Расплата будет жаркой - Мейси Ейтс

Именно поэтому он купил виллу на скале с видом на море. Уединенное, нетронутое цивилизацией место, которое Рокко удалось приручить и сделать своим.

Он хотел приручить Чарити. Сделать так, чтобы она принадлежала только ему.

Рокко услышал слабый плеск со стороны большого бассейна с видом на море и насторожился. Чарити там.

Он ушел с террасы обратно в гостиную, прошагал через двойные двери, которые привели его в огороженный сад. Там находилась летняя спальня с кроватью и прозрачными шторами. Она идеально подходила для тех случаев, когда Рокко так сильно хотел какую-нибудь женщину, что не успевал довести ее до спальни в доме. Бассейн со стеклянной стеной имел выход к морю и на уединенный пляж.

Посмотрев на бассейн, он увидел едва заметную рябь. Потом над водой показалась темноволосая голова Чарити. Она встала к нему спиной, ее черные локоны были мокрыми и гладкими. Она провела руками по волосам, убирая с них воду.

– Отсюда очень красивый вид, – сказал Рокко.

Чарити быстро обернулась, широко раскрыла глаза и разомкнула губы. Его взгляд упал на низкий вырез ее купальника, который ей наверняка принес кто-то из прислуги. Прошлым вечером он приказал слугам позаботиться о том, чтобы у Чарити была вся необходимая ей одежда. Сейчас она выглядела невероятно сексуально. Он не мог оторвать глаз от ее груди.

– Я тоже так подумала, – ответила она, натянуто ему улыбаясь. – Ты выбрал прекрасное место для бассейна.

– Я говорил не о виде на океан.

У нее порозовели щеки.

– Ой.

Он подошел к бассейну, не в силах ничего с собой поделать.

Рядом с Чарити он просто теряет голову.

– Ты красавица, дорогая моя. И ты, конечно, знаешь об этом.

Она пожала плечами, капли воды катились по ее коже.

– Я редко об этом думаю.

– Почему?

Она снова пожала плечами и направилась к лестнице бассейна. Она медленно вылезла из воды, представляя взору Рокко свое роскошное тело. Ее живот был по-прежнему плоским, хотя она была на третьем месяце беременности. Ее фигура оставалась стройной и совершенной.

– Мне это безразлично, – сказала она. – При моем образе жизни нужно либо использовать красоту для манипуляций, либо забыть о ней. До встречи с тобой я никогда не использовала свое тело даже для того, чтобы кого-нибудь обмануть.

– Мне любопытно, – произнес он, – когда ты перестала помогать своему отцу? И почему ты после снова взялась за старое?

Чарити тяжело вздохнула и подошла к стулу, на котором лежало белое полотенце. Она вытерлась и плотно обернула полотенце вокруг бедер.

– Когда мне было примерно семнадцать лет, – ответила она. – Я сказала ему, что больше не хочу играть в его игры. Он не обрадовался, но я тогда думала о себе. Чаще всего я воровала конфиденциальную информацию из крупных компаний. – Она опустила глаза. – Это было плохо. Он твердил, что ни одна тяжелая работа не поможет нам, обычным людям, разбогатеть. Он говорил, что глупые люди недостойны богатства. В какой-то момент я поняла, что не желаю ему помогать. Я отказалась с ним работать, и через полгода он уехал из города. Я устроилась на работу официанткой. Примерно через три года он вернулся. Я целый год не получала от него никаких вестей. Я не смогла ему отказать, когда он снова попросил меня помочь ему. Он мой единственный родственник. Клянусь, я не знала, что он украдет так много. – Ее карие глаза сверкали. – Я согласилась, потому что знала, что мне не заработать столько денег даже за год работы официанткой. А потом он уехал в неизвестном направлении. Я не видела тех денег, что мы украли у тебя. Нам потребовалась пара месяцев, чтобы организовать аферу, и еще один месяц, чтобы я поняла, что мой отец бросил меня на произвол судьбы. Еще через три месяца ты нашел меня и заставил платить. Ты запросил высокую цену, поэтому я знаю, что не пойду на преступление, даже если мне захочется. За все приходится платить.

Ему стало неловко от ее слов.

– По-твоему, я заставил тебя расплачиваться сексом?

– Не только. Я вряд ли понимала, как ужасно поступаю, пока не встретила тебя. И мне тяжело это осознавать.

– Мне кажется, я требовал от тебя слишком многого. – Он подошел к ней ближе. – Я сожалею о том, как все произошло между нами.

– Ты сожалеешь? – Она наклонила голову набок.

Он нахмурился:

– Я не зашел бы так далеко.

– Мне неловко от твоих слов, Рокко. Правда.

Он обнял ее за талию и прижал к себе. Его сердце колотилось как сумасшедшее, а руки дрожали по непонятной ему причине.

– Я не сожалею, – резко произнес он, – потому что я не могу сожалеть о том, что хочу тебя.

Рокко провел большим пальцем по ее губе, смахивая с нее капельки воды. Чарити была воплощением красоты – живым олицетворением всего, чем он старался себя окружать.

– Мне холодно. – Она задрожала.

– Я могу тебя согреть, – хрипло сказал он.

– Зачем? – Она вглядывалась в его глаза.

– Потому что я хочу тебя. – Он обвел пальцем ее верхнюю губу совершенной формы, потом погладил кончиками пальцев ее высокие скулы.

– Но я не понимаю, почему ты хочешь меня. Ты делал все, чтобы показать мне, как меня ненавидишь. Ты унизил меня в Нью-Йорке. Ты использовал меня. И хочешь это признавать или не хочешь, ты расплатился за секс со мной. Все это не имеет смысла.

– Когда ты пришла в мой номер отеля в Нью-Йорке, я собирался унизить тебя. Я хотел оставить тебя в номере и заставить умолять меня. Я не думал, что захочу тебя. Как я мог хотеть воровку? – Он обхватил ее подбородок большим и указательным пальцами. – По-моему, ты не понимаешь меня, Чарити. Меня никто не обкрадывает. То, что я заработал, очень ценно для меня, и очень немногие люди меня понимают. Я презирал тебя, пока не увидел. Мне не следовало тебя хотеть.

– Так почему же ты меня захотел?

– Не знаю. Меня влечет к тебе, дорогая моя, и я не понимаю, как с этим бороться. То есть я не хочу с этим бороться. Многие годы я жил в семьях, которым было на меня наплевать. Я провел очень много лет без того, чего хотел. Теперь у меня есть власть и возможность получить все, что я желаю. Я не привык сдерживать желаний. Я намерен выяснить, насколько сильно меня влечет к тебе и смогу ли я контролировать свои чувства к тебе.

– Я не понимаю, почему я должна спать с человеком, который презирает меня.

– Ты сделала это однажды, – сказал он.

Она опустила глаза, застыдившись:

– И я этим не горжусь.

– Почему? – Он сжал пальцами ее подбородок, заставляя Чарити посмотреть ему в глаза. – Ты почти свела меня с ума. Ты сделала меня слабым, заставила желать тебя. Из-за тебя я отказался от своего плана, Чарити. Тебе есть чем гордиться.