Царство искушения - Триш Уайли

Мерроу была поражена.

— Тебя это не волнует?

Он снова посмотрел ей в глаза.

— А что меня должно волновать? Теперь понятно, почему у тебя нет комплексов насчет секса, как у других женщин. С такими родителями ты, возможно, могла поговорить обо всем, и поэтому ты так уверена в себе. Напомни, чтобы я поблагодарил их за это при встрече.

При встрече?!

Он слегка наклонился вперед и вкрадчиво сказал:

— А теперь расскажи подробнее о технике массажа...

— Алекс, я не собираюсь знакомить тебя со своими родителями.

— А я и не предлагаю, чтобы мы сейчас же сели в машину и отправились к ним.

— Этого никогда не будет!

Алекс выпрямился, и Мерроу заметила в его глазах сердитое выражение. Он даже избегал ее взгляда.

Она подошла к нему и тронула его за локоть, повернув лицом к себе.

— Любовники-плейбои не знакомятся с родителями своих девушек.

— Это еще одно правило, да?

— Да, именно так. — Она обняла его за талию и шагнула ближе, подняв голову, чтобы посмотреть на него. — Но я действительно могу сделать массаж.

То, что он даже не попытался к ней прикоснуться, заставило ее вздрогнуть от страха. Вместо этого он долго и внимательно рассматривал ее лицо, как будто раздумывал, говорить ли ей о своих мыслях.

А ей было страшно спрашивать. Вместо этого она лишь вопросительно подняла брови.

Он сощурился.

— Сколько мы будем играть в эту игру?

Мерроу сглотнула, и ее улыбка померкла.

— В какую игру?

— В игру, в которой мы притворяемся, будто между нами ничего не происходит... Ведь мы оба знаем, что наши отношения — это не просто секс.

Она сделала шаг назад. Алекс пожал плечами.

— Я раньше думал, что все твои беды заключаются в том, что твой бывший бойфренд обманул тебя, причинив тебе душевную боль. Но ты недавно сказала по телефону, что он не имел для тебя большого значения.

— Так оно и есть. Я не настолько любила его, чтобы он разбил мне сердце. Я была просто... разочарована в нем. Возможно, слегка оскорблена тем, что сразу его не рассмотрела, но не более того.

Алекс кивнул, и, сжав губы в тонкую линию, грубовато ответил:

— И даже сейчас по выражению твоего лица я вижу, ты не намерена мне ничего рассказывать.

Правильно! А какой женщине приятно вспоминать о своих прошлых неудачах?

— Потому что это не имеет к нам никакого отношения.

— Может быть, ты объяснишь, что же тогда стоит между нами? Что нам мешает?

Мерроу не знала, как ей поступить. Если она пустит Алекса к себе в душу, он сможет причинить ей такую сильную боль, какой она раньше никогда не испытывала.

Ее нерешительность еще больше разозлила Алекса.

— Ну, может быть, когда ты соберешься мне обо всем рассказать, дай мне знать. Тебе известно, где меня найти.

Мерроу с удивлением наблюдала, как он взял пиджак со спинки дивана и сжал в руке так, что кончики пальцев побелели.

Он уходит?

— Я думала, мы договорились, что на данном этапе мы не хотим ничего серьезного в нашей жизни?

Алекс повернулся у самой двери и с сарказмом сказал:

— Тебе было бы гораздо проще сразу дать мне пару экземплярчиков перечня твоих правил. Чтобы я не наступал каждый раз на одни и те же грабли.

— Алекс...

— Я устал, О'Коннелл, — четыре часа в машине без отдыха. И я устал играть в игру, правил которой не знаю. Вот и все. Захочешь меня найти — найдешь.