В стране цветущего граната - Люсинда Миллер

Люция, покорно склонив голову и закусив губу, кивнула. Но мысленно жутко протестовала: «Ага, так я тебе и повиновалась!» Селим казалось, не заметил иронии в жесте. Чуть позже они поиграли в волейбол, встретив знакомых, покупались перед уездом и утомлённые стали собирать свои пожитки.

— Устала сильно? — поинтересовался Селим, заметив, что её щёки и нос заметно отреагировали на ультрафиолет.

— Да не очень, может нам на закат остаться?

— Не получится. Отец устраивает семейное мероприятие — мясо на углях.

— О…! Селим, ну что же ты не предупредил меня раньше? Всегда вот так вот не договариваешь, — удивилась девушка.

— А что, какие-то проблемы или планы? — нахмурился он.

— Нет, но я привыкла заранее планировать любое событие.

Он махнул рукою на её педантичность:

— Ну так привыкай со мною к неожиданностям, — взяв сумку, пошёл к машине.

Люция поплелась следом, что-то ворча на мужчин, любящих всё решать самим.

— Я слышу, ты что-то бурчишь под нос, но не могу разобрать что, может громче скажешь и в лицо? — полуобернувшись, спросил Селим, зная, что его вопрос ещё больше её раздразнит.

Она промолчала, лишь зло посмотрев в ответ. Он кивнул: «То-то!». Усаживая в машину, смягчил свой нрав, поцеловав в обгоревший носик:

— Капризуля!

— Такая уж уродилась!

Он только посмеивался над её недовольством, больше наигранным, чем реальным. Сулейман не вмешивался, чувствуя себя лишним, да и утомление неожиданно нахлынуло. Он полулежал на сидении, напевая любимый мотив.

Полюбив Её,

Пожалуй можно

Полюбить и море.

Глава 10

Садж

Люция заправляла волосы в хвост, когда услышала стук в дверь. Держа в зубах резинку, а рукой волосы, открыла дверь и удивилась: на пороге возвышался Селим. До этого дня он ни разу не приходил к ней, а всегда ждал внизу. Она “глазами” спросила, что его привело?

— Я не мог больше ждать когда ты спустишься, — чуть смущаясь, произнёс Селим.

— Тогда проходи, — пригласила девушка, пропуская его вперёд, — сейчас прическу сделаю и готова.

Он понимал, что по этикету не должен находиться здесь, но желание попасть в её обитель было выше его сил. Люция в отражении зеркала наблюдала, как вторженец, стоя посреди комнаты, разглядывает обстановку. Будто он впервые видит её, живя в этом доме. Задержал взгляд на её личных вещах, женских штучках, временно живущих на комоде. Пару туфель у порога, приоткрытый гардероб. Когда его взгляд упал на кровать, он переменился, из праздно — любопытствующего в искренне заинтересованный. Только ему одному было ведомо, о чем он сейчас задумался. Вот их глаза встретились в зеркале, и она за короткий миг сумела прочесть таинство его мыслей. Силой воли стряхнул наваждение, превратившись в весёлого «парня-рубаху»

— Ну, ты готова? — будто только что не искрило в воздухе обоюдным желанием.

— Да, пошли.

Он пропустил её вперёд, созерцая прелестный вид со спины. На ней были те же брючки, что и при приезде и очень выигрышно сидели, облипая крепкие ягодицы. Майку-топ надела в тон своим глазкам, с «V»-образным вырезом, что позволяло безнаказанно подглядывать в декольте. Селим был одет в серые джинсы и кофейно-белую полоску батник.

Мангал был устроен на специальной бетонированной площадке во внутреннем дворике. Глава семейства занимался приготовлением основного блюда: садж или, проще говоря, курица на углях. Гостью заинтересовал способ её приготовления и она подошла полюбопытствовать. Али поделился рецептом. К мясу подавались обжаренные также на жаровне овощи и зелень. Такого разнообразия Люция ещё не встречала нигде, разве что в супермаркетах. И, очищая листочки от грубых стеблей, её пальцы и все вокруг пропиталось их эфирными маслами.

— Теперь я буду пахнуть, как лавочка со специями! — шутливо резюмировала гостья.

— Ага, — и чуть тише у ее уха, — и это сильно возбудит мой аппетит!

Она зарделась, но уловив следящий за ними взгляд Али, постаралась взять себя в руки. Некрасиво было флиртовать с ним на глазах родителей.

— А где Сулейман, пап? Он снова отлынивает от работы!

— Ну, я бы ему не доверил приготовлять садж, так что отправил в магазин. Парня зря оклеветали, потому что он появился в этот момент, неся полные пакеты продуктов. Но был не один, а с другом. Они поприветствовали друг друга на азери. Мамеда познакомили с гостьей. Как обычно в присутствии Сулеймана жизнь из степенного русла разливалась бурным потоком. Он уже пробовал готовое мясо, заложив его в лаваш и лист салата. Люция умилялась его поведению. Ребенок, что сказать, хотя и двадцатилетний.

— Сулейман, — гаркнул отец, — ты совсем совесть потерял? Мы ещё не начали ужин.

— Прости пап, очень аппетитно и я жутко голоден, — извинился сын, но в глазах ни грамма чувство вины.

Отец, сдаваясь, опустил плечи. Селим строго посмотрел на брата, но промолчал. Не смотря на бесконечные препирательства, братья любили друг друга и готовы перегрызть глотки друг за друга. У Люции создалось положительное мнение о семье Мансуровых.

Вышла Урсула ханум, неся на подносе стаканы и тарелки. Мясо было готово. Садились за стол. Али и Сулейман пили живое пиво. Люция с удовольствием потягивала гранатовый сок. Селим свой любимый чай со льдом и почти не участвовал в разговоре, отвечая односложно на вопросы отца, говорил только по делу. Он пребывал в легкой задумчивости. Казалось, что он телом тут, а мыслями где-то. Когда Люция поворачивалась к нему, то неизменно натыкалась на его отрешенный взгляд. Он явно что-то задумал и это касалось её, что привело девушку в легкое волнение. Голос хозяина вывел обоих из грёз:

— Люция, дорогая, ну расскажите нам о своих впечатлениях. Как вам море? Я знаю, мои сыновья возили вас купаться. И это заметно по вашим румяным щечкам, — улыбнулся он.

— Да, солнышко меня сегодня заметно погрело, но я люблю пляж. Жаль только, что Селим отказался от купания, — с этими словами она повернулась к парню лицом, показывая своё разочарование.

— Ай, не обращайте на него внимания, он по известным только ему причинам наложил табу на море. А достопримечательности осмотрели?

— К сожалению, не везде можно побывать, где