывали в университет, но перебороть любопытство было невозможно. Аня подняла коробку, потрясла и принюхалась – вроде не очень тяжелая, внутри что-то гремит. Открыв, мы обнаружили миленький букет из алых роз, связанный розовой ленточкой, и неизменный конверт, закрытый наклейкой из сердечка, к которому была прикреплена клейкой лентой флешка на шестнадцать гигабайт.

Кавалер писал, что он думал всю ночь над Аниным отказом, и решил, что она совершает большую ошибку. Аня сказала, что они не подходят друг другу, но это все потому, что они так мало общались и она недостаточно знает его. Поэтому он прилагает все свои фотографии, начиная с возраста пяти лет в количестве десяти тысяч, а также свои сборники стихов в нескольких экземплярах, пригодные для печати. После просмотра она наверняка передумает, а он будет ждать у телефона ответной весточки.

Аня сказала, что никогда не подсоединит флешку к своему компьютеру, потому что там наверняка вирус. Я думала, что на этом история закончится, но спустя неделю, во время уборки, заметила коробку у Ани под кроватью. Когда я спросила, в чем дело и собирается ли она таки позвонить своему маньяку, Аня объяснила, что коробку выбрасывать ни в коем случае не разрешает. Мол, если она вдруг пропадет, у милиции должны быть ценные улики, где ее искать. На всякий случай.

Место рядом со мной на занятиях освободилось, и его незаметно занял Максим. Я не могла на него долго обижаться – он был такой трогательно неуклюжий, в сочетании с острым умом и потерянным взглядом, хотелось ободряюще улыбнуться и защитить от жестокого мира. Кажется, он тоже решил пойти на сближение и попросил меня обещать, что все проекты до конца учебы мы будем делать вместе. Я, честно, не ожидала, так как думала, что он избегает меня. Вышло не совсем, как я предполагала, и поэтому не смогла объяснить странности в его поведении.

В отсутствие Игоря я обнаружила, что не сблизилась ни с кем из соучеников. Наверное, раньше общения с ним хватало. И, кроме него, никто мне нужен не был, но сейчас я ясно поняла, что не хочу сидеть одна на переменах и смотреть в пол или делать вид, что занята компьютером.

Из всех девочек самой симпатичной сейчас казалась Яна – невысокая, с серыми задумчивыми глазами, для которой мир крутился в другом, замедленном темпе. Она всегда сидела в стороне, когда задавали вопросы, отвечала емко и кратко, будто хотела быстрее закончить разговор и вернуться к своим, более интересным мыслям. Ее я и выбрала в подруги, пусть она об этом и не подозревала.

Выяснилось, что Яна банально стесняется общения. Стоило показать ей, что никуда уходить я не собираюсь, что мне от нее ничего не надо и настроена я дружелюбно, как Яна раскрылась, как ночной цветок, который днем выглядит незаметно, а с приходом луны распускает лепестки и становится неотразим.

Яна тренировалась для марафона, играла на скрипке, ходила на секцию альпинистов и самостоятельно изучала французский и китайский. Китайский язык шел медленно, так как у нее проблема с произношением и некому вовремя это исправить. Бегает она пять раз в неделю, час или два, по специальной программе какого-то Чалфена. Когда не бегает – ходит на скалодром на Новороссийской улице, хотя, конечно, по программе ей полагается в этот день отдыхать.

Скалодром – это стенка, на которой тренируются альпинисты для скалолазания. Привязываются канатом для страховки и лезут под потолок по специальным пупырышкам в стене, которые имитируют настоящую скалу.

Понятно, почему Алина говорила, что Яна медлительна. Удивительно, как при таком образе жизни ей вообще удается держаться на плаву. Я все свое время с утра до вечера посвящаю учебе, включая выходные, а Яна занималась десятками различных хобби.

После разговора с ней я невольно задумалась о своей жизни – череда серых дней, львиная доля которых посвящена учебе. Я решила, что обязательно надо выделить время и заняться чем-нибудь интересным. Я молода, и хочется все попробовать, все успеть.

Мне ужасно понравился ее рассказ о скалодроме, и я попросила взять меня с собой попробовать. У Яны загорелись глаза – оказывается, обычно приходят парами – один лезет, а второй страхует снизу, и ей как раз не хватает постоянного партнера. Договорились на среду, и я ждала ее с нетерпением.

Все-таки иногда бывает, что и в отдалении от любимого человека есть свои преимущества. Если бы Игорь так же сидел рядом со мной, я попросту не заметила бы Яну.