Развод по-турецки или постучись в мою Тверь - Джесси Блэк

— Наталья, — он подходит ко мне и пожимает руку. — Мы все организовали, нужно будет просто подписать документы и все готово, — он улыбается так, будто оказал мне услугу. А я закатываю глаза, как только юрист отворачивается.

Хотя с другой стороны… Вспоминаю его слова и тут же снова злюсь. Отказалась! Я! Мог бы и вернуться за своей женой, раз так любил. Развод.

Развод!

Развод!

Мне нечего терять.

Эмре я не вижу, в кабинете судьи только юрист, я и женщина лет шестидесяти, которая мне улыбается.

— А где Эмре?

— Он уже все подписал, — пожимает плечами юрист. — Дела.

Он будто оправдывается.

Пожимаю плечами и сажусь за стол, по которому аккуратно разложено три экземпляра документов на развод и на каждом внизу, рядом с именем Эмре размашистые закорючки, от вида которых у меня тут же расплывается все перед глазами. Не хочу их видеть! Даже смотреть туда не могу.

Он из тех, у кого в подписи много букв и вечно на всех документах он занимал столько места, что второму человеку его не хватало. Я шутила, что он даже тут доминирует и унижает.

Смотрю на графу, оставленную мне и гипнотизирую ее взглядом.

Он даже не явился.

Просто расписался и ушел!

И это Я от него отказалась?

Хочу рвать и метать. Рука замирает над листом. Судья нетерпеливо постукивает ногтями по столу.

А я быстро и еще более размашисто чем Эмре, пишу “Пошел к черту”, хватаю все три документа и бросаюсь наутек.

— Девушка, подождите! — кричит юрист, судья тоже что-то восклицает.

Надеюсь, меня не осудят за воровство государственной бумаги.

Прыгаю в машину и кричу Серкану.

— В офис Эмре, срочно!

— За нами погоня?

— Типа того. Быстрее!

Глава 16

Залетаю в знакомый офис, и меня начинают буквально душить слезы. Это невыносимо. Со мной даже здороваются, узнают. Но я, не глядя, пролетаю мимо, к кабинету Эмре на третьем этаже. Там, за прозрачной стеной, вижу, что идет совещание. Плевать на всех.

— Ты! Придурок!

— Вот как?

— Да, именно так!

Он пожимает плечами. Все смотрят на меня, а я подкидываю многостраничные документы, пытаясь швырнуть их Эмре в лицо, но те только разлетаются во все стороны, падая к моим ногам и на головы сидящих за длинным столом для совещаний.

— Смотрю ты уже подписала, — он кивает на лист, валяющийся от него в метре, на столе. Там даже с моего места видно, что внизу стоят две подписи.

— Смотрю ты тоже!

— Нет, — мягко обрубает он.

— Что нет?

— Я не подписывал.

— О, конечно, это, наверное, за тебя подписали тайные враги.

— Сама-то!

— Я ничего не подписывала.

— Да, это наверное Элиф, — ехидничает он, шутник, блин!

На нас все смотрят, проносится шепоток, в котором точно фигурирует имя Элиф.

Плевать.

Пусть я обрасту сплетнями и слухами, просто уеду в Россию и забуду как страшный сон эту Турцию.

Подбираю с пола один из листов и широким шагом иду к месту Эмре, сую ему документ в лицо и рычу.

— Ничего я не подписала! — он смотрит на “Пошел к черту” и усмехается.

А потом вырывает у меня бумагу и сует ее уже мне в лицо.

В графе напротив имени “Эмре Демир” написано его рукой “Seni seviyorum”… “Я тебя люблю”.

— Вот мерзавец… — шепчу я.

— Выйдете, пожалуйста.

Я вижу краем глаза, как сотрудники Эмре убирают телефоны. Видимо, нам скоро смонтируют видео с развода.

— Ты что не подписал? — спрашиваю, как только мы остаемся одни.

— Как видишь.

Он вздыхает, тянет меня на себя и усаживает к себе на колени.

— Прости, что не искал тебя.

— Прости, что ушла… Я думала, что ты наигрался, и я тебе больше не нужна…

Он смотрит мне в глаза очень долго, пока у меня не начинает болеть в груди.

— Может, ты меня… ну, типа, поцелуешь уже? — спрашиваю его, и Эмре закатывает глаза.

— Я твоя жена все-таки.

— До сих пор не привык… — говорит он и утыкается лбом мне в висок.

— Столько лет женаты, а он не привык, — фырчу я. — Мог бы и…

Но Эмре договорить мне не дает, и от его поцелуя у меня срывает крышу.

Замечательно. Только как это все теперь объяснить бабушке и маме?

Хотя, впрочем, им-то как раз нечего жаловаться.

— Эй, а фирма? Ну она же… в опасности.

— Мама разболтала? — спрашивает Эмре, качая головой.

— Ну… я ее ближайшая родственница, — жму плечами. — Так что теперь?

— Даже не знаю, ну разводиться, наверное, не стоит…

— Я подсыплю Элиф крысиного яду, — предупреждаю его. — Если ты меня реально любишь — ей не жить. Счастью я твоему мешать бы не стала, но чтобы вот так, без любви на ней женился мой мужчина… нет уж, пусть выкусит!

Он смотрит на меня, потом начинает смеяться.

— Что-нибудь придумаю, — наконец, говорит он, и я ему верю.

В конце концов он изобретательный, я предприимчивая. А если не придумает, где найти других спонсоров, уж точно найдем, на что жить.

— Булочную откроем…

— Что? — он не успевает за моими мыслями.

— Ничего, так, сама с собой. Ну а теперь… раз уж я твоя жена, и развод не планируется…

— …мне уже страшно…

— …хочу перестановку…

— …ну, разумеется…

— …мне нужна работа, и у тебя я работать не буду!

— …не сомневался.

— И у тебя огромный долг накопился.