Измена. Я не предавала тебя - Екатерина Гераскина

На следующий день, надев простое платье с завязками на груди, я снова пошла к стражам, желая добиться встречи с волком. Но снова потерпела неудачу. Меня, больно схватив за поврежденную руку, выставили, пригрозив, что скоро терпение у охраны кончится и меня тоже упекут в казематы.

Я была на пределе, замкнувшись в себе и не находя никакого решения, кроме как послушать Лорда. Но как я смогу вызволить своего зверя, если сама с трудом хожу? Следовала восстановить силы.

В этих невеселых думах я сидела на пороге своего дома и вдруг поняла, что все же ничего иного не остается. Встала, решительно настроенная максимально тщательно подготовиться к побегу. Пока не знала, как точно устрою это, но сделаю, не отступлюсь.

«Чтобы твари Пустоши пожрали этого Гельда!»

Я распахнула шкафчики, где хранила свои зелья, понимая, что моих резервов слишком мало. Неизвестно, каким пыткам подвергли моего волка. Сжимая зубы от боли в руке и спине, я взобралась на чердак, придирчивым взглядом осматривая свои запасы сухих трав. Стоило их пополнить. Мне нужно как можно больше восстанавливающего и заживляющего зелья. О том, что у меня что-то может не получиться или того хуже, беловолосого мужчину лишат жизни, я даже мысли не допускала. Это могло вызвать у меня срыв, а я только-только собрала волю в кулак и определила себе цель. Плевать уже, что после этого придется скрываться. Судьба показала, что у меня и так не будет нормальной жизни. Так лучше я проведу ее в глухом лесу, но не буду больше ощущать людского презрения и страдать от наговоров, заодно спасу при этом жизнь хорошему человеку.

— Что делаешь? Я помогу тебе. — Лорд сидел внизу под лестницей и прожигал меня своими раскосыми зелеными глазами. Наверх он не совался, для его носа там были слишком сильные запахи.

— С чего ты взял, что я что-то задумала? — Я шагнула на последнюю ступеньку и поспешила накинуть на себя плащ, взяла деньги.

— У тебя на лице написано. Я тоже в деле.

— Ничего не делаю, — отмахнулась я от кота. Все, за что он брался, всегда выходило боком.

— Нет. Скажи мне. Я имею право знать. — Лорд заступил мне дорогу, но я обошла его. Выскользнула на улицу, вдохнула прохладный весенний воздух. Сжала старые перила, и на миг на меня накатило отчаяние. Мой волк сидел там уже пятый день. Но силой воли я отогнала отголоски страха. Он жив. И я скоро заберу его.

— Я не буду действовать без тебя. Я все понял. — Лорд бежал за мной следом, пока я шагала вдоль дороги и раздумывала, купить или нет мужской одежды. А что если жители небольшого городка что-то заподозрят? Все же меня многие знают… И раньше времени раскроют мой план?

А потом отмахнулась от досужих сплетен. Они так или иначе неотъемлемая часть моей жизни. Так пусть хоть раз окажутся правдивыми.

Я сжимала мешочек с деньгами, чтобы, не дай боги, его не украли. Оживление, встретившее меня в городе, как-то сразу мне не понравилось. Дохнуло нервным напряжением. Люди куда-то спешили. Я поняла, что все они стягиваются к площади. Внутри все завибрировало от ощущения надвигающейся неотвратимой беды. Скопление людей становилось все гуще, спины горожан мешали понять в чем дело. Люди даже практически перестали шептаться, словно тоже замерли, затаились.

Меня снова окатило дурным предчувствием. Я начала расталкивать зевак, не церемонясь и не обращая внимания на злобные выкрики, доносившиеся мне вслед. Мой капюшон спал, рука отдавала болью, но я упорно пробиралась вперед. Меня подгоняла тревога, звучащие в глубине души глухие шепотки, чтобы я поторопилась, ведь вскоре потеряю нечто важное, нечто свое, то, без чего уже не буду прежней.

А когда я оттолкнула последнего человека и выглянула из-за его спины, то замерла, забыв, как дышать. Я перестала что-либо слышать. Видела только моего зверя, закованного в цепи, кровь на его запястьях и щиколотках. Просторная серая рубаха была в багровых разводах, серебряные волосы закрывали опущенное лицо.

— Нет. Нет. Нет, — зашептала я как умалишенная. — Что вы делаете?

— Убирайся. Шаг назад. Правосудие происходит, — пробубнил закованный в броню страж и толкнул меня в больное плечо, чтобы я попятилась. Но я не отступила, наоборот, рванула вперед.

— Стойте! Он невиновен! — заорала я во всю мощь легких.

Зверь дернулся и посмотрел на меня. Я заметила опухшую скулу и разбитые губы. Звякнули кандалы. Но мой волк не смог сделать и шага ко мне, упал на колени как подкошенный, выгнулся дугой в обратную сторону и зарычал. Четверо магов стояли за его спиной и сдерживали пленника заклинанием, пока Гельд Дари, отбросив свиток с приговором, замахивался мечом.

Я закричала во всю мощь легких, оглушая всех своим отчаянием. От вида ран, крови и боли моего зверя во мне что-то надорвалось. Позади меня раздались вопли, стражи отвлеклись, маги ослабили плетение. Гельд опустил меч, а я все продолжала кричать на высокой ноте, отмечая краем сознания, как тучи затянули солнце. Как загрохотал гром. Как сверкнула молния, как мои волосы рассыпались из низкого хвоста и взвились вверх каштановой волной. Как земля под ногами пришла в движение, брусчатка начала проваливаться, а земля осыпаться. Ее взрывали корни, везде прорастал колючий терновник, деревья, высаженные вокруг площади и между домами, кренились в поклоне, вытягивали свои кривые длинные ветки вперед. Они все ощетинились, готовые напасть на людей.

Шум и вопли нарастали, люди побежали в разные стороны. Стражники начали отдавать приказы. Гельд оказался рядом со мной, ударил меня наотмашь по лицу. Я подавилась криком, а в следующее мгновение корни еще яростнее вздыбили брусчатку, проросли ужасными мощными сплетениями и спеленали ноги мерзавцу. Сучья деревьев взбесились. Они стянули свои лапы, запирая в кольце тех, кто не успел убраться с площади.

Слизывая каплю крови с лопнувшей губы, я взмахнула рукой, останавливая отряд стражи, идущий на помощь своему главарю. Опустила уголки губ, заметив там тех, кто тащил моего зверя под руки из дома и того, кто выгонял меня. И тех, кто насмехался надо мной, стоя на крыльце казармы и называя шлюхой. Все они поплатятся за свои