Темный ангел надежды - Алисон Робертс

— Потеря сознания примерно на тридцать секунд, — прочитал он вслух, — ретроградная амнезия, головная боль, повторяющаяся речь, тошнота. Звучит как среднетяжелое сотрясение.

— Будем надеяться, что это все, — негромко произнес Макс.

— Травму шейного отдела ты исключаешь?

— На рентгене все в порядке. Но хотелось бы чего-то более определенного. С мозговой травмой то же самое.

— Нутром чуешь?

— Вроде того.

Точно так же нутром он чувствовал, что нужно что-то еще сделать для защиты Элли и ребенка. Понятно, конечно, что это полный бред, даже если бы Рик ничего не говорил. А что будет, если Джет узнает!.. Порой ему самому тоже казалось, что это лишнее, но если уж он чему научился за годы работы с экстренными случаями, так это доверять инстинктам. Иногда это помогало спасти кому-то жизнь.

Постепенно начинали появляться изображения. Пока все выглядело нормально. Возможно, в этот раз он ошибся.

— Шейный отдел в порядке, — произнес Рик. Теперь оставалось только проверить мозг. — Элли ведь скоро выписывают, не так ли? — спросил Рик, пока они ждали дальнейших результатов. Оператор сидела на противоположном конце скамьи, у окна, а говорил он довольно тихо.

— Да, — согласился Макс, — возможно, завтра.

— Куда она собирается идти? — Сканер гудел достаточно громко, чтобы перекрыть ответ.

— Будет странно, если она не отправится домой вместе со мной, — пробормотал Макс. — Я довольно сильно засветился в этом деле. Во всяком случае, — он понимал, что защищается, — у меня есть пустая комната. Ничего такого.

— Вы будете жить вместе. Ей это может понравиться.

Макс промолчал. Он думал о том, каково будет жить вместе с кем-то в своей квартире. Приходить с работы и видеть Элли и Мышонка. Он находил вполне вероятным, что ему это тоже может понравиться. На какое-то время. Лучший отдых — это смена деятельности, не так ли?

— Что, если, — Рик наклонился ближе, — ей захочется действительно стать твоей женой?

— Исключено.

— Хочешь сказать, что привлекательная женщина может жить с тобой в одном доме и ты не попытаешься этим воспользоваться?

Макс постарался прогнать вставший перед внутренним взором портрет Элли в тот день, сидящей на кровати и обнаженной до пояса. Он понимал, что то, что он тогда почувствовал, было крайне неуместно. А сейчас было еще хуже. В конце концов, она же только что родила ребенка! Возможно, она в последний раз была с мужчиной, который ее изнасиловал. Это было ужасно. Внезапно Макс разозлился, словно его кто-то ударил. Он был зол на себя, на ситуацию, в которой очутился, но больше всего — на мерзавцев, которые способны поступить так с женщинами вроде Элли.

— Конечно нет! — огрызнулся он. Неужели его друг не видит, сколько он уже сделал, чтобы ее защитить? Предположить, что он способен ее обидеть, было настоящим оскорблением.

— М-м-м. — Рик снова смотрел на экран. — Удачи, дружище.

Голос его звучал отстраненно, и Макс вгляделся в то, что Рик так внимательно изучал. Он все понял еще до того, как Рик в очередной раз присвистнул:

— Смотри-ка… тебе снова везет. Субдуральное кровоизлияние… вот здесь, видишь?

Конечно, Макс видел.

— И еще одно вот здесь. Повреждение в месте удара и противоположной от него точке. Мозг ударился о черепную коробку и был поврежден и спереди и сзади.

— Похоже, теперь им займется твоя команда.

Рик кивнул, по-прежнему рассматривая снимки. Личные разговоры были забыты.

— Возможно, потребуется хирургическое вмешательство. Молодец, что поднял шум, Макс.

Да. Иногда доверие к собственными инстинктам может спасти кому-то жизнь. Что говорил инстинкт Элли по поводу его предложения? Примет ли она его? Это сумасшествие, но Макс очень надеялся, что да. Он чувствовал — тем же необъяснимым шестым чувством, которое заставило его подвергнуть пациента дополнительному обследованию, — что так было правильно. Для всех.

Он что, серьезно предлагает выйти за него замуж? Впрочем, не было никаких причин предполагать, что это не так — раз уж он назвался отцом ребенка и всю неделю делал вид, что Элли его жена. Но это же не просто слова. Регистрация отношений как минимум предполагает определенную церемонию. И все это так странно и неправильно.

Конечно, она ответит «нет». Возможно, это станет для него огромным облегчением, но он может спросить, почему нет, и что тогда сказать? Что это предложение было для нее слишком хорошим? Прекрасным? Потрясающим?

Проблема в том, что он не имел в виду настоящий брак. Он хотел поделиться с ней своим именем, сделать так, чтобы она могла легально его носить. Это настолько нарушало саму сущность брака, что было абсолютно неприемлемо для Элли. Ее воспитывала мать, и Элли всю жизнь мечтала когда-нибудь иметь настоящую семью. Не то чтобы у нее было плохое детство — просто она всегда наблюдала за другими, у кого была полная семья, и понимала, что чего-то не хватает. А когда ей было десять, у нее появился отчим. Он был готов принять чужого ребенка, но любовью здесь и не пахло — это стало очевидно, когда через пару лет у них появился малыш. Мать делала все, чтобы Элли чувствовала себя частью семьи, но Элли всегда казалось, что она лишь наблюдает извне.

В какой-то момент ее детские мечты о том, как возвращается ее настоящий отец, уступили место картинам своей собственной семьи, которая у нее однажды появится. Мужчина, которого она будет любить всем сердцем, а он будет платить ей взаимностью. Собственные дети. Свой дом, наполненный смехом и запахом выпечки. Собака и, может быть, куры на заднем дворе, чтобы нести яйца.

Ладно, одну часть этой картины она полностью провалила — отец ее ребенка в нее совершенно не вписывался, но это же не значит, что все остальное не получится? Она может создать для малышки настоящий дом. Можно завести собаку и даже кур. А однажды она встретит мужчину, который полюбит и ее саму, и ее ребенка. Он сделает ей предложение и станет частью семьи. Хотя будет, наверное, тяжело объяснить ему, что она родила ребенка от человека, которого не любила. А рассказывать, что в первый раз она вышла замуж ради смены имени, будет еще более стыдно. Это словно бы принижает все то, что означает для Элли слово «брак». Принимать фальшивое предложение и произносить брачную клятву, в которой есть слова «покуда смерть не разлучит нас»? Она не сможет. Не хочет этого делать.

Судьбе было угодно, чтобы Макс появился ровно в тот момент, когда она ясно поняла, почему не может принять его предложение.

— Привет. Как тут дела?

Элли улыбнулась:

— Все хорошо и спокойно. Мышонок спит уже несколько часов, а я наслаждаюсь видом. Мне так нравятся здешние холмы.

— Данидин — неплохой городок. Я здесь не так давно, но начинаю осваиваться. Здесь приятно жить.

— Угу… — Элли пыталась придумать, как помягче сообщить ему, что она не собирается здесь оставаться.