Арена. Путь к свободе - Dana Chaos

— А теперь это, но не вздумай пить, — протянула пурпурную жидкость и наблюдала за реакцией.

— Это вытяжка с одной травы. Как давно ты пьешь вино, которое дарит тебе именно она?

— Несколько лун… — он ответил тихо, и по взгляду я поняла, что он начинает все обдумывать.

— А когда ты начал терять свою силу и стал плохо спать, или вовсе спал долго, но просыпался совершенно, будто и не спал?

— К чему ты клонишь? — он серьезно спросил меня, нахмурившись.

— К тому, что эту вытяжку с травы систематически добавляют тебе в вино. Подозрительный запах я ощутила еще в ту ночь, когда к тебе пробрался гость, а ты спал как убитый. Тогда я, не подумав, вылила вино, а когда Лидия приехала без предупреждения и подарила тебе вино, но сама его пить не захотела, я и подумала, что стоит проверить, — я старалась говорить все понятно и кратко. — Не веришь мне? Я проведу тебя к человеку, который точно в этом разбирается, и подробнее о траве все скажет.

— Что теперь… нет… — он смотрел куда-то в темноту.

— Просто думай сам, я не в праве что-то тебе указывать. Ты сам решаешь, как поступать. Я выполняла свою часть договора, — вздохнула и встала.

Молча вышла из конюшни, оставив вельможу наедине с его мыслями.

Глава 13

Несколько дней прошло я и вельможа не пересекались все это время. Честно говоря, сама не была настроена на встречу. Пусть он все обдумает, ведь я уже узнала достаточно. Он мне заплатил, это факт, и теперь никто никому ничем не обязан. Так я себя успокаивала, окунувшись в прохладные воды и наслаждаясь тишиной. Лежа в воде откинула голову назад на выступ и закрыла глаза, стараясь вытеснить мысли из своей головы. Но сколько бы я ни пыталась успокоить себя, мысли все равно возвращались к тому мужчине. Лидия, хоть и не приятна мне, видимо, имела огромное значение для него. Я осознавала, что такие новости, как предательство, могут очень сильно повлиять на него. Волновалась ли я? Да, конечно, волновалась. Хотя и пыталась убедить себя, что мне все равно на всех и на всё.

Стук в дверь заставил меня подпрыгнуть от неожиданности, и от моего резкого движения вода расплескалась вокруг. Я вытерла лицо и вылезла из воды, слегка прикрывшись мягкой тканью. Подойдя к двери, медленно открыла её и встретилась со слегка испуганной служанкой. Она смущенно отвела взгляд и подала мне аккуратно сложенное платье. Я взяла наряд, прикрываясь тканью, чтобы не смущать её ещё больше.

— Сегодня хозяин готовит небольшой праздник и просит вас присутствовать, одев это, — сказала служанка, присев и быстро убежав.

Я хмыкнула и закрыла дверь за ней. Разложив наряд на кровати, внимательно рассматривала ткань. Голубоватый оттенок с серебристым переливом напоминал мне воду. Он точно знал, что выбрать для меня. Значит, сегодня предстоит интересный вечер.

Если он решил устроить праздник, то это наводило на мысль, что он что-то задумал. Аккуратно расчесывая волосы, я сидела на кровати, погруженная в свои мысли. Этот своеобразный ритуал успокаивал меня, и я наслаждалась шелковистостью волос, отвлекаясь на время. Как бы ни старалась оттянуть момент, пришло время готовиться. Одев платье, взглянула на себя в зеркало и задержала дыхание. Платье было более открытым, чем то, в котором я впервые появилась в тот вечер играя наложницу. Но в то же время оно прикрывало все необходимое.

Повернувшись спиной, я усмехнулась, рассматривая свою спину. Платье было открыто на спине, демонстрируя мою татуировку. И почему я не волнуюсь так перед выходом на арену? Я скучала по битвам, и это было ощутимо. "Ничего", — подумала я, — "я закончу свою работу здесь и вернусь к прежней жизни, но теперь своей, и никто не посмеет назвать меня рабыней".

Ухмыльнувшись, я вышла из комнаты и направилась к вельможе в его кабинет.

Сначала приоткрыв дверь, а затем слегка постучав, я вошла к нему. Мужчина сидел за столом, его взгляд устремлен был на кувшин с вином, стоявший на подносе. Руки сцеплены в замок, и, оперев локтями о стол, он казался углубленным в раздумья. Его мысли, казалось, были очень далеки, а лицо выражало серьезность. Когда я вошла, он медленно перевел взгляд на меня и откинулся на спинку стула, словно приветствуя моё появление.

— Сегодня снова подыграй мне, и твоя работа будет закончена, — сказал он, обращаясь ко мне.

— И я буду свободна и смогу идти, куда хочу? — подошла я ближе к столу и провела пальцами по гладкой поверхности.

— Да, — кратко ответил он.

— Кто будет среди гостей?

— Многих ты уже видела в тот вечер, когда ты меня сопровождала. Возможно, кто-то еще.

— Снова постараюсь никого не убить? — попыталась я его отвлечь шуткой, но он оставался слишком серьезным, что я ощущала всем своим нутром. Даже как-то некомфортно было. Он был серьезен и решителен, но на что именно, я не могла понять.

— Хорошо. Я тебя поняла. Пойду в зал и начну мелькать между слуг, — сказала я с тихим вздохом и ушла. Он кивнул, и я поняла, что это не было просто вечерней встречей.

* * *

Постепенно поместье наполнялось людьми, звонким смехом и беседами. Вельможа приветствовал каждого гостя, уделяя каждому немного времени. Наблюдая за ним, я заметила, что он слишком напряжен, и некоторые из гостей начали шептаться об этом. Нужно было исправить ситуацию. Только я собралась направиться к нему, как мне преградил дорогу тот же толстяк, который встретился нам на том другом вечере.

— Милый цветок, и не рядом с хозяином? — его слова прозвучали, будто он уже выпил немало. Он был слишком близко, и я пыталась обойти его.

— Как раз направлялась к нему, — быстро проговорила я, но он не дал мне пройти.

— Брось. Повесели и меня. Он негостеприимный раз, нельзя попробовать особенную сладкую ягоду, — добавил он с ухмылкой.

Увернувшись от его губ, я была готова ударить его и гори оно все.

— Ты должен отлично знать, что я не люблю, когда трогают то, что мое, — даже я замерла от голоса вельможи, его голос звучал как рык. Переведя взгляд вниз, я увидела, как рука вельможи сжала кисть толстяка, который тянулся к моей заднице. — Я тебя позову, — сказал он, глядя на меня, и я, присев, быстро удалилась к столам с угощениями.

Уже оттуда я внимательно наблюдала за сценой. Вельможа все так же сжимал кисть руки толстяка а лицо того