Беременна от врага - Елена Солт

Маме наболтала какую-то чушь и сразу прошла в ванную. Ну, поехали. Первый же показал уверенные две полоски. Бракованный! И второй бракованный! На третьем уже было глупо отрицать очевидное. Четвёртый и пятый заставили уронить голову на согнутые в локтях руки и расплакаться. Офигеть не встать. Ну, приплыли, чё!

Ни дома, ни машины, ни денег, ужасная работа, козёл-начальник, а теперь вишенкой на торте — ещё и это.

Робкий стук в дверь заставил замереть.

— Вика? Доченька?

Открыла дверь и показала маме тесты. Молча и без слов. Та схватилась за сердце и прошептала:

— Бог ты мой, всего-то! А я каких только ужасов себе ни придумала!

— А это, это разве не ужас? — всхлипнула капризно, шмыгая носом.

Мама наклонила голову набок и погладила меня по щеке. И столько было в её взгляде бесконечной любви, понимания, принятия, что мне вдруг сделалось стыдно.

— Кто отец? — спросила она, кивнув на живот.

Я упрямо замотала головой, готовая снова расплакаться при воспоминании об Аристове. Кто отец? Да пипец вообще! Хуже не придумаешь! Не так я мечтала узнавать о беременности! Не так себе всё представляла! Мама по-своему расценила мои слёзы. Порывисто обняла и прошептала:

— Ничего, ничего, мы и сами справимся. Вика, это радость, великая радость, дар Божий. Не смей плакать, глупая!

— Где мы возьмём деньги? Этот гад, сын Феликса, всё у меня отобрал!

— Да разве много нам нужно? — мама продолжала гладить меня по волосам, а я прижималась к ней и чувствовала, как впитываю безусловную любовь и поддержку. Как они струятся по её рукам, проникаю в меня, восстанавливая, успокаивая. — Если будешь сама кормить — это и вовсе бесплатно. Одёжку твою я хранила, найдём, поглядим, что-нибудь подойдёт. Павловна, соседка, причитала на днях, что некуда кроватки детские девать — подросли близнецы. А что нужно — и сами купим, есть у меня сбережения, я же говорила.

— Я не смогу, я не справлюсь! — хныкала я.

— Я справилась, и ты справишься! А не захочешь дома сидеть — иди, работай, я присмотрю. Тебя вырастила, и внука выращу, или внучку. Всё впрок, а то сколько можно бездельничать! Затосковала уже.

— Это просто… так неожиданно…

Я уже не всхлипывала. Вытерла нос и глаза. Мама сказала:

— Всё, что ни делается — к лучшему, запомни! Значит, какой-то ангелочек очень к тебе спешил! А теперь идём, заварим чай и подумаем, что нужно сделать! Позвоним в женскую консультацию, тебе на учёт надо встать. И витамины специальные надо купить обязательно!

— Что бы я без тебя делала, мамочка?

— Ну, полно, полно. Идём. Зелёный или чёрный?

— Чёрный, — пискнула я, — ягодный хочу.

Денис.

Вечером в ресторане полно людей. В ожидании заказа и Митьки листал в смартфоне новостной портал. Картинки и текст мелькали, но сути я не улавливал.

Почему Карамзина ещё здесь? По всем законам логики и здравого смысла она не должна была продержаться дольше десяти минут, а если уж совсем начистоту — я вообще не должен был её брать на эту должность. Но логику и здравый смысл носит не пойми где, и на месте моей секретарши — бестолковая стерва. Зачем?

Перед глазами тут же встали её пухлые губы, задница, вечно обтянутая так, что, кажется, ткань вот-вот треснет, аппетитная грудь, надёжно спрятанная под строгими блузками и оттого ещё более манящая. Особенно когда слишком ясно помнишь, какая она наощупь. Сжал и разжал пальцы правой руки и раздражённо отшвырнул телефон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Чёрт бы побрал тот грёбанный день! Знал же заранее, что не хрен соваться на этот вечер выпускников! Если бы не та случайная встреча, эта стерва не запала бы в мозги! Так и осталась бы смутным школьным воспоминанием. И тогда — отдал бы её Артёмовне, она же так хотела её себе! Конечно, отдал бы. Наверное. Чёрт.

А сейчас что? Фигня какая-то получается. Вместо того, чтобы вникать в нюансы стратегий развития и находить на раз ошибки в отчётах, я думаю о том, какого хрена на неё пялится Смирнов. И не только он. Ещё и гадские косяки в Териберке, из-за которых холдинг теряет миллионы.

Потёр переносицу и ощутил, как на плечо опустилась чья-то свинцовая лапа:

— Хай, бро! — Митька плюхнулся в кресло напротив и открыл меню. — Чего грустим? Ты уже заказал?

— Да, — снова открыл новостной портал в смартфоне. Почему внутри так погано?

— Что взял?

— Стейк с фри и салат.

— Отличный выбор, бро, я буду то же, что и ты!

Подошёл официант и Митька принялся диктовать заказ. А я усмехнулся своим мыслям — неужели, дело в стейках? Одного раза с Карамзиной оказалось мало, только и всего? Трахнуть что ли, её ещё раз, чтобы успокоиться?

Да нет, чёрт возьми. Не хватало ещё путаться с бабами на работе, как последний кобель. Всегда пресекал подобное у подчинённых, не говоря уж о себе. Но это же Карамзина, мать её…

— Эй! — Митька пощёлкал пальцами у меня перед носом, и я понял, что вообще его не слушаю. — Ты здесь?

— Да, да, прости, задумался, — снова отложил телефон и откинулся на спинку дивана. — Как дела?

— Идут потихоньку. Сегодня с Джейн созванивался.

— Ммм, и как жена? Как Лондон?

— Расстраивается, что не вернусь к Рождеству.

— А ты не вернёшься?

Мне принесли заказ, Митьке пинту пенного. Друг пожал плечами:

— По всему выходит, что нет. Всё оказалось не так просто, как я думал, потребуется больше времени.

— Я могу чем-то помочь?

— Нет, бро, — друг грустно улыбнулся. — Дела семейные, я справлюсь. Разве что…

Видно было, что Митька колеблется, наконец, словно решившись, наклонился вперёд и доверительно зашептал:

— Я бы проконсультировался с хорошим адвокатом, выслушал бы ещё мнение, так сказать. Можешь кого-то посоветовать? По семейным спорам.

— Да легко, — достал из портфеля визитницу и без труда нашёл нужную карточку. — Лучший из лучших. Если возьмётся — победа гарантирована, без шансов.

— Как раз то, что нужно, спасибо, друг.

— Не за что!

— Кстати, — Митька вертел в руках визитку маститого адвоката, — я тут подумал, как там твоя поездка на север? Состоится?

Я нахмурился, вспоминая о проблемном месторождении.

— Похоже на то.

— Это ведь ненадолго? Дней пять максимум?

— Скорее, два-три.

— Круто. Возьмёшь с собой за компанию? Развеяться? — Митька поднял вверх руки ладонями вверх и рассмеялся. — Обещаю не мешать! Буду молча смотреть на оленей и северное сияние!

Я хмыкнул:

— Погнали, если хочешь.

— Супер! — Митьке тоже принесли еду, и он потёр руки в предвкушении не то