Апокалипсис завтра - Алена Багрянова

Хотя… возможно, они и вовсе ей не были нужны. Сейчас он с ней, и ее любовь взаимна, чего еще ей желать?

Однако Саманте до сих пор не верилось, что Хлоя здесь. Та Хлоя, которая пыталась перегрызть ей глотку, чтобы подобраться к Джимму.

Поистине жизнь полна сюрпризов.

Впрочем, это не значит, что Сэм будет относиться к ней, как к подруге. Нет, это уже выше ее сил. Хватит и того, что она испытывала к ней некую благодарность. Ведь рыжая помогла ей пережить те три года без Джимма. Более теплые отношения смотрелись бы странно, поскольку Сэм не могла принять дружбу с бывшей своего жениха, а скоро и мужа.

Вспомнив протяжный стон, раздавшийся чуть дальше по коридору ночью, Сэм даже немного покраснела. Судя по тому, что их парочка не замолкала почти ни на минуту, Хлоя с Эдом должны быть сейчас очень даже удовлетворенными.

«Ох, о чем я только думаю?» — закатив глаза, подумала Сэм и тихо рассмеялась. Перед глазами встала ночная сцена с Джиммом.

— Ну, все, с меня хватит! — тихо произнес Джимм, когда Хлоя в очередной раз вскрикнула.

— Джимм, — попыталась Саманта остановить его, но он уже поднялся и резкими быстрыми движениями натягивал джинсы.

— У меня завтра свадьба, а этот наглец игнорирует мои мысленные просьбы, — под нос пробурчал он, выходя из комнаты.

К слову, потом наступила долгожданная тишина. Джимм попросил их выйти и полюбоваться луной, и как ни странно, эта идея пришлась Эду с Хло по душе. Сэм лишь надеялась, что они недалеко отошли от дома, и другие жители города нигде не засекли эту неугомонную парочку.

Впрочем, Рупу от их ухода не полегчало. Почти всю ночь просидев на кухне, с утра он был злым, как черт, поскольку совершенно не выспался. Розалии и Дэни повезло чуть больше. Первой все же помогли беруши, а второй и вовсе не было дома.

— Где ты летаешь? — раздался вдруг голос Розалии, и Сэм обернулась, поняв, что совсем выпала из реальности. Дэни, Хлоя и Розалия помогали ей вечером с прической и макияжем, но ушли около пятнадцати минут назад, оставив Сэм наедине со своими мыслями.

— Вспоминала сегодняшнюю ночь, — фыркнула она.

— О, этот юнец совершенно неисправим, — цокнула языком Розалия. — Могу хотя бы сказать тебе спасибо, что моим зятем станет не он.

Саманта рассмеялась и обняла мать.

— Я рада, что ты сегодня со мной, — тихо проговорила она, вложив в свои слова всю ту любовь, которую испытывала к матери. — Я даже никогда и не надеялась на это.

— Я тоже счастлива, девочка моя.

Когда Розалия отстранилась и оглядела Саманту, в ее глазах стояли слезы.

— Мам…

— О, ты у меня такая хорошенькая, — всплеснула руками Розалия. — Вся в меня, — тут же добавила она и усмехнулась, заметив ответную улыбку Сэм.

— Да, мама у меня хоть куда, — совершенно честно отозвалась Саманта. Розалия в изумрудном платье до колен, так гармонировавшим с цветом ее глаз, и правда смотрелась изумительно. Она относилась к тому типу людей, которые, даже взрослея, по-настоящему старели очень поздно.

— Ладно, не будем обо мне. Сегодня твой день. Ты уверена, что хочешь выйти за этого великана? Он, конечно, кажется добрым и понимающим, но то, что заделал мне внебрачного внука, я ему не простила. Развратник, — качнула она головой. — Может, если бы я так усиленно не намекала, он бы так и не решился сделать тебе предложение. Все же я их не понимаю. К чему вечность, если рядом нет кого-то, кто будет тебе дорог. Кого-то, кого можешь назвать своим, — взгляд Розалии затуманился, и Саманта поняла, что мать вспоминает своего мужа. — Лишь когда пара обручилась, по моему мнению, сразу и каждому становится ясно, что двое вместе. Зачем доказывать из раза в раз на словах, если можно сразу объявить всем?

— В чем-то ты права, мам, — улыбнулась Саманта, а потом вздохнула, будто набираясь храбрости. — Если честно, не могу понять, что я чувствую. Будто то, чего я долго ждала, теперь так близко, стоит лишь протянуть руку, а мне почему-то немного страшно. Я люблю Джимма, он — все, чего я хочу. Но хватит ли этого, чтобы прожить с ним вечность? — чуть усмехнулась на последних словах Сэм.

— А ну брось все эти мысли, детка. Ты заслужила счастье, и оно у тебя обязательно будет. И где бы вы ни были, ты всегда сможешь позвать меня, я надаю ему по шее, и он сразу станет шелковым, — хитро улыбнулась Розалия.

— Спасибо, — выдохнула она, — но, надеюсь, если что-то и будет, мы справимся со всеми трудностями вместе. В конце концов, если он больше не будет пропадать на три года, то я уж точно буду счастлива, — губы Саманты сами собой сложились в улыбку.

— Сэм, — вдруг произнесла Розалия совершенно серьезно, и помедлила, прежде чем продолжить, — сейчас я скажу тебе то, что когда-то мне говорила моя мать. Я тогда еще была маленькой и поняла ее слова лишь намного позже, но, надеюсь, они помогут тебе когда-нибудь также, как помогли когда-то мне, — она вздохнула. — Жизнь не бывает светлой и радостной, она сера по своей натуре. Нас постоянно окружают враги, а иной раз и завистники. Мир вертит нами, как хочет, и никогда не угадаешь, что он преподнесет нам в следующий миг. Но свет будет с нами, если мы сами захотим этого. Потому что свет в нас самих, Саманта. Мы сами несем его в себе, и только по нашей воле он разгорается ярче или почти затухает. Никогда не позволяй тьме в себе победить и кинуть тебя в пучины отчаяния. Всегда неси собой свет, милая. Тогда ты и окружающие любящие тебя люди будут счастливы. Верь в себя и свой свет, Сэм. Тогда я всегда буду за тебя спокойна. Обещаешь мне, дочка? — она взяла в ладони руки Саманты и чуть сжала, ожидая ответа.

— Я буду помнить, — прошептала она.

В коридоре раздались шаги, а в следующее мгновение дверь распахнулась, и на пороге показался Эдду. Темнокожий поклонник вуду сегодня смотрелся довольно непривычно в отутюженном черном костюме и ярко-красном галстуке так контрастировавшем с белой рубашкой. Несмотря на то, что предстоящая церемония планировалась как скромная, форма одежды являлась официальной.

Сэм вдруг задумалась, как сейчас выглядит Джимм, ведь с тех пор, как Розалия ближе к полудню их развела по разным комнатам, то сделала все, чтобы они друг друга больше не увидели. Ее мать была уверена, что если не