Влюбленный эльф - Михаил Эм

Эта интонация мужа была Аниэль хорошо знакома: когда муж разговаривал в таком тоне, его словами нельзя было пренебрегать — их следовало выполнять незамедлительно. По молодости она несколько раз обожглась и повторять тот обидный опыт совершенно не хотела. Поэтому Аниэль прекратила гимнастику и покорно повторила:

— Пойти в Музей дружеских объятий, найти гнома, стерегущего землепроходческий комбайн, сказать, что прибыла от тебя, на учения.

— Немедленно!

— Немедленно. И долго мне в этом комбайне прикажешь пребывать? — возмутилась наконец женщина. — Когда твои учения закончатся?

— Скорее всего, они и не начнутся.

— А если начнутся? Кто Мюриэль из детского садка заберет? — вспомнила мать.

— Я заберу.

— Ах, ты? Хорошо, сейчас оденусь и, вместо того, чтобы разгребать завалы в своем министерстве, пойду искать твой землепроходческий комбайн. Доволен?

— Не сейчас, а немедленно.

— Немедленно.

— Встретимся там.

Варсиэль покинул свою квартиру и, по пути в родную контору, задумался. То, что Аниэль выполнит его указание, он не сомневался, но всей душой желал, чтобы тревога оказалась ложной. Разговор президента с Императорским Гномом, по всей видимости, неизбежен, но Варсиэль не узнает о нем до наступления очевидных последствий. Подслушать разговор, к сожалению, нельзя: гномья связь, в отличие от магической, прослушиванию не поддается. Главы государств поговорят, и последствия их разговора могут оказаться самыми разнообразными: их лучше предвидеть заранее. Например, президент может решиться на замену главы ВБР. Это наименее возможный вариант событий: авторитет Варсиэля среди светлых эльфов слишком велик, чтобы его можно было отстранить без крупного скандала. Скандалы президенту в настоящий момент не нужны. Куда менее приятный и, к сожалению, боле вероятный вариант: президент решится арестовать Варсиэля, чтобы судить. Смерть дипломатического представителя Гномьей популяции не может стать поводом ареста главы силового ведомства, но повод всегда найдется. Переломанная шея гнома явится, в глазах общественности, последней каплей, переполнившей чашу президентского терпения. Варсиэля осудят, Императорский Гном будет удовлетворен — опасность вооруженного конфликта с Гномьей популяцией исчезнет.

Да, пожалуй, этот вариант наиболее вероятный, поэтому Варсиэль сделал все правильно: подготовился к бегству в долгосрочном автономном режиме. Эмиграция к соседям не поможет: гномы только и жаждут, что его крови; выживание среди троллей представляет собой еще ту задачу; гоблины в смысле предоставления убежища ненадежны — могут, чего доброго, выдать его Эльфийской конгломерации. Родная держава, естественно, предоставит необходимые бумаги о совершенных Варсиэлем страшных преступлениях.

Выходит, лучший способ избежать ареста — выйти на время из игры, самоустраниться из политики, чтобы о тебе даже не вспоминали. Ничего сподручней гномьих землепроходческих технологий для этого не придумаешь. Несколько месяцев — и ситуация кардинально поменяется, тогда Варсиэль в буквальном смысле слова выйдет из-под земли и восстановит былые связи и былое положение.

Варсиэль вспомнил низкий коридор «Червя» и передернул плечами. Однако, другого исхода — в случае, если президент решит принести его в жертву, — не находилось.

В размышлениях Варсиэль преодолел путь от дома до штаб-квартиры организации, которой руководил.

С окончания разговора с президентом прошло немного времени. Но наверняка президент успел пообщаться с Императорским Гномом и принял решение: значит, судьба Варсиэля определилась — хотя по-прежнему остается неизвестной. Если решено его арестовать, арест последует в течение ближайших часов либо ночью — гномы ждать долго не станут. Задачей президента является вовсе не его предположительный арест, а умиротворение гномов, поэтому промедление для президента смерти подобно. Война с гномами ознаменует конец президентской карьеры.

Варсиэль встряхнулся от тяжелых раздумий и начал действовать.

Первым его распоряжением, сделанным из рабочего кабинета, стал приказ о доставке в «Червя» запасов пищи долгосрочного хранения, также свежих фруктов — обязательность их загрузки на борт руководитель ВБР подчеркнул особо.

Затем Варсиэль объявил в штаб-квартире боевую тревогу и распорядился надрезать все фрукты. Впрочем, одно вытекало из другого: объявление тревоги означало автоматическую порчу всех фруктов — по крайней мере, согласно инструкции. Но на памяти Варсиэля такого не было никогда. Два поколения, не знавшие войны — за это время у сотрудников выработался мирный стереотип поведения. Ничего не стоило захватить с собой — в секретное учреждение! — сливу или грушу в качестве завтрака.

Пока сотрудники, взволнованные услышанным, приходили в себя, Варсиэль вызвал двух бойцов, участвовавших в столь неудачной акции на фруктовом заводике: командира отряда Грача и рядового… как его?.. Рыжего — того самого, который выкинул дипломатического представителя Хабкороса из окна второго этажа.

Варсиэль наврал президенту, что бойцы наказаны: он придержал наказание именно на такой крайний случай.

Пока бойцы добирались до его кабинета, Варсиэль просмотрел их личные дела. Так он и думал: Грач женат, детей нет, а Рыжий холост. Шестеро в «Черве» — нет, семеро, гнома из Музея дружеских объятий придется забирать с собой любой ценой: кроме него, некому водить эту чертову землеройную машину.

Вошли бойцы, доложились.

Варсиэль, посуровев, сообщил:

— Не исключено, что в настоящее время наш президент принимает решение об аресте и отдании под суд виновных в гибели дипломатического представителя Гномьей популяции в Эльфийской конгломерации. Виновными будут признаны непосредственный исполнитель, — на этих словах Рыжий молча выругался и забил крылышками, — так и все его непосредственные начальники, вплоть до самого верха.

Крылья Грача оставались в сложенном состоянии.

— Этими начальниками являются командир отряда, — Варсиэль вперил взгляд в Грача, — а также я, как руководитель спецслужбы, допустивший подобный промах. Если вы считаете, что мои сведения неточны, можете развернуться и уходить, я отменяю свой вызов. Нам больше не о чем разговаривать.

Грач и Рыжий остались на месте.

— Хорошо. В таком случае предлагаю скрыться во временное убежище вместе с женами и детьми. Впрочем, детей у вас нет, поэтому дети отпадают. Других родственников взять не могу, убежище ограничено по вместимости.

Возражений также не последовало.

— Отлично. В таком случае ты, — Варсиэль кивнул на Грача, — немедленно свяжись с женой и сообщи о пункте сбора: Музей Дружеских объятий, землепроходческий комбайн «Червь». Пусть отбывает сейчас же. А мы занимаем оборону здесь, в моем кабинете. Если попыток захвата моего кабинета не последует, значит, сведения оказались ложными, опасность миновала. Командир отряда получит выговор, рядовой боец — увольнение. По крайней мере, шкура не пострадает. Если будет предпринята попытка захвата моего кабинета — не исключено, что и всей штаб-квартиры, — мы немедленно фруктопортируемся на пункт сбора. Точнее, вы. Мне придется заскочить за дочерью. Если все понятно, я с Рыжим занимаю позиции, ты, Грач, пиши записку жене. Записку отправим с нарочным.

Все кивнули и — все-таки они были вышколенными ребятами — занялись делом. Грач черканул пару строк жене: Варсиэль вызвал нарочного