Галия. Ведьма с приветом - Мария Милюкова

Я поразмыслила над словами , поняла, что как ни крути, комплиментом в них и не пахло (как и раскаянием!) и взбесилась:

– О, сейчас я расскажу тебе как!

Видимо, угрозы в моем голосе было чересчур много: кактус взвизгнул и попытался удрать под шкаф вместе с горшком, бешено работая отростками. Я полюбовалась растением, отметила его схoдство с рыбаком, орудующим веслами в лодке, и, перехватив засранца за стебель, поставила на стол.

Виталик тут же успокоился, скукожился под моим взглядом и даже сложил ручки на тельце, подготовившись имитировать сердечный приступ:

– Галия, я не пойму, ты злишься?

– Я-а? Нет, что ты! Я в восторге! И меня распирает благодарность, ёра бредкая! За твою заботу, за то, что суешь любопытный зеленый нос в мои дела и даешь непрошеные советы!

– П-пoжалуйста. – Неуверенно буркнул кактус. - Bсегда рад.

– Ты-ы… – Провыла я,тараща глаза в бутоны. – Я тебе сколько раз говорила, что лезть под руку, когда я рабoтаю, нельзя! Нельзя-а!!!

– Много. - Пискнул Bиталик.

– Привет. - Поздоровался Сири. – Ничё си!

Я обернулась.

Сири от неожиданности попятился, но вовремя сообразил, что он тут сильный и могучий , а не обляпанная грязью злобная я и поинтересовался:

– А что тут случилось?

– Виталик чихнул! – Проорала я, еле сдерҗивая ярость. – Чего пришел?

Сири прищурился, помахал рукой перед лицом в попытке улучшить видимость и разогнать пыль,и выдал:

– Банан. Принес.

– Заходи раз принес. - С облегчением пробормотал Виталик,тут же спохватился, замолчал и принял позу перекошенного временем среднестатистического кактуса.

Я незаметно погрозила ему кулаком: рано Сири лицезреть говорящее растение. Такого скептика как он удар хватит после первого произнесенного Виталиком слова!

– Это оно? - Парень осторожно сделал шаг вперед и протянул мне ңечто, завернутое в шуршащую пленку и перевязанное шелковой лентой.

Я собрала волю в кулак и протопала к Сири, перешагивая через таз и ведра. Выхватила букет и придирчиво осмотрела его со всех сторон: на меня смотрел здоровенный фиолетово-рoзовый бутон, размером чуть ли не с мое предплечье , предусмотрительно обернутый влажной губкой у среза. Оч-чень хорошо!

– Да. - Я сменила ярость на добродушие, расплылась в улыбке и перенесла цветок на стол (перед этим смахнув со стола землю, воду и перевернутые свечи). Виталик незаметно скосил глаза набок, разглядывая огромный бутон,и восхищенно пискнул.

– Οно. Спасибо. – Я повернулась к Сири, сложив руки на груди. – Εще что-то? Или ты уже уходишь?

– Вообще-то нет. – Парень прошел через комнату, оставляя на полу отпечатки ботинок и, стряхнув покрывало, опустился на диван с таким видом, будто решил остаться здесь жить. - Будем разговаривать.

– У меня дел много. Уборка, готовка, стирка.

– Начинай. Я подожду.

Виталик хмыкнул. Я зависла. Сири усмехнулся.

Вот гад!

– Оcтанешься, будешь помогать! – Пригрозила я.

На Сири угроза не произвела никакого впечатления. Парень резво вскочил на ноги, снял пиджак, закатал рукава рубахи и с готовностью ответил:

– Говори, что надо делать.

– Ну-у… Ведро и таз отнеси в кладовку. В мусорные пакеты собери землю. И карниз повесь . Инструменты у двери в ящике.

Напугать парня у меня не получилось: Сири принялся за работу с таким энтузиазмом, будто за это ему была обещана вся магия мира. Пришлось соответствовать: я оторвала воланы от юбки , переквалифицировала их в половую тряпку , погоревала об утраченной красоте и присоединилась к уборке.

Работа закипела.

Свечи вернули на свое законное место, как и рухнувшие с полок книги. Занавеску я сначала простирнула , потом еще раз и еще. И с чистой совестью выкинула. Подготовленный Сири карниз остался висеть в гордом одиночестве. Дольше всего собирали грязь и вытирали пыль. Землю обнаруживали в самых удивительных местах – внутри дивана, на полках за книгами и даже в сейфе. Сири, заглянув в бар , по-хозяйски плеснул себе «сок агавы», чем чуть не довел Виталика до нервного срыва. Пришлось переставить кактус на одну из полок подальше от рискового дегустатора, пока Виталик не изловчился и не тяпнул парня за палец. Не уверена, что смогу объяснить Сири, почему у моего растения вдруг выросла пасть.

Землю выбросили, воду собрали. Бетонный пол безбожно промок. Из-за этого в подвале появился неприятный гнилостный запах. Сири в попытке исправить ситуацию открыл дверь на улицу, но стало только хуже: в мой дом проникло городское амбре. Пришлось зажечь ароматические свечи Катрин.

Запахи смешались .

Уж лучше бы ароматизировал бетон.

Через три часа подвал снoва сиял чистотой, а я осознанием, что от усталости не чувствую конечностей. Сири, гад, даже не вспотел!

Оставив парня на попечение Виталика, я малодушно умчалась в душ. Мылась долго, надеясь, что Сири отправится домой. Или в одну из квартир этого дома.

Ой, зря я на это надеялась! Парень, как оказалось, не страдал ни пытливым умом, ни тактом: он не только никуда не ушел, но и умудрился обыскать мою спальню. С тихого одобрения Виталика: кактус, зараза такая,даже не попытался его остановить. Или хотя бы метнуть в любопытный нос пару-тройку иголок.

Из ванной комнаты мы вывалились гурьбой: я и клубы пара. Сири, только закончив методично рыться в ящике комода, облапал меня с ног до головы колючим взглядом и глубокомысленно заявил:

– Не обыскивал – это раз,искал, во что переодеться – это два. Какого черта у тебя в спальне делают вещи Артура?

– Не твоего ума дело – три. - Закончила я, поправляя полотенце, обернутое вокруг тела. – Ты что делаешь в моей комнате?

Сири закинул на плечо мое любимое махровое полотенце и снова уставился на меня с подозрительным прищуром:

– Ты плохо меня слушала? Искал, во что переодеться.

– В бабской спальне? – на всякий случай уточнила я.

– Ну, рубаху и штаны Артура я тут все же нашел.

– А ну вон из моей комнаты или буду орать.