Грешники - Барбара Пирс

Файер и джентльмена отделяли несколько людей, однако когда путь освободился, ее худшие опасения подтвердились. Это был... Стэндиш! До сих пор ей удавалось избежать прямого столкновения с ним. С какой стати ему пришло в голову отправиться сегодня вечером в театр? Обычно он предпочитал проводить свое свободное время в клубах.

– Что ты сказал? – спросила Файер, вмиг побледнев.

Она была так взволнована, что не могла сосредоточиться. Святые Небеса! Что, если брат заметит Стэндиша? Тэм может придушить этого прохвоста, не обращая внимания на публику.

Тэм с тревогой посмотрел на сестру.

– С тобой все в порядке? На тебе лица нет. – Оглянувшись еще раз, Файер с наигранной серьезностью возмутилась:

– Как ты обращаешься с леди? Неужели ты говоришь своим приятельницам такие комплименты? Тогда нет ничего удивительного, что ты до сих пор не женат.

– Леди остаются довольны. И потом, любопытная мисс, это не вашего ума дело.

– Я бы не стала так переживать, но меня беспокоит проклятие Солити. Тебе следует поторопиться, чтобы обзавестись наследником.

– И меня после этого называют бестактным, – проворчал Тэм.

Он был так раздражен, что не заметил маневров сестры, которая изо всех сил старалась отвлечь его. Она даже стала так, чтобы заслонить Стэндиша. Только когда они с Тэмом нашли герцогиню, Файер вздохнула свободно.

– А вот и вы, дорогие мои! – Их мать, как всегда, была охвачена лихорадочным возбуждением. – Как вы повеселились? Можете рассказать мне об этом позже. Нам надо занимать свои места, потому что пьеса вот-вот начнется. Леди Ренней рассказывала мне, что представление обещает быть великолепным.

Файер поднималась по ступенькам вслед за матерью и братом. Не в силах противиться искушению, она оглянулась назад, и ее глаза немедленно встретились с глазами Стэндиша. Девушка гордо отвернулась и продолжала идти, стараясь не споткнуться. Стэндиш знал, что она была здесь. Он нарочно искал встречи с ней, чтобы устроить скандальную сцену. Файер понимала, что она нарушила его планы, и ей было приятно от сознания собственной силы. Но одно было очевидно: лорд Стэндиш не собирался оставлять ее в покое.

Несмотря на то что лорд Эман был предупрежден в последний момент, он не разочаровал Маккуса. Виконт пригласил своего друга занять место в ложе, из которой открывался прекрасный вид на сцену. Как объяснил Эман, гораздо интереснее было то, что творилось в соседних ложах. Господа, занимавшие столь почетные места, автоматически утверждали свою принадлежность к высшему обществу. Джентльмен мог присмотреть здесь подходящую невесту или завести роман.

Маккус вновь оглядел всех собравшихся. В прошлой жизни у него не было возможности наслаждаться искусством. Теперь же ему было интересно все: и то, что ему предстояло увидеть со сцены, и то, что происходило в соседних ложах. Он заметил, что ложа внизу слева была занята четырьмя очень привлекательными леди. Шикарные платья и драгоценности свидетельствовали о высоком статусе их обладательниц. Маккус увидел, как в ложе появились два джентльмена, и на глазах у всех произошла сцена знакомства.

– Хороши, не так ли? – спросил Эман, проследив за взглядом друга.

Хрупкая блондинка, сидевшая в ложе, была похожа на мраморную статуэтку.

– Не то слово. Они сестры?

Его вопрос изрядно позабавил виконта.

– Не знаю, возможно. Если у вас есть желание, вы можете обладать любой из них.

– Неужели? – Маккус искренне удивился. – Так они куртизанки?

Публичные женщины, с которыми ему доводилось общаться, могли всю жизнь обходиться одним платьем и довольно скромными украшениями.

– Но они выглядят как герцогини.

– А относятся к ним, поверьте мне, еще лучше. Эти леди обладают влиянием, которому мог бы позавидовать каждый из нас, – язвительно произнес виконт.

– Говорите только за себя, – усмехнувшись, сказал Маккус. Восхищаясь независимостью женщин, которые нарушали устои великосветской жизни одним своим присутствием среди уважаемой публики, он пытался представить одну из них и постели. Однако, к сожалению, ни одна из этих милых леди не показалась Маккусу особенно привлекательной. Когда-то ему правились блондинки с голубыми глазами, но позже его предпочтения изменились. Сейчас он мечтал только о том, чтобы на его страстный призыв откликнулась леди, обладавшая ярко-зелеными глазами, которые оттенялись роскошной копной волос циста корицы. Образ был настолько ярким, что на мгновение лишил его способности думать.

Лорд Эман наклонился к нему, чтобы их не могли услышать другие зрители, и предложил:

– Если вы желаете, мы можем нанести визит этим дамам. – Маккус приподнял бровь.

– Есть ли в Лондоне человек, с которым вы не знакомы? – Лицо лорда Эмана осветилось улыбкой: ему было приятно восхищение Маккуса.

– Эти леди относятся к тому разряду знакомств, которые джентльмен предпочел бы не афишировать. Но после случая в парке я должен представить вас дамам, не имеющим ничего против вольного обращения на публике.

Маккус едва сдержал гнев.

– Если вы говорите о леди Файер, то мое обращение с ней нельзя назвать вольным. Леди нашла меня очаровательным.

– Леди ударила вас по колену, – резко отозвался Эман. – Вам повезло, что она так быстро пришла в себя, иначе она бы раздробила вашу челюсть зонтиком.

– Мне нравятся женщины с сильным характером, – сказал Маккус, оглядываясь на куртизанок. Подняв голову, он заметил вверху справа ложу, в которой сидела девушка его мечты. – Кроме того, я бы не стал общаться с вашими дамами, имеющими сомнительную репутацию, когда леди Файер ожидает встречи со мной.

Он не лгал. Несмотря на то что их встреча была довольно короткой, Файер поняла, что Маккус отличается настойчивостью и целеустремленностью. Если бы они снова встретились, это нисколько не удивило бы ее. Эман едва не задохнулся.

– Как можно такое сказать обо мне! Мои дамы!

Маккус взглянул на своего друга. Возможно, причиной его возмущения был недостаток опыта в обращении с женщинами. Маккус видел, что Эману нравилось наблюдать за леди, хотя молодой человек и отрицал это. Маккус искренне удивился реакции виконта. Тот сидел раскрасневшийся, и пожилая леди рядом с ним, видя состояние молодого человека, наклонилась и похлопала его по спине. Тот покраснел еще больше, бормоча слова благодарности в адрес услужливой дамы.

Когда леди Файер поднялась со своего места и исчезла за портьерой, прикрывавшей вход в ложу, Маккус понял, что его час пробил. Он тоже встал.

– Эти голубки с червоточиной сделают вас банкротом, Эман. Я уверен, что леди... – Он указал на их соседку-матрону, которая помогла виконту преодолеть приступ его нервного кашля, – знает какую-нибудь порядочную девушку, которая будет вас достойна.