Курсантка - Василиса Мельницкая

Я представила, как обрадуется Александр Иванович оргии на конспиративной квартире… и согласилась.

— Тебе темного или светлого? — не отставал Миша. — Лень, ты ж придешь?

— Я даже помогу, — пообещал Леонид.

— Светлого, — сказала я. — Кошке чего-нибудь сладкого возьмите.

— Кошке… сладкого? — удивился Миша.

Карамелька при нем булочки не ела, факт. И я не проговорилась. Просто… Какие теперь секреты?

— Возьмем, возьмем, — пообещал Леонид. — Пирожные подойдут? Какие?

— Любые, — фыркнула я.

А этот решил, что сладкого хочется мне. Ну да, я же девочка.

К слову, Леонид достаточно быстро принял тот факт, что я — эспер. В том смысле, что девушка может быть эспером. Интересно, почему?

Отдав Мише ключи от квартиры, я отправилась к машине. Уже завтра можно будет оформить документы, получить ордер на заселение в общежитие и даже переехать. В комнату Савы. А потом, если Александр Иванович чего-нибудь не придумает, у меня — наконец-то! — появится свободное время. И, пожалуй, проведу я его с пользой.

— Яр! Ярик! — окликнул меня Леонид.

В машину я села, но дверь захлопнуть не успела.

— Чего? — спросила я, когда он подошел ближе.

— Ты обещал сказать, — напомнил он. — Наедине.

— Не терпится?

— Ты вроде как в гости пригласил, а между нами еще нет ясности.

— Хорошо, давай начистоту. — Я вышла из машины. — Лень, ты же понял, кто я?

— Даже узнал, — не стал лукавить он. — Ты яркая девушка, Яра. Тебя невозможно забыть.

— Ты сказал, что сохранишь мой секрет. А ты понимаешь, что он — не мой? Что я притворяюсь парнем не по своей воле?

— Ну… Я догадываюсь, почему так. Если ты — эспер… Это же не шутка?

— К сожалению, не шутка. И как ты думаешь, мне легко?

— Нет, пожалуй, — согласился он.

— Ты постоянно надо мной насмехаешься. Я понимаю, это весело. Девушка в мужском коллективе. Но мне это неприятно. Ничего личного. Я всего лишь объясняю тебе, почему ты ощущаешь мою неприязнь. Запрещать тебе веселиться я, естественно, не буду. И не хочу, если честно.

Леонид помрачнел. Теперь досаду и неловкость испытывал он.

— Прошу прощения. — С ответом он не медлил. — Я как-то не подумал… И не хотел, правда.

— Проехали.

— Яр, а Мишка… он же…

— Он заглянул за первую маску. Во всяком случае, он так мне сказал.

— А ты не…

— Не думаю, что мне долго придется хранить этот секрет. А до того времени пусть все остается так, как есть. Хорошо?

— Договорились, — кивнул Леонид. — Лады, до вечера.

Встречу с Александром Ивановичем я запросила еще вчера, условным звонком, на который никто не ответил. Мне перезвонили через полчаса и сообщили адрес. Туда я сейчас и отправилась.

Александр Иванович молча выслушал мой доклад, пропустил мимо ушей все мои шпильки относительно собственной хитрости, а когда я выдохлась, сказал:

— Яра, ты молодец. Я очень доволен результатами испытания.

Честное слово, я поняла бы, если бы он меня отчитал. Но похвала повергла меня в шок.

— Вы серьезно? — выдохнула я.

— Вполне.

— А-а-а… — осенило меня. — Есть «но»?

— Нет. Ты до сих пор не поняла, почему я заставил тебя пройти через это?

Он нарисовал в воздухе круг пальцем, намекая на мой внешний вид.

— Откровенно говоря, нет.

— Что ж… — Он взглянул на меня с сомнением. — Пусть это будет твоим домашним заданием. Бессрочным. Скажешь, когда поймешь.

После этих слов спрашивать, почему он не предупредил о Леониде, было бессмысленно. Не ответит.

— Чем планируешь заняться? — поинтересовался Александр Иванович. — У тебя есть две недели отдыха.

— Вот и буду… отдыхать. Валяться на кровати, плевать в потолок и есть конфеты.

— Все дерзишь, — вздохнул он. — Может, хочешь съездить куда-нибудь? Море, например? Я оплачу путешествие.

На всякий случай я ущипнула себя за руку. Вдруг сплю? Как-то все это… странно.

— Я хочу съездить в Москву. На машине и за свой счет, — ответила я. — На несколько дней. С тех пор, как переехала сюда, ни разу на кладбище не была. Хочу навестить могилы Николая Петровича и Ларисы Васильевны.

— А и поезжай, — согласился Александр Иванович. — В общежитие заселишься — и поезжай. Могу с жильем помочь.

— Спасибо, я сама.

— Как хочешь. И об отдыхе подумай.

— Подумаю. Спасибо.

Все очень даже хорошо складывалось. От Москвы до Калужской губернии гораздо ближе, чем от Санкт-Петербурга. Я предполагала, что мама вернулась к своим родителям, а имение Годуновых располагалось под Калугой. Если же она не там, то поиски лучше начать с этого места.

Глава 12

Дед, как ни странно, встрече матери и сына не препятствовал. Матвей всегда знал, что от главы рода ничего не возможно утаить. Он и не пытался.

— Ты, Матвеюшка, не ребенок, сам разберешься, — сказал дед. — Не скрою, я не хотел, чтобы вы встречались. Но теперь… — Он махнул рукой. — Верю в твою разумность. Полагаю, мать твоя с правдой явилась. Так ты не маленький, сам решишь, что с той правдой делать.

— С какой правдой? — напрягся Матвей. — Может, лучше ты мне расскажешь?

— Нет, не расскажу, — отказался дед.

И твердо так, что у Матвея пропало все желание настаивать. А дед внезапно смягчился, пояснил:

— Я слово дал, что от меня ты о том никогда не узнаешь. И запомни! Я ни о чем не жалею.

Интрига, однако. Хотя… Какую правду могли скрывать от ребенка? Ту, что мать его предпочла сыну любовника? Так это Матвей давно знает. Или, к примеру, дед заплатил, чтобы мать исчезла из жизни сына? И кто виноват, что она предпочла взять деньги?

Говорили они за завтраком. После того случая с полковником Нестеровым отношение деда к внуку изменилось. Они все чаще общались, как дед и внук, а не как начальник и подчиненный. И совместные завтраки, а иногда и ужины, больше не походили на пытку. Дед принял выбор Матвея и, кажется, даже гордился внуком.

Встретиться с матерью