Любовь на Рождество - Анна Премоли

— Мы могли бы приехать вместе, — напоминает он. — Я имею в виду, после прошлой ночи.

Я чувствую, что краснею, а это на меня не похоже.

— Прошлой ночью? А что случилось прошлой ночью? — делаю вид, что не помню.

Джулио (наконец освободив руки от посуды), подходит ко мне и целует в шею. Контакт лёгкий, но очень эротичный.

— Да неужели? Забывчива и нуждаешься в напоминании?

— Похоже на то. Что ты собираешься делать дальше? — спрашиваю, стараясь выглядеть достаточно отстранённой. Но вздыхаю, и ухмылка Джулио свидетельствует о том, что он прекрасно всё понимает.

— Я не знаю… это зависит…

— От чего? — спрашиваю я с ноткой отчаяния в голосе.

— От того, что сделаешь ты…

И с этими словами он проводит пальцем по моим губам, лаская их, словно предвкушая обещание, которое, надеюсь, скоро исполнится. Как я убедилась в последнее время, Джулио Мантовани из тех мужчин, кто умеет не спешить. Он умеет ждать, создавать атмосферу, завораживать и заставлять кружиться голову. Кстати, моя уже некоторое время кружится, хотя я не слишком отдавала себе в этом отчёт.

— У меня к тебе предложение: что бы это ни было, давай сделаем вместе.

«Слишком прямолинейно?»

— Интересное предложение, — смеясь, соглашается он. — Но теперь давай подадим на стол второе блюдо, — напоминает он, указывая на печёный картофель и мясо.

— Мы всегда можем уехать раньше, — соблазняю я. — Кому нужна еда, когда можно жить на чём-то другом?

— Мы могли бы, но кто тогда объяснит это моей матери?

— Ты? — предлагаю я.

Он продолжает смотреть на меня усмехаясь.

— Даже у меня есть пределы. В это дело лучше играть с умом.

— Во что именно? — притворяюсь, что не понимаю.

Джулио вздыхает.

— Не тупи. Конечно, если только ты не соблазнила меня с намерением быстро избавиться, — он говорит это в шутку, но я научилась понимать его эмоции. К нему определённо пришло сомнение, и, похоже, Джулио не комфортно не знать, в какую игру мы играем.

— Прошлая ночь была прекрасной, — наконец признаюсь я, потому что сегодня утром мне было слишком стыдно признаваться так прямолинейно.

— Очень, — говорит он. — С тех пор как знаю тебя, всё кажется как-то… лучше, — наконец признаётся он.

— Ох, — это всё, что я могу ответить. Я слишком много болтаю, но у меня явно серьёзные проблемы с общением, когда чувствую себя эмоционально хрупкой. — И для меня.

К счастью, я не думала строить карьеру в написании речей для действительно важных событий.

Джулио улыбается, словно с его плеч сняли огромный груз.

— Так что, может, не будем сбегать с обеда, а продержимся до конца. Для протокола, как знать, может, у нас ещё будет много обедов. — То, что Джулио не говорит, но подразумевает это «совместных», но кажется произносит именно это.

— Хорошо, в конце концов, у нас есть всё время в мире, — говорю я.

И не думаю, что я была так любопытна и счастлива узнать, что ждёт нас в будущем.

Часть II

Из Башки с любовью… вот что случилось с Кьярой (и Свевой) несколькими месяцами ранее…

Посвящается тем, кто любит или хотел бы оказаться на пляже в Рождество.

*Ба́шка — посёлок в Хорватии

** Рассказ от лица Свевы

Глава 1

Была очень веская причина, по которой я сбежала из скаутов всего через две недели.

Я продержалась добрых четырнадцать дней в последнем классе средней школы. То есть, как раз достаточно времени, чтобы появиться на первом собрании и совершить одну запоминающуюся вылазку. Тот факт, что я вернулась домой ошеломлённая и потрясённая, поклявшись «никогда больше, пока жива», не стал для меня неожиданностью. Втайне я питала сильное подозрение, что не очень-то подхожу для такого рода приключений.

Мой отец происходил из славной семьи, члены которой всегда считали себя скаутами до мозга костей (настолько, что большинство его лучших друзей по-прежнему были теми, с кем он делил вонючие палатки и недожаренную картошку), и должен был признать, что он полностью провалил свою миссию. Я всегда предпочитала объяснять свой débâcle (Пер с фр: провал) более либеральным способом. Думаю, я пошла по стопам матери, которая вообще не имела ничего общего с поездками на природу. На самом деле, меньше, чем ничего.

Ну в принципе, я не против того, чтобы восемь человек спали в одной палатке, не имели достойного туалета (нет, газон не является приемлемой альтернативой, насколько я понимаю) и ели еду «мутантов». Однако, если дело касается меня, я категорически против.

Каждый волен проявлять свои мазохистские наклонности, как ему вздумается, но я всегда питала определённое пристрастие к комфорту. Банально знаю, но зачем бороться с собственной природой?

Вот почему не понимаю, как я могла согласиться провести две недели в палатке с двумя моими самыми близкими подругами. Это должны быть четырнадцать дней подряд, если вы понимаете, о чём я говорю.

У Сильвии и Кьяры даже хватило наглости заявить, что они делают это ради меня.

А они хорошо видели моё лицо? Если бы они реально хотели мне помочь (в чём я уже начала сомневаться), им следовало забронировать для меня хороший отдых по системе «всё включено» в каком-нибудь отеле с молодыми и красивыми аниматорами со скульптурным прессом и не слишком обременительными разговорами. Вот такой отдых я понимаю, а не этот праздник самопознания…

Возможно, Дельфийский оракул не согласился бы, но мне не нужно было познавать себя дальше. То, что я открыла для себя за тридцать лет мучительной жизни, было достаточно.

— Объясни мне ещё раз, как я здесь оказалась, — обратилась я к Кьяре, пока парковала машину в зоне кемпинга, предназначенной для временной остановки гостей, ожидающих регистрации.

Она вышла из машины и, не обращая внимания на моё недовольство, осмотрела горизонт, вдыхая сосновый воздух во всю силу своих лёгких.

— Мы снова и снова повторяли тебе, дорогая наша Свева, — тебе нужен отдых. А что может быть лучше, чем этот прекрасный вид? — спросила она, указывая рукой на панораму. Вдалеке и правда, удивительно кристально чистое море переливалось под лучами солнца, но не буду доставлять ей удовольствие и соглашаться.

— Ну не знаю, пятизвёздочный отель? — с сарказмом поинтересовалась я, — ты уверена, что это то самое место? — спросила я, сразу став серьёзной.

Сильвия, вылезла с заднего сиденья машины и открыла карту, чтобы свериться.

— Не волнуйся, это оно.

Я с сомнением посмотрела на